Престол для двоих

20

Аллания:

Мой разум не переставал крутить образы крохотного Сальмона и меня, маленькой Госпожи, которая никогда не желала выходить замуж, а мечтала стать лучшей старшей сестрой, для маленького счастья по имени Мелори. Спустя не знаю, сколько времени, я сумела расслышать диалог Сальмона и Илеоны, которая в очередной раз пыталась вывести его из себя. Мой затуманенный взор, начал приходить в норму, но я всё так же не отвечала за саму себя.

-Снежинка, вернись ко мне.

-Даже не пытайся вернуть её в прежнее состояние.

-Заткнись ведьма.

-Сынок, как можно так с матерью?

-Как иронично, что ты назвалась моей матерью, только в момент насмешки над собственным сыном.

-В этом мы похожи, сын мой.

-И в чём же, позволь спросить, мама-это слово он сказал не просто, он буквально выплюнул его, будто это был смертельный яд.

До сих пор, я не вижу перед собой не единого суразного предмета или человека, я лишь сумела наконец распознать по звукам, что мы всё ещё в туннеле. Только сейчас я поняла, что ощущаю неимоверный жар в области затылка и ладоней, которые всё же не могу рассмотреть.

-Ты такой же эгоист, как и я. Ты хочешь сказать мне, что эта девочка покорила тебе, или ты всё же нашёл способ достижения цели?

-Это уже не твоё дело.

-Ты прав, но посмотри на её беспомощное состояние, она сковала себя своей собственной магией, если её выносливость покинет её, то она сможет сгореть заживо.

-Что ты такое говоришь, она же бессмертна.

-Ты смешон, твоя жена спасла тебя от разрушения в тот момент, как только оказалась на пороге твоего дворца.

-Что это значит?

-Она потеряла своё бессмертия, она отдала его, даже не догадываясь об этом. Магия каждой ведьмы теряет свойства, в тот момент, когда её физическое тело расстаётся с оболочкой. Но я Илеона Фред, не одна из слабых колдовок, я могущественная ведьма Клана «Святителя теней» и я не могла просто дать тебе антидот.

-Что ты пытаешься этим сказать?

-То, что её смерть была предрешена, как только она попала в твои руки.

Эта недоженщина пытается сказать, что у меня нет вариантов на спасение, но меня смущает не вероятность моей гибели, а то, что она так уверенна в сказанном. Многие её высказывания оказались праведными лишь на половину, поэтому я могу предположить, что и в этот раз она прощиталась. Я не чувствую бессилия или тяжести в теле, в этот момент я слышу всё, что происходит рядом со мной, но не могу разглядеть, эта одна их тех причин, по которой мне не удобно находится в этом полуобморочном и витающем состоянии.

-Ты хочешь сказать, что она не сможет очнуться?

Сальмон:

-Не совсем, она может оклематься, только если твои руки, как и ты сам покинут этот мир.

Аллания - единственная девушка, которую я сумел так близко подпустить к своим замкам и истории. Я ни на секунду не сомневаюсь в своём решении отдать свою жизнь за неё, но зная эту нахальную Императрицу, а так же хрупкую девушку, я понимаю, что она не сможет простить себе то, что осталась жива из-за моей жертвы.

-Есть ли способ, чтобы мы ушли вместе?

-Мой сын не такой холоднокровный каким хочет казаться.

-Если ты хочешь поговорить с собой, то я пожалуй оставлю тебя, только после того, как ты ответишь на мой вопрос.

-Вариант есть, но он не безболезненный.

-Я одного не могу понять, ты помогаешь мне, или пытаешься сжить меня со свету?

-Второй вариант мне по душе, сынок.

-Ближе к делу, мама.

-Твоя жена находится в прострации, которая сжирает её разум и чувства, но ты можешь забрать её боль, одним лишь прикосновением.

-Это значит, что умру лишь я?

-Вроде император, а такой глупый. Я же говорила, что жизнь этой девушки предрешена.

Между мной и снежинкой откровенно мелкое расстояние, которое позволяет ощутить её прерывистые вдохи выдохи. Её грудь касается моей, этот момент не должен быть таким интимным, но он уже стал таким. Я готов отдать жизнь за девушку, которую хотел бы видеть в роли матери наших детей. Моё дыхание начинается сбиваться от картины, которая заела в моей голове и глазах, я вижу девушку небесной красоты, которая закована в цепи нашей совместной смерти. Аллания была будущей крон - императрицей королевства «Потея», но стала Императрицей Клана «Святителя теней», тес самым заклеймила себя навеки быть моей.