Премудрость любви не помеха

Глава 14

ГЛАВА 14

Леди Шинила была в шоке. Как такое с ней, опытной придворной дамой, могло произойти? Как в один день она могла сама себе так напакостить и не один раз? Сколько раз она играла, сколько раз выставляла в неприглядном свете других… А сейчас… И ведь, если трезво посмотреть, то сама виновата. И с магическим кристаллом (не надо было думать, как напакостничать в момент приема), и с этим подарком герцога.

А принцесса? Раньше не смела ей слова против сказать, только убегала расстроенная от ее нападок. А теперь... Перед глазами стояла картина, как ее прогоняют. Ее! Леди Шинилу!

«А если теперь меня вообще из Дворца попросят?»

От этой мысли леди пришла в ужас. Вся ее настоящая жизнь вертелась в этом Дворце. Осесть в доме со своим престарелым мужем? Да и он выкажет ей недовольство. Он же желал, чтобы она блистала среди придворных, зарабатывала ему очки. Если она станет изгоем, то и он… Что придумает сделать с ней муж, представлять было страшно.

«Надо как-то вернуть все назад. Но как? Кто при Дворе может за меня заступиться?»

Тихих врагов у леди Шинилы хватало. Нет, конечно же, открыто против нее выступать боялись, зная характер этой дамы. Но… Ненавидели, не любили ее многие.

«А я еще так не вовремя испортила отношения с герцогом. И ради чего? Но вообще-то интересно, как он не купился на мою подсказку?»

И еще одна мелочь не давала леди покоя: советник знал, что это с ее подачи пошли подарки с рукоделием. Откуда? Ох, теряет она хватку. А теперь… Теперь придется «виниться» перед принцессой. Но и этого мало. Нужна поддержка.

«Поговорить вначале с советником? Прикинуться овечкой? Да он меня знает, не поверит. А вот кто там еще был в свите принцессы? Что за новая родственница? Может, ей в подружки напроситься? Вот это хорошая идея! – обрадовалась своей смекалке леди Шинила. – Да, еще маг Клоуд. Кажется, он бросал на меня как-то жадные взгляды. Придется и с ним пообщаться. Он-то мне не откажет, замолвит за меня словечко перед советником и принцессой. Еще не все потеряно!»

***

Василиса стояла в ритуальном зале, возложив руку на камень рода, вся окутанная светом, исходящим от камня. Голова уже кружилась, хотя в теле была невиданная легкость. Казалось, отними она руку от камня, и взлетит. Казалось, что она сама стала облачной легкой дымкой. Вот такой же белесой, воздушной как предки, что стояли напротив. Они все пытались ей что-то сказать, но Василиса упивалась своим состоянием и не слушала.

И советник пытается к ней подойти, кажется, даже что-то кричит. Он хочет помешать? Неужели он не видит, как ей хорошо? Василисе хотелось обнять весь мир, сказать, как она счастлива.

А вот строгое лицо бабули.

«Бабушка, я люблю тебя! – мысленно кричала она. – Почему ты хмуришься?»

А та сжала руку в кулак и постучала ею себе по голове. Так она делала, когда была очень недовольна Василисой. Что сейчас не так?

Девушка попыталась понять и … как очнулась. Оторвать руку от камня стоило больших трудов. Все внутри кричало: «не смей!»

Пришла в себя Василиса уже опять в своих покоях, на диване. Советник был белый как мел. Принцесса почему-то была в слезах. А Сенька тряс какого-то старичка.

– Пить, – прошептала она, и вокруг нее все завертелись.

«Как же я так?» Пальцы рук покалывало. Она поднесла одну руку к глазам. «Что это?» Между пальцев проскакивали маленькие искорки.

– Вы могли сгореть, сжечь себя принятой силой, – промолвил советник.

И Василисе послышалось в его голосе осуждение.

– Советник, мне бы сейчас к больному, думаю, этой силы хватит справиться с отравой. Мы должны попробовать.

Советник Этьен и сам понимал, что нужно воспользоваться ситуацией. Чем сбрасывать излишки магии в никуда, лучше использовать их на лечение. Но за эту девушку было боязно.

– Советник, мы теряем время и магию. Переносите меня к королю.

– Хорошо. Только, когда я скажу остановиться, Вы прекращаете. Договорились? И если почувствуете, что Вам плохо, то сами сразу прекращаете.

– Договорились.

***

В этот раз Василисе не пришлось даже присматриваться и решать с чего начать, куда направить магию. Как только она протянула руки к королю, того окутал золотистый свет с искорками. Король оказался как в сияющем коконе. Маленькие золотые светлячки бегали с места на место, и … чернота уходила. Аура короля была уже без разрывов и меняла свой цвет.

Вот он приоткрыл глаза и глянул на девушку.

– Я умер? – серьезно спросил он.

– Нет, Ваше Величество, и теперь будете жить долго! Скоро Вы станете абсолютно здоровым!

Советник пытался что-то сказать, но от удивления не мог. Даже в самых смелых мечтах он не мог представить себе такого.

– Раз я не умер, – хриплым голосом продолжил король, – накормите меня. Я хочу есть!

Прибежала вызванная нянюшка, захлопотала вокруг своего подопечного.

А советник уже дал сигнал на кухню, нести обед в соседнюю комнату. Местопребывание короля держалось в секрете.

– Пока только бульон и легкую кашку, – успела подсказать Василиса.

Чувствовала она себя прекрасно. А искорки на пальцах пропали. Она еще раз своим зрением прошлась по телу короля. Ничего не пропустили. Король вылечен! Так она и доложила советнику.

Тот, потирая руки, сразу стал прикидывать: «Пусть все думают, что король тяжело болен. Не стоит сразу раскрывать все карты. А тем временем король полностью восстановится и разберется с тем, что происходит. Недоброжелателей, кто и с какой целью желал смерти королю, нужно вывести на чистую воду!»

***

Герцог Санье смаковал у себя в кабинете коньяк тридцатилетней выдержки. По столу перед ним вышагивал котенок-малыш и лапкой «правил» бумаги: какие-то сбрасывал со стола, какие-то подгребал в кучку.