Преодолеть свою любовь

Первые искры ☆

Одним тёплым вечером София сидела со своей подругой Олей. Они бурно обсуждали предстоящий учебный год, но София явно не была рада этому событию. Подруга, почувствовав исходящее от Софии недовольство, спросила:

— Соф, с тобой всё в порядке? Ты какая-то... задумчивая что ли.

Вопрос подруги озадачил Софию, но не подавая виду, она ответила:

— Думаю, что снова этот козёл будет меня доставать...

София говорила о своём сводном брате Ярославе. Он с самого детства не взлюбил Софию, постоянно пытался задеть или как-то подразнить её, и это ужасно раздражало девушку. Но она редко отвечала Ярославу агрессией на агрессию — понимала, что скандалы ни к чему хорошему не приведут. Иногда могла отпустить в его адрес несколько колких слов, ведь он был сыном влиятельного человека, и для него такие подколы были привычкой. Он был единственным сыном своего отца. Мать Ярослава умерла при родах, а отец строил свою империю, поэтому большую часть времени с мальчиком сидели няни — которые его безумно раздражали. В принципе, его раздражало всё и все, особенно после того, как отец женился на матери Софии. Он ненавидел их и часто вставлял палки в колёса Софии, но она не реагировала, сохраняя спокойствие. Это было одним из её преимуществ, которые безумно раздражали Ярослава ещё будучи подростком.

— Соф... — с тонкой злобой в голосе произнесла Оля. Её, как и Софию, очень раздражал Ярик.

Он был чертовски красив: высокий — около метра девяноста, с тёмными каштановыми волосами, которые в пасмурную погоду казались почти чёрными. Глаза — тёмно-зелёные, словно цвет бутылки от дорогого вина. Только Софа знала, что у Ярика глаза-хамелеон: до полудня они были глубокого зелёного цвета, а после полудня приобретали бирюзовый оттенок. Но под его очень красивой и словно магнитом манящей внешностью скрывался ужасный характер — упрямый как танк, словно сердце из стали.

Вдруг девушки услышали, как открылась дверь из комнаты Ярослава. На лестнице появился силуэт в полумраке.

— Это он? — удивлённо спросила Оля, но в её глазах можно было увидеть восхищение и желание.

Сама собой я поймала себя на мысли, что мне не нравится, когда девушки пускают слюни на Ярика — словно я его ревновала. Но быстро выгнала эти мысли из головы — ведь он просто мой брат и моральный урод. Но чёрт возьми, он действительно был хорош.

— Приветик, Ярик! — с лёгким флиртом произнесла Оля.

Ярослав косо осмотрел нас. Да боже, почему он всегда такой хмурый?

По моему лицу было видно, что я не в восторге от того, что Оля начала миловаться с Яриком.

В гостиную вошёл отчим. Только после этого Ярик заговорил:

— Привет, отец, — сухо, но неожиданно вежливо поздоровался он.

— Доброе утро, сын, — также без эмоций ответил отчим.

Я встала, чтобы сделать лимонад, но неожиданно Ярослав очень странно посмотрел на меня — как мне показалось, с какой-то улыбкой.

— Соф! Дочь! — неожиданно раздался голос матери за спиной. От неожиданности я выронила кувшин, в котором хотела сделать лимонад. Кувшин разбился, и осколки полетели прямо мне под ноги.

Отчим с мамой быстро оказались рядом, беспокоясь, что я повредила ногу. Поспешно начали убирать осколки; убедившись, что я не поранилась, успокоились. Лишь Ярик стоял и едва сдерживал улыбку.

Когда большую часть осколков убрали, я стала аккуратно идти к подруге. Но неожиданно для всех Ярик швырнул стакан и подлетел ко мне. Он резко поднял меня на руки так, что я вцепилась ему в шею от неожиданности. После чего крикнул:

— Смотри куда идёшь!

Прямо передо мной лежал острый кусок прозрачного стекла. Я удивилась и даже проскользнула мысль о том, какие сильные у него руки.

— Леди, может быть вы думаете приземлиться или я вас сброшу? — с раздражением и одновременно с улыбкой произнёс Ярик.

Мои мысли о том, что он такой хороший, сразу же улетучились. Я резко ответила:

— Благодарю, но если тебе так в тягость — мог бы и не подбегать.

---