Прежде, чем я тебя отпущу

Трюфели

16 апреля 2009 года

Я вляпалась.

К гадалке не ходи - вляпалась по самые уши: судя по количеству конфет, которыми меня подкармливает мой новый сосед по парте, к лету я ни в одну футболку не влезу. И купальник новый покупать придётся. Эх, ладно! Лишь бы зубы не выпали!

Самое ужасное заключается в том, что я подсела. То ли на трюфели, которыми меня потчивал Максим. То ли на него самого.

Этот выскочка с русыми волосами и зелеными глазами страшно бесил. Он постоянно подшучивал надо мной, но, вместе с тем, зачастую вёл себя так, будто на 10 лет старше: если что-то требовалось принести, подать, чем-то помочь – он был тут как тут. Даже двери не гнушался придержать, если видел, что я иду следом. Вроде и не ухаживал, но…Вот это «НО» как раз и бесило: я вообще не понимала, что ему от меня нужно.

Когда между людьми простые товарно-денежные отношения, всё просто и ясно. Нужна тебе помощь – тащи конфету или шоколадку. Не нужна – не напрягайся, делов-то!

Но он угощал меня даже тогда, когда прекрасно справлялся сам, при этом помогал мне, ничего не требуя взамен. И я не понимала, искренне не понимала, в чём подвох.

Я даже могла допустить мысль, что нравлюсь ему. Ну, теоретически ведь такое могло быть? Только вот его манера общения загоняла в тупик: слишком часто он говорил серьёзно, а потом превращал всё в шутку. И слишком не хотелось мне себя обманывать.

Хотя, признаюсь, теплыми весенними вечерами я вспоминала, как он улыбался мне в школе. Кажется, только он во всем нашем классе улыбался так: открыто, непринуждённо, искренне сверкая ровными зубами. И только у него на щеках от улыбки появлялись продолговато-изогнутые ямочки, которыми я исподтишка любовалась.

А ещё меня смущали его прикосновения: то пальцами по руке проведёт будто бы случайно, то взглядом пробежится по мне так, словно погладит, потрогает. Приласкает.

Всё же подростковый возраст - не сахар: какой бредятины только в голову не придёт!

Но апогеем всех этих уловок (только кажущихся или более чем реальных) был его правый локоть, то и дело стремящийся соприкоснуться с моим левым. И когда у наглеца всё-таки получалось вторгнуться в моё личное пространство, я чувствовала... нет, не молнии, не разряд в 220 V... Это скорее было похоже на финальный аккорд швартовки корабля к пирсу: возникала неподдельная радость от того, что наконец-то ты дома; и предвкушение тёплой встречи с кем-то очень значимым.

Соединение наших локтей было пугающе приятным и правильным, будто так и должно быть. И рушить эту связь было мучительно. Хуже всего, что Максим по-моему отлично понимал, что мне это нравится, и старался "швартоваться" как можно чаще.

И всё же он больше меня бесил.