Превосходство гения: на осколках Империи

Глава 29: Маска

Анастасия находилась в своей комнате и, сидя на кровати, размышляла. В основном все мысли вертелись вокруг Тормена. И каждый раз, когда возникал его образ, сердце колотилось настолько часто, будто хотело вырваться из груди. Ведьма старалась вспоминать его как можно реже, но это удавалось плохо.

«Тук-тук. Тук-тук», – отзывалось беспокойное сердце, сметая выстроенные за много лет стены, которые девушка возводила так старательно и долго. И она была уверена, что никто не сможет проникнуть внутрь. А вот Тормен смог. Нагло ворвался, не дав даже опомниться. Но как далеко ему удалось пробраться, ведьма и сама не знала.

Чтобы проветрить мозги, гостья приблизилась к окну. И снова он. Тормен стоял во дворе и о чем-то говорил со своими слугами. Важный весь такой! Надулся как павлин! Но при этом слуги его не боялись, а наоборот, смеялись и шутили. Да и он держался с ними на равных. Не смел им дерзить и не смел обращаться с прислугой неподобающе. Теперь Анастасия видела в нем того, кто должен был возглавить родовое поместье. Так вот за что так долго сражался Вадим. Отчего так боялся все потерять.

Она поняла его чувства лишь в тот момент, когда соседке и ее сыну Эрнесту грозила опасность. Лишь в тот момент она осознала, что не хочет их потерять. За несколько лет они хорошо поладили и сдружились. И несмотря на то, что Анастасия была ведьмой, это никак не отразилось на их отношениях. Светлые и теплые беседы всегда грели душу. А Эрнест еще и красиво рисовал. Есть в нем задатки художника, и в будущем его картины могли бы висеть у камина какого-нибудь графа или гекса.

Анастасия прислонилась к стене и, приложив руки к груди, прикрыла глаза. Почему судьба постоянно сводит их вместе, при этом бонусом добавляя уйму проблем? И что ей теперь делать? Каяться и лить слезы? Оставаться такой, какая есть? Или пойти на компромисс со своей гордыней?

- Вот бы сейчас перестать быть сильной и просто наслаждаться объятиями любимого человека, - мечтательно прошептала она.

- Ты действительно этого хочешь?

Анастасия и не заметила, как оказалась в комнате не одна. Она отстранилась от стены, а ее глаза забегали, как у нашкодившего котенка. У двери стоял Тормен и ухмылялся. Вот же он! И когда только успел так быстро вернуться. Наверное, увидел ее силуэт у окна и решил проведать гостью.

- Считайте, что это была минутка слабости, граф, - в шутливом реверансе поклонилась ведьма. – Иногда девушки могут себе это позволить.

Вадим Иванович вошел в комнату. Он снял белые перчатки и положил на шкаф.

- Вам очень идет. Скажу больше, это даже мило, – Вадим Иванович попытался ее обнять, но та ловко проскользнула под рукой и игриво показала язык.

- Мило, говорите. Ну-ну, - но все же она улыбнулась. – Главное, не умрите от переизбытка милоты.

Граф подошел к собеседнице и склонился к ее уху. Зажмурившись, она чуть отодвинулась от Вадима, и их губы почти соприкоснулись.

- Вы что-то хотели мне сказать? – продолжая свою игру, произнесла гостья, после чего соблазнительно прикусила нижнюю губу.

Аромат ее духов дурманил, кружил голову и вызывал потаенные желания, которые были сильнее рассудка. Тормен потянулся к Анастасии. Положил руки на бедра. Влажные, манящие губы девушки соприкоснулись с его губами, ласковые руки обвили торс графа, прижимая его к себе все крепче. Тонкая молния с тихим шелестом разошлась на девичьей спине.

- Господин Тормен! – послышалось позади. Судя по голосу, это был дворецкий.

- Тебя не учили стучаться перед тем, как войти? – рассерженно бросил Вадим Иванович.

- Дверь была не заперта, господин, - ни капли сожаления, а наоборот, в голосе присутствовали нотки злорадства.

- Чего тебе надо? – граф выдохнул и обернулся.

- Вас к телефону, - проговорил Икарий. – Ну, или к той странной штуке с голосами.

- Хорошо, сейчас спущусь.

Когда граф обернулся, Анастасия уже застегивала молнию.

- Идите, не смею Вас отвлекать от важных дел! А вечером продолжим, – нежный поцелуй в щеку. – Буду скучать.

Тормен остановился у двери и бросил напоследок взгляд. Ведьма стояла лицом к зеркалу и причесывалась. Когда дверь закрылась, она повернулась голову и, улыбаясь, снова уставилась в зеркало. Ее глаза были широко распахнуты и горели неземным блеском. Это любовь? Анастасия не стала отвечать на свой же вопрос. Но недоговоренности и молчание бывают красноречивее слов.

Вадим Иванович уже был внизу. Трубка лежала на столе и никого рядом. Будто всех ветром сдуло. По усадьбе начали ходить слухи, что этот аппарат крадет души. И голоса эти не что иное, как голоса заточенных. Но поверить в правдивость этих слухов никто не хотел. Да-да. Но ведь слухи откуда-то берутся.

Граф взял трубку и поднес к уху:

- Я Вас слушаю? – четко проговорил он.

- Тормен? – коротко, но от этого голоса пробежали мурашки по спине.

- Да, это я! Чем могу быть обязан?

Последовала пауза.

- Вам пришла посылка, откройте ее, - заговорил динамик в приказном тоне.

- Какую еще посылку? Вы сейчас о чем? А собственно, в чем дело!

Вадим Иванович отвлекся на стук. Граф проследил, как дверь открыл дворецкий, затем как тот разговаривает с мужчиной, у которого был небольшой конверт, а верней посылка. К горлу Вадима подошел ком.

Дворецкий вернулся и протянул прямоугольный пакет со словами:

- Вам просили передать, господин! – после чего удалился.

Положив трубку на стол, граф вскрыл посылку с одной стороны и выудил оттуда сверток, перевязанный веревками. Вадим с осторожностью развернул бумагу и остолбенел, не в силах отвести взгляд. Среди бумаги, рядом с трубкой на столе лежала маска.

Она была идентична той, в которой он проходил не один год, будучи на службе при инквизиции. Тормен уже не надеялся увидеть ее снова. Но судьба в очередной раз играла с ним в странные и страшные игры.

- Да… - с некой обреченностью произнес Вадим Иванович.

- Жду Вас у водонапорной башни, Тормен, – снова ожил динамик. – И не опаздывайте.