Презренная госпожа. Леди-попаданка в деле

Глава 4. Говорите... настоящая ведьма?

Очень многое в судьбе человека зависит от того, как он относится к жизни. Точно так же, как люди наращивают мышечную массу и приобретают полезные привычки в питании, можно научить себя позитивному мышлению и взгляду на жизнь. Я не скажу, что это легко, но ведь и спортом заниматься – это не на диване лежать.

Именно так я развила в себе способность смело смотреть всякого рода вызовам в глаза. Я не родилась такой, но упорным трудом переламывали в себе ростки всякого страха и неуверенности. Много лет училась отмахиваться от уныния и слабости, укрепляя душу внутренним контролем, а тело силовыми нагрузками.

Когда ты ставишь себе цель не дружить со страхом, когда всегда готов верить в лучшее, то тогда с тобой происходят чудеса. Поэтому я не боялась. Не боялась нового мира и встречающихся в нём откровенно неадекватных людей. Немалую роль сыграл и тот факт, что я могла за себя постоять, этого не отнять, ведь я не чувствовала себя беззащитной девушкой перед лицом неведомых опасностей.

Это не самоуверенность, а определенная уверенность в себе, которая делает личность человека цельной.

Вот и сейчас меня мало интересовало то, какие последствия привалят после случившегося в коридоре. Тип, который получил коленом по самому драгоценному, возможно будет мстить, но… я же могу еще разок его ударить, не так ли? А судя по реакции, вряд ли у него есть хоть какие-либо боевые навыки, кроме тупой грубой силы.

Уверенно свернула в еще несколько поворотов. Наткнулась на парочку служанок, которые по понятной причине меня полностью проигнорировали. Проигнорировала их в ответ (потолкую попозже) и, наконец, достигла лестницы, ведущей на верхние этажи.

Второй этаж оказался точной копией первого: те же пустынные мрачные коридоры с множеством дверей и практически полная тишина вокруг. Видимо, слуг в поместье работало не так уж много или же все они были сосредоточены где-то в других местах.

Наконец свернула в коридор, заканчивающийся огромным окном. Подойдя к нему и выглянув на улицу, заметила, что двор перед парадным входом выглядит очень даже ничего. Каменная лестница с перилами, аккуратные аллейки, клумбы, большой сад – всё это выглядело не в пример лучше того, что я наблюдала на противоположной стороне здания.

Значит, тот пропахший навозом и псиной двор был, так сказать, «задним». Впереди я заметила каменные стены ограждения, а за ними ничего не смогла рассмотреть: слишком далеко.

А владения блондинчика довольно обширные…

Вернувшись, решила идти дальше, но в этот момент услышала громкие шаркающие шаги. Дверь неподалеку открылась, и оттуда неуклюже вышла очень старая женщина, одетая в выцветшую одежду служанки. Ее передник не был белоснежным, как у остальных прислужниц, да и на одежде местами виднелись заплаты. Совершенно седые волосы были собраны в традиционный пучок на макушке. Бабуля была согнута и едва передвигалась. Неужели даже такое безобидное существо — бабушка-божий одуванчик — тоже посмотрит на меня с отвращением? Однако, когда она развернулась, у меня едва не отпала челюсть от изумления.

- Бабушка! — воскликнула я и бросилась к ней в безотчетном порыве.

Эта служанка так сильно напомнила мне мою бабулю Марию. Та умерла больше десяти лет назад, и я очень тосковала о ней.

Но, увы, это была не она. Я заметила это слишком поздно, уже держа женщину за плечи.

Та несколько испуганно смотрела мне в лицо и вдруг широко улыбнулась.

— Милая моя! — пробормотала она сиплым старческим голосом. — Неужто больше не будете гнать меня от себя?

Я опешила.

Значит, местная Евангелина почему-то обижала эту милую бабулю?

Я не ответила, растерявшись, а старушка тяжело выдохнула.

- Я верила, что однажды ты вспомнишь, как я ухаживала за тобой, когда ты была совсем малышкой…

Почувствовав неприязнь к бывшей хозяйке тела, я поспешила приобнять старую женщину.

— Да, я вспомнила, бабушка… – пробормотала я, представляя, что обнимаю бабушку Марию. На душе стало тепло.

— Называйте меня нянечкой, как раньше, — попросила она и тяжело выдохнула, после чего тихонько всхлипнула, а моё сердце сжалось в груди.

- Хорошо, нянечка, ты извини, что я была холодна с тобой, - произнесла я, отстраняясь. Глаза служанки поблескивали от слез, которые она пыталась скрыть. – Просто… ты же знаешь, как тяжело мне живется в последнее время…

- Как же не знать, милая! - побормотала старушка, вытирая глаза морщинистыми пальцами. - Каждый день смотрю, как вы страдаете, и сердце кровью обливается. С тех пор, как граф Орсини взял вас в жены, житья вам никакого нет.

Внутри меня вспыхнула радость.

Какой невероятно ценный источник информации! Теперь не придётся всё разведывать самой!!! Обрадовавшись, я схватила бабулю под локоть и произнесла:

- Пойдём, нянечка, посидим у меня в комнате, поболтаем. Давно мы не разговаривали, правда?

— О, да, — кивнула старушка, счастливо глядя мне в лицо. — Поди, уже два года прошло, как…

— Значит, наговоримся вдоволь? — рассмеялась я, а сама подумала о том, что местной Евангелине стоило бы быть подобрее к тем, кто ее хоть чуточку ценит…

***

Чёрная карета без опознавательных знаков остановилась напротив входа в поместье семьи Орсини. Кучер соскочил с козел и поспешно открыл дверцу. Из кареты с трудом выбрался грузный мужчина – гладко выбритый и абсолютно лысый – который был одет в длинную чёрную хламиду и препоясан простой бечевкой.

На его пухлых пальцах неожиданно блеснули драгоценные кольца, которые нелепо смотрелись на фоне столь скромного одеяния, но толстяка это ничуть не смущало.

Прищурившись, он осмотрелся вокруг и недовольно поджал губы.

- Орсини бессовестно жируют… - пробормотал он с очевидной завистью, остановив взгляд на красивейшем фонтане, стоявшем посреди сада. Прекрасные нимфы с обнажёнными грудями держали в руках кувшины, из которых изливалась вода.

Религиозный служитель слишком долго облизывал взглядом совершенные тела статуй и очнулся только тогда, когда из кареты вслед за ним выбрался молодой человек совершенно противоположной наружности.