Препод с подвохом. Укротите книгу немедленно!

ЧАСТЬ IV. Глава 1. Попробуй догони!

ЧАСТЬ IV

Рассказ Розы я слушала затаив дыхание. И когда последнее слово было сказано, а женщина спрятала покрасневшие глаза за платком, я выдохнула и опустила донельзя напряжённые плечи.

Ян молчал. Молчала Марта, и даже у меня слова пропали.

Бранов первым поднял голову.

– Выходит... мама жива? Может быть жива до сих пор? Почему ты молчала?!

– Лили просила, – Роза, будто только и ждала обвинений, вцепилась в потасканный ежедневник. – Она написала, что ты не должен знать! Всё, что могла, я тебе отдала. Ты знаешь о Хранителях Равновесия и Хаосе всё! Но о том, что внутри тебя… Лили писала, что не моё право рассказывать тебе. Ты сам почувствуешь, когда наберёшь силу. Но я надеялась, что ты никогда... Что оно никогда не проснётся и...

Роза зашмыгала носом, а Бранов со злостью впился в свои и без того взлохмаченные волосы.

– Я мог её найти! Мог не тратить время на глупые поиски этого Хаоса. Мог бы учиться! Быть может, даже обратился бы к Ордену или...

– Ты не понимаешь! – воскликнула Роза, утирая припухшие глаза. – Орден не должен знать ни о тебе, ни о Лили! Они уничтожат тебя или запрут до конца дней! Я не позволю! Ты для них чудовище!

Марта шумно выдохнула и заёрзала. Поднялась и, будто ей зябко в одночасье стало, обхватила себя за плечи. Подошла к окну.

– Это ты не понимаешь, – зло прошептал Ян, спрятав лицо в ладонях. – Я столько лет, как идиот, верил, что маму поглотил Хаос. Столько времени потерял даром! Я мог давным-давно найти её. Освободить. Я бы смог!

– Не смог бы, – безжалостно пресекла Марта и обернулась. Её глаза сверкали тревогой, страхом, решимостью и странной, незнакомой болью. – Ты бы погиб, Ян. Ты и без того рискуешь, перемещаясь без Слышащего. Не спорю, – выставила бестия ладонь, остановив брата, раскрывшего рот, – ты другой. Это твоё преимущество. Но и слабость. Как ни крути, ты ещё слаб! То, что внутри тебя... Да и откуда нам знать, как настроен против себе подобных твой этот...

– Отец? – с угрозой в голосе спросил Бранов. – Ты это хотела сказать? Так не стесняйся, Марта! Я сын чудовища!

Марта потупилась, но ответила твёрдо.

– Он не человек, и ты не знаешь, как он примет тебя − с распростёртыми объятиями или уничтожит, как соперника или потенциальную угрозу.

– Ян, Марта права. Мы не знаем, как Миарх может отреагировать, – потянулась к аспиранту Роза. – Он не подпустит никого к Лили. Если она ещё жива…

– Жива, – отрезал Ян. – И пусть эта тварь только посмеет не подпустить меня к ней. Дай дневник!

– Раз Лили написала, что ты должен узнать сам, должен окрепнуть, значит, так нужно. Иначе тебя поглотят, и ты станешь одним из многих! Ян, прошу!

Но на лицо аспиранта налегла злая тень. Бранов поднялся, старательно выдыхая гнев.

– Отдай. Дневник.

Испуганно заморгав, Роза крепче вцепилась в записи.

– Пойми же ты! – взмолилась она. – Столько лет спустя мы не можем знать, что случилось с Лилией! Не можем наверняка знать… Марта! Объясни же ему!

Бестия молчала. Лишь нервно поёжилась под темноглазым взглядом брата.

– Ты и так долго таила от меня правду, Роза, – жёстко выдал Ян, и я съёжилась. На кухне словно холоднее стало. – Отдай дневник. Если там есть подсказки, как найти Лилию...

– Я вдоль и поперёк его перечитала, – зачастила Роза. – Там ни слова нет!

Но Бранов лишь требовательно выставил руку ладонью вверх. Молчал. Сверлил взглядом неродную мать, и Роза сдалась. Протянула записи.

Ян пролистал их, не читая и строчки. Захлопнул и приложил ладонь к некогда красивой обложке.

– Родион знал? – Роза кивнула, и Ян зло хмыкнул. – Теперь ясно, почему он меня так ненавидел.

– Не надо, Ян… − слёзы у Розы вновь полились по щекам. − Он тебя любил. Очень любил! Как и я.

Бранов с сомнением хмыкнул и, захватив дневник, направился к выходу. Но вдруг обернулся.

– Любил, говоришь? А по пьяни он другое говорил. Думаю, ясно теперь, почему он умер так скоро, – Ян через боль ухмыльнулся. – Аура. Наверняка это я. Это моих рук дело.

Повисло жгучее молчание, в котором шаги аспиранта по деревянной лестнице, словно гром среди ясного неба звучали.

– Мам, – Марта обняла залившуюся слезами Розу, – всё хорошо. Я не слышу его, а значит, Ян ещё не один из них. Его Хаос молчит. Все годы молчал. И он не мог ранить папу. Иначе я бы слышала его, поверь. Постоянно.

– Я знаю, милая, знаю. Но как же нам теперь…

Сидя в уголке на стуле тише воды, ниже травы я стиснула кулаки. Поднялась и тенью выскользнула в коридор. Остановилась у лестницы.

Сердце, до этой секунды не подававшее признаков жизни, задолбилось в горле.

Я пыталась не думать. Старалась не прислушиваться, чтобы ненароком не уловить странный, граничащий с сумасшествием шёпот вновь. И лишь осознание, что Марта − Слышащий продвинутого уровня − не слышит Хаос, удерживало от порыва в панике драть волосы.