Прекрасные Вампиры

Глава 6 - Состязание талантов

В самом сердце развлекательного района Сеула возвышалась студия "Вертекс" — настоящий памятник величию современной кейпоп-индустрии. Этот изящный комплекс, созданный для воспитания звёзд, или как их называют - «айдолов», поражал воображение фасадом из сверкающего стекла и матового титана. Казалось, самим своим видом это здание обещало славу тем, кто достаточно страстно к ней стремится. Строение словно шептало прохожим о мечтах и ожидающих внутри возможностях. Оно стояло как маяк для амбициозных молодых талантов, готовых на всё ради шанса блистать на сцене.

Просторный холл студии был настоящим храмом кейпоп-легенд. Огромные голографические экраны демонстрировали выступления разнообразных звёзд. Стены были украшены огромными панно с изображениями знаменитых артистов. Внутри здания коридоры вели к звуконепроницаемым студиям и просторным танцевальным залам.

Казалось, сам воздух в "Вертексе" был пропитан амбициями и стремлениями. Это место, где ультрасовременный дизайн встречался с мечтами о ритме и мелодии, служило плавильным котлом, превращающим потенциал в легенду.

Ли Хэ-сон вошёл в зал прослушивания уверенным шагом, неся с собой свою гитару. Каждое его движение говорило о тщательной подготовке к этому случаю. Его глубокий, спокойный взгляд выдавал бесчисленные часы упорных тренировок. Он двигался целеустремлённо, воплощая собой дисциплину и преданность своей мечте. С каждым шагом в его памяти слабо отзывались гитарные звуки с пляжа родного Тэчхона. И в этой, новой для себя обстановке, Хэ-сон излучал тихую уверенность, ясно показывая свою готовность.

Среди толпы взволнованных участников предстоящего прослушивания, которую увидел Хэ-сон, особенно выделялся парень по имени Чхоль. Родом из шумных улиц Пусана, он вырос в ритме ночной жизни города. С юных лет было ясно, что Чхоль не из тех, кто теряется в толпе — он словно был рожден для сцены. Еще с детства он часто выступал на городских площадях, где зрители аплодировали и подбадривали его. Он словно интуитивно понимал искусство покорения публики. Та самоуверенная улыбка, которая очаровала бесчисленных зрителей в Пусане, легко играла на его губах и здесь, в самом сердце кейпоп-вселенной. Для Чхоля, каждая сцена была будто старым другом, а каждая новая аудитория — лишь продолжением тех, кого он уже покорил.

В разительном контрасте с магнетическим присутствием Чхоля, стоял рядом, дико волнуясь, Сон Су-мин. Серебряный медальон, который он сжимал, был подарком его матери, свидетельством её непоколебимой веры в своего сына.

Появление Пака Хан-уля гарантированно притягивало взгляды, где бы он не появился. Проходя мимо, он заметил Су-мина, который был погружен в свои мысли, нервно сжимая медальон, и подошел к нему.

- Первый раз здесь? - спросил он с искренним интересом в голосе.

Су-мин поднял взгляд, удивленный неожиданным вопросом.

- Это так заметно? - ответил он с полуулыбкой.

Хан-уль протянул руку.

- Меня зовут Пак Хан-уль... И не волнуйся, у всех когда-то бывает первый раз.

Су-мин ещё крепче сжал медальон одной рукой, а другой - пожал руку Хан-уля.

- Я — Сон Су-мин… И скажем так, я здесь ради нового начала… - проговорил он.

О Чи-хун вошел в зал непринужденной походкой. Лишь только оказавшись в помещении он почувствовал ощутимое напряжение, висевшее в воздухе. В отличие от всех остальных, его путь к славе был вымощен смехом. Хотя его комедийные номера обыкновенно считались в лучшем случае сносными, последний номер, являя собой уникальное сочетание юмора с песней и оригинальным танцем, был его личной находкой и точно обещал найти свою аудиторию. Подойдя к Хан-улю и Су-мину, он преувеличенно прочистил горло и, подмигнув, сказал:

- Трое парней заходят в зал для прослушивания: комик и два певца. Кастинг-директор говорит: "Спойте-ка мне песню, которая рассмешит меня". Комик отвечает: "Просто дайте певцам начать первыми".

Он засмеялся над собственной шуткой, и его искренний смех оказался заразительным. Су-мин, застигнутый врасплох, тоже рассмеялся и Хан-уль, поначалу сдержанный, не смог сдержать улыбку.

- У тебя есть еще шутки в запасе? - спросил Хан-уль.

Чи-хун драматично постучал себя по виску и выдал ещё пару шуток из своего старого репертуара, принося краткую, но столь необходимую передышку от общего нервного напряжения...

Вскоре участников попросили зарегистрироваться, записав своё имя в журнале.

Ли Хэ-сон глубоко вздохнул, остановившись у стойки регистрации. Видно было, что он ощущает всю важность момента. Затем он уверенно и с торжественным видом вписал свое имя.

Чхоль, в разительном контрасте с Хэ-соном, подошел с легкостью, словно это был совершенно обычный день. Он небрежно нацарапал свою подпись и оглянулся, будто ожидая аплодисментов.

Хан-уль написал свое имя изящным почерком. Каждый штрих молча выражал его бунт против семейных ожиданий. Танцы были его избранным путем, отклонением от предначертанного ему наследия косметической империи.

Су-мин, с заметным волнением и слегка дрожащей рукой, тоже сумел оставить свой след в виде подписи.

Чи-хун подошел к стойке с драматическим жестом.

- Пишу имя будущей звезды! - объявил он никому конкретно и, хихикнув, быстро написал свое имя.

Чхоль, всегда готовый прокомментировать что-нибудь увиденное, поддел его:

- Надеюсь, у них есть категория "Самая ржачная подпись".

Чи-хун усмехнулся:

- После сегодняшнего дня точно будет.

Комната, наполненная напряжением и амбициями, на мгновение была пронзена их шутливой перепалкой, напоминая всем о человеческой стороне этого грандиозного состязания.

В просторном зале для прослушиваний зеркальные стены отражали мириады эмоций, запечатлённых на лицах каждого участника, свет ламп отбрасывал мягкое сияние, освещая пространство и усиливая атмосферу предвкушения. Приглушённые разговоры создавали неясный фон, пока каждый мысленно повторял свои номера, прокручивал тексты песен или просто глубоко дышал, пытаясь успокоить учащённо бьющееся сердце.