Придёт время, и цветы распустятся сами

Глава 12. Колесо Сансары дало оборот

Падение в бездну. Долгое-долгое, но отчего-то совсем не пугающее. Хотя Альфред и не знал, что могло ждать его впереди. По спине лишь слабый холодок пробегал.

Если случилось - пусть. Оно ведь уже произошло, к чему тратить силы на переживания?

Сказать легко, но Альфред не впадал в панику, скорее, из-за того, что просто не понимал, что именно произошло. В мыслях всё ещё крутились обрывки воспоминаний. Вот он говорил с Марком об отце, а через секунду нашёл на иссохшем теле документы, удостоверяющие, что весь их путь оказался ложью.

И к чему привёл?

Падение длилось больше, чем пара минут. Если он нёсся вниз (по ощущениям так, человек же не может падать вверх?), значит, его ожидало крепкое приземление. Нужно сгруппироваться, подготовиться…

Ветер мягко подхватил тело Витовского. Он встал ногами на плоскую поверхность, но глаза всё ещё были закрыты, будто не в жизни, а во сне это происходило.

Через мгновение пришло осознание, что рядом нарастал звук. Определённо что-то знакомое. Прислушавшись, Альф понял, что эхом в том месте, о котором ему ещё ничего неизвестно, отражались взмахи крыльев. Громкие хлопки замедлились, Альф вытянул вперёд руку, и на сгиб локтя сел увесистый ворон. Он пару раз звучно каркнул, чтобы показать, кто находится рядом с археологом.

И тут в голове Альфа всплыло ещё одно воспоминание. Громадный Демон с головой быка, тремя огненными глазами, когтистыми лапами и длинным хвостом. Марк. Друг его отца, или, может быть, совсем не тот, кем представлялся всё это время?

Тело Альфреда мелко содрогнулось. Свободной рукой он попытался найти опору поблизости, но ничего рядом не оказалось. Ноги вяло поджались в коленях, и мягкий поток ветра помог ему сесть. Птица что-то прокурлыкала, а после ласково потёрлась головой о шею археолога, стараясь успокоить. Так продолжилось недолго, затем ворон вспорхнул и исчез.

— Не… не… нет, — Альф потянулся пальцами, коснулся своей шеи. Он не узнал собственный голос. Кажется, тот звучал не по-настоящему, а только в его мыслях.

Внезапно Витовский услышал другой звук. Тоже хорошо известный. Шаги. Он напрягся, но лишь на долю секунды, потому что его окликнул Сакья:

— Альфред, я здесь!

— Что? Что произошло?

Сакья медленно опустил свою ладонь на плечо археолога, коснулся пальцами, но не сжал. Витовский быстро понял, что охотнику известно о его “слепоте” в этом месте, поэтому он и пытался всячески показать, что Альф не одинок.
Внезапно тишину разрезал ответ Сакьи:

— Ты умер.

Резко дёрнувшись, Альфред обернулся, пытаясь сделать резкий вдох, но ничего не вышло. Он ощутил себя мелкой рыбой на берегу, которой хочется вернуться в привычную среду. Тогда Сакья положил вторую руку, готовый удерживать его, сколько понадобится.

— Что это значит? Мы ведь говорим! Это сон? Сон же, да!

— Тебе трудно понять и принять это. Смерть не та, о которой ты думаешь. Ты умер для своего привычного мира, но у тебя всегда есть возможность переродиться.

Альф уставился перед собой, но так ничего и не смог увидеть. Глаза окутала молочная пелена, будто утром забыл надеть очки.

— Разыгрываешь? Так не бывает! Умер - значит умер! — он попробовал вырваться, но тогда охотник встал перед ним, преграждая путь. Ладони Сакьи медленно спустились вниз, и мужчина крепко обнял археолога, положив голову на его плечо.

— Не волнуйся, Лянь Хуа. Я ведь с тобой, значит, ничего страшного не произошло. Ты ведь доверяешь мне?

— Доверяю, — прозвучал серьёзный ответ. Альф вновь попробовал набрать воздуха в лёгкие, уже спокойнее, но ощутил, будто тот проходит насквозь и рассеивается в воздухе между ними. Все чувства медленно растворились, взамен мысли пытались забить недостающие лакуны. Альф провёл рукой по ткани на предплечье Сакьи, ещё сильнее нахмурился и спросил:

— Если я мёртв, что же тогда здесь делаешь ты?

Его вопрос утонул в слепоте окружающего мира. В этот момент Сакья поднял голову, и Альфу представилась возможность разглядеть лицо тибетца, вид которого периодически расплывался в его глазах.

— Потому что я уже давно мёртв, Лянь Хуа, но вот тебе это не грозит. Ты заслуживаешь перерождение.

***

Сакья никогда не думал, что будет чувствовать себя в безопасности после всего, что произошло в буддистском монастыре. До этого самого момента. Четверо незнакомцев, с которыми свела его жизнь были самыми странными людьми, которых он когда-либо встречал. Их странность заключалась не только в глубине силы или отличиях от простых людей. Сакье казалось, что Каса, Шону, Боджинг и Чогьял стали для него семьёй. Настоящей семьёй, где каждый член готов поддержать и выслушать. И этого ему так сильно не хватало всю жизнь.

После очередной удачной охоты удалось выделить время на простой отдых около костра. Маленькие искорки прыгали в небо и исчезали. Глаза Сакьи немного затуманились, но он старался слушать, если кто-то из команды о чём-нибудь спросит. Тибетец вздохнул и посмотрел на друзей. Именно так он начал их называть про себя. Чувство теплоты поселилось глубоко внутри и не желало оттуда уходить.

Внезапно сонный молодой человек ощутил увесистый удар в бок, он обернулся и сурово посмотрел на своего обидчика. Боджинг задорно улыбнулся, и весь дурной настрой Сакьи сразу же рассеялся. Что-то было в улыбке медведя такое, что и самому невольно хотелось улыбаться.

— Не вешай нос, — Сакья давно заметил, что ямочки на щеках огромного мужчины делали его невероятно обаятельным и харизматичным.

— Всё в порядке, просто задумался.

Глаза Боджинга сузились, в них ласково плескался огонь костра. Такой он был удивительный человек, что даже глаза передавали хорошее настроение.

— Так о чём задумался?

— Я не понимаю, кто я. Человек? Или уже могу принять животную форму? Я вместе с вами или ещё не достоин этого? Это так странно. Не могу перестать думать об этом.