Препод из Нави

Глава десятая

Богатырь открыл дверцу «Гелентвагена», Влада поспешила выскочить на свежий воздух.

- О, постой! – вспомнил Фролов. – Вот, возьми.

- До свидания, дорогая, - сказала Ева Карловна ласковым голосом.

Кот мяукнул.

Черная как смоль машина рванула с места и исчезла за поворотом, ведущим прямо на шоссе.

Влада минуту постояла, пытаясь собраться с мыслями. Затем направилась в сторону дома. В руке было что-то тяжелое. Она посмотрела.

Буханка бородинского хлеба.

Проходя мимо колодца, Влада кинула буханку. С первого раза не попала. Подобрала, снова кинула. Раздался плеск воды и бульканье:

- Хлееепппппц!

- Все хорошо, Владочка?

Лицо мамы было встревоженным.

- Да, мам. Помогала подруге с английским, задержалась.

- Скорее ужинать.

Наскоро перекусив, почистив зубы, Влада отправилась в свою комнату. Не включая свет, не раздеваясь, упала лицом на постель лицом в подушку.

За что ей это «приключение»? Нет, когда-то в детстве она мечтала попасть в сказку, но не в такую!

Ева Карловна и ее банда оказались еще более мерзкими, чем Долгов. Вернее сказать, препод совсем не мерзкий! Разве он хоть раз угрожал ей? Ни разу. Александр Степанович всегда был исключительно вежлив и галантен. Вот, точно! Это слово – галантен – идеально подходит, чтобы описать, как вел себя с ней Долгов.

Но она предала его, и теперь расплачивается.

Влада тихонько заскулила. Кошка Рыська запрыгнула хозяйке прямо на спину, свернулась клубком, замурчала.

Во вторник факультатив, Долгов вполне может прийти, и она ему все расскажет!

«Во вторник?! – Влада села на кровати. – «Может прийти?!».

Ева Карловна потребовала, чтобы Влада стала поляницей до пятницы!

Забыв с перепугу, какой сегодня день, Влада схватила смартфон. Четверг! Только что наступил четверг. У нее есть один день, или…

«Я отрублю тебе голову, и твоим маме и бабушке также не поздоровится».

К Долгову! Срочно!

Влада вскочила. И тут же без сил осела на постель.

Куда? К какому Долгову? Ночь. Полпинка. Начался дождь…

«С утра еду к нему! И с ним – к отцу!».

«К отцу!».

Лишь подумав об этом, Влада почти физически ощутила, как по ее телу побежали мурашки. Она не существовала для этого человека, он оставил ее мать, бросил, как ненужную тряпку.

И тем не менее, встреча с отцом может дать ей силу для того, чтобы защитить, спасти самых дорогих ей людей. Спасти маму! Да чтобы спасти маму, она встретится не то что с отцом, но с чертом!

Опустив голову на подушку, Влада свернулась калачиком и уснула. Если бы кто-то сказал ей раньше, что она спокойно уснет накануне встречи с отцом, ни за что бы не поверила.

Утром Влада дождалась, когда мама ушла на работу и на цыпочках, словно воришка, проникла в мамину комнату. В шкафу в нижней полке лежала толстая тетрадь. «Моя летопись», - смеясь, называла ее Светлана Егоровна.

В детстве, тоже украдкой, Влада часто брала эту тетрадь. Смотрела на бережно приклеенные к бумажным страницам фотографии. Фотографии счастливой мамы, счастливого отца. Поражалась, насколько «этот человек» похож на нее. Глотая слезы, читала написанные маминым почерком стихи о любви и верности – такие наивные, такие трогательные.

На последней странице – Влада прекрасно это знала – был записан адрес ее отца.

- Улица Калинина, дом .., - прошептала девушка, еще даже не перелистнув страницу. Надо же! Она не забыла. Давно, в раннем детстве, впервые открыв страницу с адресом, замерла, тут же захлопнула тетрадь. Эту страницу Влада больше никогда не открывала, но, как оказалось, все эти годы она помнила адрес своего отца.

На этот раз дверь в доме Долгова была закрыта. «Не ждет меня», - подумала Влада. Тихонько постучалась. Тут же раздались шаги, препод появился на пороге. Он был бледнее обычного. Запястья перемотаны, на щеке – свежая, довольно глубокая рана.

- Входите, Речкина, - сказал Долгов своим официальным, преподавательским тоном.

Влада прошмыгнула в коридор. Кощей закрыл дверь.

- А что это у вас? Ну, на щеке?

- Ничего особенного, не обращай внимания. Зачем пожаловала?

Влада набрала в грудь воздуха и выпалила:

- Александр Степанович, я передумала! Я хочу, чтобы вы помогли мне стать поляницей! Готова встретиться с отцом.

- То есть, помощь Бабы-Яги в этом деле тебя не устроила? – язвительно спросил Долгов. Он опустился на диван, взял в руки книжку. «Мастер и Маргарита».

Влада вкратце пересказала все, что произошло с ней накануне.

- Окучивает Ева Карловна, окучивает, - процедил Кощей. – Но могла бы и тоньше работать.

- Так вы поможете мне стать поляницей? – с вызовом спросила Влада.

Кощей рывком сел на диване, отбросил книгу.

- Знаешь, Речкина! Вчера, когда ты убежала, я подумал: а зачем? Зачем я спасаю тебя? Твоих родных? Зачем спасаю эту версию человеческого мирка? Ведь мирок-то гнилой! Что в нем есть хорошего, чтобы это спасать?

Влада была несколько обескуражена этой вспышкой, и не нашлась, что ответить.

- Ладно, едем, - вздохнул Долгов, поднимаясь с дивана.

И вот Влада все-таки очутилась в салоне «Ламборджини Ураган». Наверное, если бы ей не предстояла унизительная встреча с отцом, Влада оценила бы и кожаное мягкое кресло, и подлокотники из натурального дерева, и космическую приборную панель.

Но сейчас ей все это было совершенно не интересно. Она смотрела в скошенное окно спортивного автомобиля на знакомые брянские улочки, и слезы закипали в ее глазах. Почему она просто не может быть сейчас в своей комнате, гладить кошку Рыську, ждать маму с работы, слышать телевизор в комнате у бабули?

Вдруг рука Долгова легла на ее руку.

- Ты справишься, - сказал препод.

Улица Калинина – одна из центральных в Брянске. Начинается у реки Десны, пересекает весь Советский район и скрывается в лесу, или, как его официально называют, в роще «Соловьи».