Препод с подвохом. Укротите книгу немедленно!

Новое от 14.04

Вот тут нервишки у меня и сдали.

– Клянусь, молчать буду! Только не бейте! – заревела я теперь уж совсем натурально. – Отпустите! Не отправляйте опять в болото к змеям!

Аспирант воскликнул что-то, выставив руки ладонями вперёд. Кажется, хотел коснуться моего плеча, но благо передумал. Отпрянул с возгласом:

– Да ты в окно-то выгляни! Чего ревёшь?

Я проморгалась и уставилась в молочно-белую белизну. Это ещё что за мгла? Что я увидеть должна? Серую безысходность и мир напоследок?

Поняв, что я тупо гляжу перед собой, аспирант в негодовании цокнул и вновь потянулся ко мне. Я шарахнулась, вжавшись в спинку кресла, но он лишь дотянулся до окна и поелозил ладонью по стеклу.

– Запотело… – прошептала я, прильнув носом к мокрому окну.

Снег сошёл на нет. Фонарей тоже раз-два и обчёлся. Только плотные ряды гаражей обступили нас со всех сторон, а над ними вдали…

– Это общага, что ли? – я обернулась, затаив дыхание. – Моя?

– Твоя, – без намёка на усмешку ответил аспирант и задумчиво провёл пятернёй по коротким, торчащим забавным ёжиком, волосам. – Ну ты и правда, совсем…

Бранов нервно хохотнул, крутанув пальцем у виска.

– Так я же не знала… Я думала, вы меня сейчас тут!..

– Да нужна ты мне сто лет в обед.

Аспирант нажал на кнопочку на панели, и в двери щёлкнуло.

– Я могу идти?

Бог мой... Неужели всё обошлось? Неужели четвертование и расфасовка конечностей по пакетам отменяется?

– В добрый путь, блаженная, – подтвердил Бранов и снова усмехнулся, отводя взгляд.

Я несмело подняла рычажок, и дверь отворилась. Одной ногой ступила на дорогу и мигом почувствовала себя в безопасности. Обернулась.

– Ну вы и изверг, конечно.

– Иди уже.

Я послушно перекинула вторую ногу и выползла из машинных сумерек. Луна, размером не больше пятирублёвой монеты, едва проглядывала из-за облаков. Небо медленно, но верно прояснялось, обнажая россыпь звёзд.

– Так а зачем всё-таки приезжали? – заглянула я напоследок в салон. – Чего хотели-то?

Аспирант положил руки на руль и не глядя ответил.

– Не твоя забота. Чего хотел – узнал. Топай давай отсюда.

Распрямившись и задрав голову, я с облегчением выдохнула, выпуская клубок пара. В чудесное спасение верилось с трудом, но любопытство, давным-давно вытравив благоразумие, разевало рот с голодным плачем. Ему информации было слишком мало.

– Ян Викторыч, мне что, опасность теперь грозит? Вы меня защищать будете?

Бранов медленно повернул голову и глянул с таким странным выражением... Не то тик нервный словил, не то попросту засомневался, не оглох ли?

– Ага-а... – обречённо выдохнула я, приняв угрюмое молчание за положительный ответ. – Значит, будете. Не в обиду, но методы защиты у вас больно уж экзотические. Угробить самому, прежде чем кто-то...

– Да иди ты уже, кому говорю!

Дверца громко хлопнула, и машина, взревев, сорвалась с места. Сделав круг почёта и развернувшись, аспирант притормозил подле меня и приспустил стекло.

– Шапку хоть надень, – хмуро бросил он. – У тебя и так с головой непорядок, а мне не с руки будет, если ты экзамен у Завлинского завалишь.

– Не с руки… экзамен… – нахмурилась я, глядя вслед уносящейся легковушке.

Клубы выхлопных газов окутали с ног до головы, и едва туман рассеялся, тараканы, оформившие прописку у меня в мозгах, выстроились по порядку и приготовились дать полный отчёт о случившемся.

– Да он совсем ненормальный! – рычала я, по сугробам пробираясь к общежитию. – Завёз не пойми куда...

Сотню раз пожалела, что напрямик пошла. Лучше бы по дороге. Похоже, здесь и впрямь давным-давно никто не ходил. Лишь тонкая цепочка собачьих следов тянулась вверх по склону, и я поклясться готова была, что аспирант намеренно меня сюда притащил. Чтобы напугать и помучить.

Ну и, если верить его словам, что-то разузнать.

Знать бы только, что именно?

Набрав полные ботинки снега, я наконец выбралась на расчищенную дорогу. Дыхание от гневных ругательств и подъёма в гору сбилось напрочь. Опасаясь, как бы ангину не схлопотать, я остановилась, чтобы отдышаться.

– Садист чёртов.

Постигая дзен, я глубоко вдохнула носом и запрокинула голову. Совсем разъяснило, и звёзды теперь сияли зазывнее, таинственнее.

The truth is out there, что означает: Истина где-то рядом… Ха! Рядом? Да она у меня под носом, и имя ей: Ян Бранов.

Я снова гневно нахмурилась и, сжав кулаки, возобновила путь.

– Ну, погоди, Бранище! Доберусь до цивилизации, точно до смерти залайкаю! Узнаешь у меня…

Дорогие читатели!

Напоминаю, Ваш отклик очень для меня важен и дорог❤️