Превосходство гения: на осколках Империи

Глава 20: Неожиданное утро

Утро выдалось солнечным, свежим и каким-то необычайно теплым в эту пору года. Даже не верилось, что по времени всего лишь шесть часов, а за окном притаилась поздняя осень. Все же больше походило середину лета. Та же нежная синяя дымка и такое же солнце: теплое, спокойное и ласковое. По небу плыли хлопковые облака, и было что-то по-детски наивное в свежести и чистоте, витающей в воздухе. Где-то вдалеке лаяли собаки, и Анастасия, встав с постели, не забыв набросить на себя халат, побрела к окну. Она стояла у него, и, задумчиво сощурившись, долго вглядывалась на утренний, еще сонный сад. Который, скинув свой наряд, словно вечернее платье, позволял солнцу заигрывать с ни чем неприкрытыми ветвями.

Но, несмотря на хорошую погоду, на душе у девушки было тоскливо.

Все же осень - довольно грустное, навивающее депрессию время. Это, пожалуй, все из-за того, что летом мы более склонны к романтическим порывам. И ты такой радостный и довольный, меньше смотришь под ноги и начинаешь замечать радостные моменты, состоящие из мелочей.

А вот в осеннем настроении зарождается бессилие.

А может это остаточный эффект после извлечения пули. Анастасия еще раз взглянула на живот. Рана уже практически зажила, но еще оставался рубец. Ее сил было недостаточно для окончательного заживления, но вскоре на ее молодом и прекрасном теле не останется и следа. Взяв в руки тряпку, ведьма аккуратно стерла остатки запекшийся крови.

Вдруг с шумом двери распахнулись, и на пороге возникла служанка. Она была молода, симпатична и имела длинные волосы, заплетенные в косу. В ее взгляде Анастасия видела любопытство, а еще закравшуюся злость. Завидев гостью на ногах, служанка, брезгливо фыркнув, прошла к постели. Она поставила поднос на тумбочку и принялась разлаживать завтрак. Анастасия еще какое-то время следила за неторопливыми манипуляциями девушки. Затем она отрешенно уставилась в окно.

Повисла неловкая пауза.

- Вижу, Вы прекрасно себя чувствуете, - в голосе слышалось раздражение, которое служанка и не пыталась скрыть.

- Еще немного кружится голова, - Анастасия села на койку и прислушалась к ощущениям. Организм еще до конца не пришел в себя.

- Желаю скорейшего выздоровления! – выстрелила фразой девушка с косой и, развернувшись, пошла к выходу. – И не привыкайте сильно, - бросила она через плечо.

- Что, простите? Я не совсем Вас поняла, – гостья заморгала, пытаясь осмыслить сказанное.

- Вскоре Вы отсюда уедите. Не привыкайте, говорю! – коса девушки больше не висела вдоль спины. Она держала ее прямо, расположив на предплечье. Это выглядело даже красиво. Под овальным вырезом топа блестели камешки от ожерелья – обычная бижутерия, которой пользовались служанки.

Анастасия не нашлась, что ответить, а служанка, даже не извинившись, уже стояла на пороге. В тот же момент у входа возник Тормен. Он уже был в своем привычном костюме, и только отсутствие цилиндра рушила повседневный образ. Заметив в комнате не только Анастасию, граф приветливо поднял руку.

- Мне кажется, заходить к даме без стука в дверь - это моветон, господин! – служанка всучила в руки графу поднос и вышла, хлопнув дверью напоследок.

- Так ведь дверь была открыта… - но его уже никто не слышал.

- Своенравная у Вас прислуга, Тормен, – сообщила гостья с улыбкой.

- О, Вы тоже это заметили? - Вадим Иванович положил поднос на стол и вошел внутрь.

Здесь было не так много места, и граф присел на стул у самого края, вытянув ноги. Трость так же была при нем.

- Вы и здесь не расстаетесь с тростью? – кивок в сторону мастерски сделанной вещицы. – Дома могли бы и не притворяться.

- Конспирация должна быть постоянной. Знаете, как говорят бывалые: знают двое, знает и кошка.

- Теперь знают двое, – Анастасия взяла в руки чашку. Пахло лекарственными травами. Наверное, так велел лекарь, и ведьма не стала спорить.

- У меня от Вас нет секретов, - кивнул Вадим Иванович. – Скажу больше, я искренне удивлен Вашей смелостью и отвагой. Будто уже привыкли к постоянным уличным разборкам с использованием ножей и пистолетов. Я еще больше проникся симпатией к Вам.

- Попридержите коней, граф! И не забегайте вперед, - остудила пыл ретивого графа. – Про Вашу симпатию я была наслышана еще вчера.

- А можно ли списать мои слова на после постнаркозный синдром?

- Тормен, неужели Вы собрались забрать свои слова обратно? – повела от удивления правой бровью. – Вы же признались, что любите меня или хотели своими речами меня утешить?

Вадим Иванович не спешил отвечать, вместо этого он сам задал вопрос:

- Считаете ли вы мои слова глупыми и бестолковыми?

- Скажем так, если бы я так считала, то назвала бы их идиотскими. Глупые слова возникают, когда их повторяют слишком часто, – не сдавалась Анастасия, не желая уступать Вадиму в этой игре.

- И все же? – настоял хозяин усадьбы.

- Тормен, вы меня поражаете! Хотите узнать, как я к Вам отношусь? – в голосе у девушки появился интимный бархатный акцент, от которого Вадим Иванович ощутил легкую приятную дрожь. Не поворачивая головы, она повела рукой, приглаживая волосы. Взгляд ее при этом скользнул по невозмутимому лицу графа, затем ее рука мелено опустилась ниже, остановилась в районе груди, поправив съехавший халат.

Пауза.

- Да, хочу! – Тормен оттянул пальцем воротник и покрутил шеей. Внезапно ему показалось, что в комнате мало воздуха и ему стало трудно дышать. Аромат ночных фиалок дурманил сознание, голова кружилась, а к горлу подкатил спазм. Вдруг он почувствовал себя мальчишкой, юным школьником, застигнутым братом за общением со сверстницей.

Наваждение пропало в тот самый момент, как он ощутил касание губ к своей щеке. Рука же лежала на его шее. Вадим Иванович чуть повернул голову и увидел перед собой улыбчивое лицо Анастасии. Она показалась графу таким прекрасным созданием, что он совсем забыл, для чего на самом деле явился сюда. Хотя нет, вспомнил. Для того чтобы увидится с ней. Вадим и не думал переступать грань. Просто визит. И все. Граф погладил ее руку. Это произошло непроизвольно, помимо воли, Вадим Иванович не представлял себе иного способа выразить свои чувства и дать понять, насколько ценен для него этот мимолетный момент. Нет уж, не просто так он явился сюда, теперь он это понимал.