Преступление тысячелетней давности

Глава 8

Знаки Велеса

Великий князь Олег Вещий — первый князь киевский — сидел, ссутулившись, у окна и смотрел пустым взглядом на желтеющую рощу.

Он, который совсем юным стал править Новгородом. Он, который обучался у лучших жрецов. Он, который умом и хитростью покорил великий Царьград. Он, который не уберег своего единственного сына…

Его славное правление не только улучшило внутренние дела княжества, но и значительно расширило границы Руси. Он ходил в походы и покорял народы. Он заставил племенных князей подчиняться общим законам и уплачивать ему дань, пополняя казну. Он строил новые города, устанавливал подати, занимался устройством земли. Всё это привело к процветанию державы. Но лично ему счастья не принесло. Он был одинок.

Его успешный поход на Царьград обеспечил Олегу богатую добычу и власть над торговым путём из варяг в греки. Благодаря чему Новгород превратился в важный торговый город, соединяющий Восток и Запад. Молва о свершениях князя разнеслась повсюду. Народ назвал его, победившего хитрых ромеев, Вещим.

Однако Олег больше не получал удовольствия от побед над соседями и удовлетворения от военных походов. Он, словно одержимый навязчивой идеей укрепить власть нападая на врагов, растрачивал свои физические силы бездумно и безудержно. В последние годы чувствовал, что полностью исчерпал их. Смерть Радосвета, его любимого и единственного сына, подкосила его.

Это было похоже на безумную попытку лета растратить свои последние силы. «Яркая осенняя листва, украшающая деревья, готовая упасть на мокрую землю и превратиться в прах», — думалось Вещему Олегу. Влажный терпкий туман, источающий запах перегноя, поднимался к небу, творя успокаивающую мглу забвения. «Краски очень яркие, но им не хватает глубины — агония жизни, — сидя у окна, думал он. — В чём смысл моей жизни?»

Не существует человека на свете, кто в глубине своей души не раздираем желаниями темными, а иной раз и помыслами злыми. Стремление к ладу, любви и сообразности гасится отравляющими страстями, которые проступают в душе человека смрадом и алчностью.

Люди рождаются с чистыми помыслами, но от природы слабы, ленивы и склонны к пагубным страстям. «Возможно, поэтому наши предки иногда объединяли людей с животными, а порой наделяли богов образом дикого зверя, а временами даже равняли животных с богами», — продолжал размышлять князь.

«Не оттого ли с появлением разума природа одарила человека защитой — тотемом в виде совести. Где все лучшие черты животных представлялись идеальными, а природа подсказывала, как надобно жить по-совести. Для любого человека совесть — это закон сохранения внутренней чистоты и целомудрия. Но чем выше человек становится над иными людьми, чем больше власти и самостийности получает, тем больше звериного в нем проявляется. Бегут лета, меняются времена, смертные и даже боги, а темный грех в душе остается прежним — звериным».

Великий Олег часто думал над тем, что же такое вера. Видел он, что простой люд поклоняется разным богам. В ратных походах встречал всякое: и чудеса, и грех, и предательство. За долгие годы после смерти друга его Рюрика совершил князь немало славных дел. Но за делами ратными и обыденными все меньше думал о том, что труд его не только идет во благо Руси, но и изменяет канву жизни люда простого.

Не жалел Олег своей жизни во благо народа, во благо князя молодого Игоря, ради памяти друга Рюрика. Одного желал — оставить после себя народ счастливый, дружину сильную да Русь великую. Однако его взоры все реже обращались к богам, все меньше он слушал сердце свое, все чаще думал о державе. Все реже сны вещие посещали Олега, все больше тревожные. В последние месяцы помыслы Олега были направлены на то, чтобы Игорю подобрать достойную невесту.

Холодный ветер закружил и бросил опавшую листву в лицо князю. «Сына не уберег — внучку спасу», — решил он.

Ох, хорошо Вещий Олег знал, что от жены князя многое зависит. «Пока князь один — орел об одной голове, как женится — орел с двумя головами буде, но тело-то — символ могущества, непобедимости и силы — все одно. Надобно, чтобы головы в одном направлении думали, пусть и смотрят в разные», — размышлял стареющий Олег. А вот какая вторая голова будет — это зависело сейчас именно от него.

Не было, конечно, никакого сомнения, что среди невест, коих предлагали князю Игорю его друзья и родственники во главе с Вещим Олегом, были вполне достойные, как по наружности, так и нравственно девушки. Почему же на самом деле были не по душе они молодому князю Игорю? Почему, наконец, он, говоря, что его сердце не лежит к ним, не мог объяснить причины этого равнодушия к красоте девиц, которые грезили о нём? И он был совершенно искренен, отвечая на этот вопрос — «не знаю».

В соседнем тереме, лежа на перине, молодой князь Игорь думал о своем. Влюбленный в босоногую девочку, назвавшуюся Прекрасой, он мысленно возвеличил её телесную и духовную красоту. Под первой грезящий юный Игорь понимал не только женственность, но и силу. Он имел в виду изящество и умение постоять за себя, тонкость и мягкость форм, сочетающиеся с уверенностью в себе, живым умом и силой духа.

Все эти черты, которые сливались в пленительный образ Прекрасы, очаровывали Игоря и не позволяли ему думать о других девушках.

Ни одна из красавиц не могла сравниться с Прекрасой, ни одна из девушек не могла надолго привлечь его внимание — только она одна обладала всеми достоинствами, которые княжич ценил более всего.