Превосходство гения: на осколках Империи

Глава 17: Деньги или жизнь

Удар по затылку не прошел для Анастасии бесследно. Сильно болела голова, гудели мышцы ног, руки были словно ватные, а во рту ощущался солоноватый привкус крови. Череп звенел, как колокол, и каждое движение головы сопровождалось острой болью.

Ее пробуждение не осталось не замеченным.

- Смотри, паря! Девчонка-то первой очухалась! – последовал ехидный смешок.

Тело будто вытягивалось: тянулись позвонки и сухожилия, сокращались мышцы, сильно ломили суставы. Анастасия поняла, что она находится в подвешенном состоянии. А металлический звон доносившийся до ее ушей - это звон цепей, которые и удерживали ее руки, да и ее саму в таком положении. Подняв голову, девушка увидела, как цепи переплетаются между собой в одну сплошную нить. Эта нить уходила вверх к потолку и снова раздваивалась, будто две змеи ползли в разные стороны, после чего звенья проходили кольца и дальше, до самой стены. Их диаметр легко позволял удерживать легкую тушку ведьмы.

Анастасия несколько раз глубоко вздохнула и обхватив пальцами цепь попыталась подтянуться, но это лишь усилило качку. Была б она не ведьмой, а, к примеру, эквилибристкой, то еще смогла бы немного подкорректировать свои движения, но поскольку у нее не было никаких сил, ничего такого сделать не представлялось возможным. Пальцы разжались, и ее тушка под звон металла принялась весело раскачиваться на весу.

- Ну что, ведьма! Вот мы снова свиделись! Помнишь меня? – к пленнице подошел высокого роста бандит, который пыхтел папиросой. В нос сразу же ударил едкий дым махорки. Грозный вид бандита сразу сбил с Анастасии весь ее гонор. – Вижу, помнишь. А мои глаза до сих пор болят, между прочим!

- Могу мазь посоветовать, если хочешь, - кряхтя и постанывая, произнесла ведьма.

- Да что ты с ней возишься! – второй подошел и приставил нож к горлу. – Нам твои фокусы здесь ни к чему! Теперь твои руки связаны, и ты не сможешь воспользоваться своим колдовством! И у нас появился к тебе должок!

- Чего вы хотите? – заскулила ведьма.

Два бандита одновременно засмеялись.

- Мы хотим компенсации,– выпустив клуб дыма, произнес бандит.

- Бабла хотим, понимаешь! – оскалил зубы его подельник.

- Не совсем, - призналась пленница.

- Только не говори, что у тебя и твоего суженого нет денег? – бандит указал рукой на графа.

И только сейчас Анастасия смогла разглядеть Тормена, лежавшего на сене у дальней стены сарая. Он был без сознания, но дышал.

- Тормен, - прошептала она.

Будто услышав, Вадим Иванович пошевелился. Граф открыл глаза, попытался сесть, но остановился. Без трости у него не было никакой возможности. К тому же руки так же были связаны. Он вздохнул, повел головой, как бы освобождаясь от чего-то, после чего тяжело и грустно вздохнул. Его взгляд пал на Анастасию, которая находилась в подвешенном состоянии рядом с двумя подозрительными личностями.

- Это вы меня так? – разминая шею, проговорил Тормен. Он начал оглядывать все вокруг себя, ища трость.

- Граф что-то потерял? – бандит продемонстрировал в руках палицу, которая заканчивалась навершием в виде головы змеи.

- Вот, да, именно трость мне и нужна. Подайте ее, пожалуйста.

- Не так быстро! – запыхтел папиросой бандит. – Сначала ты нам деньги должен.

- С какой такой радости?

- Нам эта молодая особа, - покрутил ножичком у шеи пленницы, - немного задолжала. Если хочешь увидеть ее живой и здоровой - плати.

- Хорошо, - прокашлялся граф и попытался встать. Едва ли у него это получилось, и он скривился от боли. – Мне нужна моя опора. Моя трость. Я хочу подняться.

- Паря, отнеси его аристократейчеству его вещь.

Куривший выбросил папиросу, взял в руки трость и пошел в направлении связанного графа. Шел он медленно, тщательно переставляя ноги.

- Давайте все тщательно обговорим и обсудим и не будем пороть горячку! Ведь все мы тут взрослые люди, - рот Тормена не закрывался ни на секунду, словно он все время думал вслух. – Я вот что хочу сказать: меня очень волнуют ваши беды и разногласия с этой милой на вид девушкой. Я понимаю, иногда она может быть невыносимой и не сносной.

- Это кто тут несносный? – подала ведьма голос, но затихла под строгим взглядом бандита.

- Ну, она просто такой человек, - не затыкался граф. – Ну посмотрите на нее! Неужели вы в самом деле думаете, что она может причинить вред? Так, мелкие шалости…

Здоровяк подошел к Вадиму Ивановичу. В своих руках он держал трость графа.

- Да она даже не осознает толком, во что ввязалась! Развяжите мне руки, и мы попробуем договориться. Сколько вам нужно?

Тормен протянул связанные руки в надежде, что его освободят. Бандит с палицей повернул голову к подельнику, в ответ тот кивнул головой. Это был знак.

Здоровяк взял размах и заехал тростью прямо по почкам. Граф застонал от боли и обиды. Если бы на его месте был не закаленный в боях солдат, дело могло закончиться переломами. Набалдашник был большим и увесистым. При желании трость можно было использовать вместо дубины.

- Я хочу, чтобы ты понял, - усмехнулся тот, что остался с Анастасией. – Условия здесь ставим мы. И никаких глупостей, иначе… - он качнул девушку, и та начала болтаться, как мешок с картошкой. - Ты понимаешь, о чем я говорю?

Граф молча кивнул.

- Вы же все равно нас убьете, - процедила сквозь зубы ведьма. – Тогда какой прок что-то платить?

- Возможно, - не стал скрывать тот. – Но это зависит от того, как мы договоримся. Быть рядом с деньгами и упустить такой шанс. Мы бандиты или кто?

- Получается вы кидаете своего нанимателя.

- У бандитов нет чести! – гордо заявил парень уголовной наружности, он достал яблоко и начал его чистить. – И так, во сколько ты оцениваешь жизнь этой девчонки?

А было ли дело у графа к этой девушке? Ведь не так давно они готовы были глотки друг-другу перегрызть. Не пришлось бы потом вновь вести диалоги с совестью, случись что с ней. Совесть такая девица, которая по ночам не даст уснуть. А с другой стороны, за что платить?! Уж не за мимолетные грезы, в которых граф представлял в своих объятиях Анастасию. И зачем все это? Сладкие поцелуи, запах ее фиалковых духов. Не влюбился ли он? Нет, такой глупости просто не может быть! Сейчас граф видел перед собой не девушку, а, если можно так выразиться, ведьму. Хитрую, злобную и опасную, как и любая из тех, кого он ловил, будучи специалистом.