Преподавательница Вирита. Попаданка в Академии Артефакторов

Глава 3

Проснувшись, в первое мгновение не понимаю, где нахожусь. Потрескавшаяся побелка на потолке, полумрак, коричневые шторы, незнакомая мебель. Но потом взгляд натыкается на ворону, рассевшуюся в изголовье кровати, и накрывает осознанием: «Всё-таки не сон. Я всё-таки попала в другой мир!»

Наверное, надо бы испытать беспокойство из-за того, что у меня нет денег, работы и я здесь ничего не знаю. Но вместо этого испытываю воодушевление: я молода, привлекательна, несу ответственность только за себя (и за Ворону) – не так уж и плохо для начала. А с остальным как-нибудь разберусь – работы и сложностей я никогда не боялась.

Потягиваюсь, в очередной раз убеждаясь, что ничего нигде не болит, затем поднимаюсь с кровати и отправляюсь умываться.

Варю кашу, используя всю оставшуюся крупу. Ворона какое-то время наблюдает, потом произносит:

– Окно открррой. Полечу пррроверррю, там ли всё ещё Жуануль.

– Спасибо! – благодарно улыбаюсь я.

– Только никому без меня дверь не открррывай, – напоминает Ворона. – Молчи, если постучат.

– Хорошо, – её настоятельная забота забавляет.

– Не забудь.

Птица испытывающе на меня смотрит пару мгновений, а потом вылетает в окно. Провожаю её взглядом до тех пор, пока не скрывается за одним из соседних домов.

Вдыхаю немного прохладный утренний воздух и закрываю окно. Если хозяин этой комнатушки меня заметит, так просто от него отделаться не получится.

Но от окна не отхожу – очень уж любопытно посмотреть на другой мир и его жителей. Каша варится, так что немного времени у меня есть.

Ворона говорила, что здесь живут представители разных рас. Интересно, получится ли угадать, кто есть кто?

Прохожих в такой ранний час мало, за минуту всего одна женщина и один мужчина, да и то лиц рассмотреть не удаётся. А когда начинает моросить дождик, прохожие и вовсе прячутся под зонтами. Но на первый взгляд они обычные люди (без крыльев, рогов и хвостов) в очень консервативной одежде: платья длинные, с широкими юбками, никаких брюк или шортов, хотя по температуре и обилию зелени кажется, что сейчас лето.

Дождь усиливается. Мимо проезжает трамвай, но пассажиров в нём всего пятеро, и из-за потоков воды, обрушивающихся с неба, рассмотреть их особо не получается. Проносится конный экипаж, и на улице снова становится тихо.

По ощущениям сейчас шесть двадцать утра, но откуда я это взяла, совершенно непонятно – небо затянуто серой хмарью и солнца не видно. Да и даже если бы было видно, всё равно я не знаю, во сколько здесь светает. Тем страннее кажется собственная уверенность в том, что сейчас шесть двадцать.

Глядя на то, как на асфальте растут лужи, начинаю беспокоиться за свою Ворону. Успела ли она где-нибудь спрятаться, чтобы переждать непогоду? Всё ли у неё хорошо?

Довариваю кашу и раскладываю по тарелкам. Съедаю свою порцию и перемываю посуду.

Другой еды в комнатушке нет, так что мне в любом случае нужно будет сегодня выбраться на улицу и столкнуться с незнакомым миром. И раз уж более тесного знакомства с миром не избежать, лучше сразу же заняться бывшим Вириты и вытрясти из него деньги.

Поскольку Ворона всё ещё не вернулась, решаю немного поучиться. С сожалением смотрю на стопку тетрадок по физике, но всё-таки выбираю толстенную тетрадь по законам королевства. Было бы очень кстати найти что-нибудь по поводу ситуации с Жуанулем. Угрожать тем, что обращусь в сыск – это неплохой довод. Но а вдруг найду что-то ещё? Я привыкла заранее готовиться к важным переговорам и просматривать всю доступную информацию. Это многократно себя оправдало. Как говорится, предупреждён – значит вооружён.

Мне везёт. Тетрадь с законами разбита на разные разделы. Нахожу тот, что посвящён имущественным вопросам, и радуюсь, когда там отыскивается закон, в котором говорится, что в случае нарушения обязательства жениться, та сторона, которая не сдержала обещание, обязана возместить все убытки, а также заплатить компенсацию за потраченное время. Похоже, у них всё-таки есть понятие «моральный ущерб». Пусть и не такими словами, но главное смысл. На всякий случай запоминаю номер и полную формулировку закона. Теперь у меня будет ещё один козырь в рукаве. Бывший Вириты точно не отвертится.

Когда ловлю себя на этой мысли, с досадой морщусь. Надо бы постараться привыкнуть к новому имени. И к новой внешности тоже. Будет странно, если меня кто-то позовёт, а я на это никак не отреагирую. Или ещё хуже, начну оглядываться по сторонам, чтобы понять, кого зовут. Неудобно получится.

Примерно через час возвращается Ворона и, пока я аккуратно промакиваю ей мокрые перья полотенцем, заверяет, что Жуануль проживает всё в том же доме. Обрадованно её благодарю, после чего показываю на тарелку:

– Тогда завтракай, а потом пойдём вытрясать наши денежки.

– Ты точно спррравишься? – взволнованно уточняет Ворона.

Пожимаю плечами:

– А разве у меня есть выбор? Если этого не сделать, нас попрут из этой комнатки на улицу. Другого жилья нет, как и денег на него. Да и на еду тоже что-то нужно. Значит, придётся справиться… А во сколько обычно Жуануль просыпается?

– Не ррраньше десяти утррра.

– А как быстро я смогу добраться до его дома?