Прежде чем всё исчезнет

Глава 25

— Нам нужно поговорить, — сказал он, когда город начал просыпаться. Серое утро накрывало улицы, как вуаль, а холодный воздух словно пытался выдавить из них всё тепло этой ночи.

Алина смотрела на него и чувствовала — он изменился. В глазах не осталось юношеской бравады. Теперь там был страх. Ответственность. И тайна, которая тянулась за ним, как след крови.

— Тогда говори, — тихо сказала она. — Всё. Без фильтров.

Он кивнул, отвёл взгляд, будто собирался с силами, и начал:

— Мой отец… он не просто «пропал». Его убрали. Или спрятали. Или — заставили исчезнуть. Потому что он знал слишком много.

Алина замерла. Эта тема всегда казалась ей запретной.

— Он был не просто бизнесменом. Он влез… туда, куда не надо. Черные сделки, грязные деньги, покрытие чужих преступлений. Когда понял, что слишком глубоко, попытался вытащить нас — меня и мать. Но было поздно. Мама сломалась. Уехала. А его просто стерли.

Максим сжал кулаки.

— А я… я остался один. С долгами, с угрозами, с людьми, которые считают, что я — следующая пешка. Они следят. Они знают, с кем я. Ты — слабое место. Точка давления. Поэтому я…

— …поэтому ты решил исчезнуть, — закончила Алина. — Вместо того чтобы рассказать всё сразу.

— Потому что боялся. Потому что привык, что всё, к чему я прикасаюсь, ломается.

Он не плакал. Но голос дрожал. Алина знала: для него это — как порез по живому. Он всю жизнь строил вокруг себя стены. Привычка выживать, не доверять, не пускать близко.

И вот теперь он ломал их. Ради неё.

— Мне страшно, — сказала она. — Но ещё страшнее жить, не зная правды.

Максим вздохнул.

— Я встречался с одним человеком. Он был другом отца. Пообещал помочь, если я передам то, что осталось после него — документы, флешки, записи. Только они у меня пропали.

Алина нахмурилась.

— Пропали?

— Украли. Или… кто-то из «своих» сдал меня. Я не знаю. Но если они поймут, что ты в курсе — тебе не просто навредят. Тебя могут убрать.

Слова прозвучали спокойно. Но внутри неё всё похолодело.

— Что теперь?

— Я не хочу, чтобы ты жила в страхе. Я хочу, чтобы ты ушла из этой истории. Навсегда.

Алина подняла голову:

— Слишком поздно. Я уже внутри. Ты сделал меня частью этого, когда стал частью меня.

Он смотрел на неё, будто видел впервые. Не девочку. Не влюблённую школьницу. А ту, кто не испугается.

— Мы найдём правду. Вместе. Или сгорим в этом. Но я тебя не оставлю.

Максим кивнул.

— Тогда… будь готова. Потому что следующая ночь — не про любовь. Она — про выживание.

Они вернулись в город под вечер. Пустые улицы, серые фасады, тусклые фонари. Всё казалось каким-то нереальным — как будто они шли внутри фильма, где каждый шаг может стать последним спокойным моментом.

Максим шёл чуть впереди, периодически оглядываясь. Его глаза ловили каждую тень, каждое движение машин. Он знал, что за ним следят. Возможно, уже не первый день. А теперь и за ней.

— Куда мы идём? — спросила Алина, когда они свернули с оживлённой улицы в тёмный двор.

— Есть одно место. Старый офис отца. Его давно закрыли, но у меня остался доступ. Если они действительно ищут улики — то именно туда пойдут в первую очередь.

Он замолчал.

— А значит, мы должны опередить их.

Офис находился в полуподвальном помещении. Старая дверь, облезлая табличка «Частное охранное предприятие», толстый слой пыли. Алина невольно поёжилась. Здесь чувствовалась чужая энергия — гнетущая, липкая.

Максим включил фонарик, и его луч выхватил из темноты шкафы, сейф, рабочий стол. Он подошёл к одному из ящиков и достал маленький металлический кейс. Заперт на код.

— Это то, что они ищут?

Он кивнул.

— Думаю, да. Внутри всё, что у него было на тех, кто управлял этим городом из тени. Если это всплывёт — рухнут десятки людей. Но это и повод меня убрать.

Алина шагнула ближе.

— Тогда спрячем. Или передадим тому другу, о котором ты говорил.

Максим не успел ответить.

Сзади раздался глухой стук. Дверь.

Кто-то вошёл.

Они замерли.

Максим быстро схватил кейс и шепнул:

— В шкаф. Быстро.

Алина едва успела проскользнуть внутрь. Щель между дверцами дала ей минимальный обзор. Она видела, как в помещение вошли двое мужчин. Один — в длинном пальто, другой — коренастый, с насмешкой на лице.

— Не думал, что ты окажешься таким глупым, Макс, — сказал первый. Голос — низкий, уверенный, спокойный. — Вернуться сюда? Прямо в пасть.

— А ты не думал, что я уже всё передал? — парировал Максим, не двигаясь.

— Может, вы уже опоздали? — сказал Максим, держа кейс плотно прижатым к груди.

Мужчины переглянулись. Тот, что в пальто, сделал шаг вперёд:

— Ты всегда переоцениваешь свою храбрость. А вот мозги… с ними у тебя не задалось, как у отца. Его переиграли — и ты думал, что с тобой не получится?

— Я не он, — резко бросил Максим.

— В этом-то и беда, — усмехнулся второй, доставая пистолет. — Он хотя бы умел договариваться. А ты — с горящими глазами, с девчонкой за спиной, с иллюзиями справедливости. Ты сам себя подписал.

Алина, затаившись в шкафу, почувствовала, как у неё предательски дрожат колени. Сердце стучало так громко, что казалось, его услышат. Рука тянулась к телефону, но он был выключен — батарея давно умерла. Единственное, что она могла — ждать.