Препод из Нави

Глава девятая

На улице Владе стало легче, но злость на Долгова не проходила. Что ему вообще от нее надо? В конце концов, Ева Карловна оказалась совсем не страшной. Может, в этой истории Баба-Яга – это добро, а Кощей – зло? Может, Владе стоит присоединиться к Еве Карловне и, став поляницей, убить Кощея?

А что, если… Что, если ей вообще ничего не предпринимать? Просто поехать домой, вести обычную жизнь с мамой, бабулей и кошкой Рыськой?

Кого ей бояться? Долгова? Он совсем не страшный. Евы Карловны? Она – премилая дама. Бородач Фролов, конечно, жуткий тип, но он, по всей видимости, находится под полным контролем Бабы-Яги.

- Буду жить, как прежде, - сказала Влада, и повторила с возросшей в сто раз решимостью. – Как прежде!

Огромный черный кот мягко спрыгнул с дерева во дворе дома по улице Дуки. Мимо клумб с засохшими цветами метнулся к забору, перепрыгнул через него, метнулся через тротуар, напугав женщину с ребенком и скрылся в подворотне.

Примерно через десять минут кот вынырнул из палисадника рядом с Курганом Бессмертия – главной прогулочной зоной города. Прошмыгнув по парковке мимо автомобилей, кот нашел черный «Гелентваген», негромко мяукнул. Дверца авто отворилась. Кот запрыгнул внутрь.

- Ну что, Баюн? – спросила Ева Карловна, поглаживая животное по макушке.

- Сбежала вся в слезах, - промурлыкал кот. – Она теперь наша.

Глаза Евы Карловны полыхнули красным огнем, красивые губы, накрашенные ярко-красной помадой растянулись в довольной улыбке.

- Ты слышишь, Авдей? - обратилась она к сидящему рядом богатырю. – Поляница теперь наша.

И Влада стала жить, как прежде. Сначала все было отлично. Прекрасное настроение, чудесные отношения с мамой, сон без сновидений. Ни отца, ни сестры Риты, ни Долгова.

И Ева Карловна с Фроловым не беспокоили.

Влада ходила в институт, училась, преподаватели ее хвалили, так что опасений по поводу сессии не было. Весело проводила время с Лорой и Виктором, в глазах которого Влада читала нечто такое, что заставило бы сердце любой другой девушки из группы забиться, как пулемет. Да и сердце Влады билось от взглядов высокого рыжего парня, но вот только не как пулемет.

Долгов с того памятного дня в институте не появлялся. В деканате сообщили, что преподаватель заболел, и, как знала Влада, это не было ложью: руки у Александра Степановича были основательно покромсаны кандалами.

Впрочем, ей не было до этого никакого дела, ведь она жила, как прежде.

«Какпрежденская» жизнь закончилась через неделю. В тот день Влада задержалась в институте: нужно было помочь Лоре с английским. Едва успела на последний автобус.

В Полпинке ее ждали. Богатырь Фролов стоял в тени липы у дороги. На широченном плече богатыря примостился черный кот, от которого в сумраке виднелись только ярко-желтые глаза.

Увидев Владу, Фролов вышел из-под липы и зашагал рядом. Кот искоса глядел на студентку.

- Хороший вечерок, поляница, - сказал богатырь.

Влада не ответила. Ей снова стало страшно, почти как в первый раз, причем, она не понимала, кого следует бояться большое – богатыря или кота.

- Ева Карловна желает побеседовать, - сообщил Фролов. – Идем.

- Куда? – выдавила Влада.

- Тут недалеко. У магазина припарковались.

Влада проглотила появившийся в горле комок.

- Не пойду.

Богатырь вздохнул.

- Просят же.

- Не пойду.

Вдруг раздалось шипение, похожее на змеиное:

- Да что ты с ней якшаешься, Авдей, хватай в охапку, да тащи!

Влада выпучила глаза, осознав, что это сказал кот. Ноги стали ватными от страха, и студентка послушно последовала за богатырем, не спуская глаз с животного на плече Фролова.

12

- Добрый вечер, Влада, - мягко поздоровалась Ева Карловна с заднего сиденья «Гелентвагена». – Давненько не была я в Полпинке. Неприятное место. Много цыган, а среди цыган немало сильных колдунов и ведьм.

- Здравствуйте, - буркнула студентка.

Богатырь открыл заднюю дверцу. Влада села рядом с Евой Карловной. Между ними взгромоздился кот. Фролов, сопя, уселся на водительское место.

- Что вам от меня надо? – спросила Влада. – Я не хочу больше играть в эти игры, я это и Долгову сказала. Вы можете оставить меня в покое?

Ева Карловна печально склонила голову.

- К сожалению, не можем, Влада. Ты – неинициированная поляница, но ты выявленная поляница. Выявленных поляниц либо инициируют, либо …

- Либо что? – похолодев, спросила Влада.

- Либо убивают. Ни богатыри, ни сущности не могут так рисковать. Ты случайно инициируешься, обретешь силу, и что же? Перебьешь всех?

- Я не хочу никого убивать! – воскликнула Влада. – И инициироваться не желаю! Мне нравится моя жизнь! Оставьте мне ее.

- Бедная девочка, - казалось, вполне искренне посочувствовала «Красавица-Яга». – К несчастью, твоя жизнь никогда больше не будет прежней.

Пока доктор Лесная говорила, ее облик неуловимо менялся. Нос Евы Карловны как будто слегка удлинился, заострился, кончики губ опустились, а в глазах замерцали красные огоньки.

- Так что вы хотите от меня? – чуть не плача, спросила Влада, которой с каждой секундой становилось все страшнее.

- Ты должна стать поляницей до пятницы, - мертвым голосом отчеканила Ева Карловна. – Выбирай любой способ, который тебе предложил Долгов. Авдей Святославович все проконтролирует, научит тебя пользоваться твоей новой силой. Затем ты убьешь Кощея.

- А если я не буду этого делать? – с вызовом спросила Влада.

Ева Карловна, внешность которой приобрела свой обычный вид, достала из сумочки зеркальце, помаду, стала прихорашиваться. Кот, положив голову ей на колени, замурлыкал.

- Если ты не сделаешь это, я отрублю тебе голову, твоим маме и бабушке тоже не поздоровится, - сказал Фролов таким тоном, будто предлагал Владе купить у него набор фломастеров. – Ну, девочка, ступай.