Приди и охрани

Инквизиторы

Утренняя пробежка для Виктора началась прямо от казармы. «Что мне снилось, если не проснулся вовремя», – распекал себя Вик, заставляя ноги бежать быстрее. Его милый сержант опозданий не прощал. Он думал застать остальных на дорожке, идущей вдоль крепостной стены, и уже приготовился к выговору, а может, и паре полетов лицом в сухую утоптанную землю. Но группа стояла кругом и оживленно обсуждала что-то. Райан, а может, Уолш, – близнецы сами путали всех постоянно, радуясь смущению других, как дети конфетам, – что-то громко рассказывал, размахивая руками.

– Розыск. Инквизитор привез указ об отлучении.

– Не может быть. Пятый – это Карл Танко. Он был в Солтисе.

– Говорят, похитил одержимого демонами прямо с костра.

– Вдвойне бред. Это же Карл-дознаватель.

– Вот ведь, – одна из разведчиц сплюнула под ноги. – Ты что его этим упрекнуть решил?! А как из Тёмных информацию трясти? Ангелов с крылышками будете дожидаться?

– Да не о том я, просто, чтобы таким заниматься и человеком остаться... Нужно Верить! ВЕРИТЬ. А тут еретик...

– Почему стоим?! Всем дополнительный круг!

«Отлучение от церкви целого отряда? Такое возможно? У кого спросить? Не у нашего же универсального солдата? – Вик набирал темп, выходя на привычный ритм. – Спросить Наставника? Что он ответит? – бег пытался выбить мысли из головы Вика, но он сопротивлялся. – Знаю что. Учись, читай учебники, выбрось остальное из головы… Лучше Мартина спросить?»

До Мастера рисунка Виктор с этим вопросом не дошёл, судьба распорядилась иначе. То, что Главный ключник, брат Дагрим, умеет спотыкаться неожиданно шокировало Вика так сильно, словно перевернуло представление о мире. Когда слишком неторопливо, грузно что-ли, ковылявший впереди по вымощенной камнем площади Храма разведчик запнулся и начал терять равновесие, Виктор только и успел пораженно вздрогнуть и подхватить его едва ли не в полёте под руку.

Тяжёлое плечо навалилось на Семёнова, потянуло к земле.

– По ступеням подняться поможешь?

Просьба заставила Виктора внимательнее всмотреться в лицо пожилого ключника. То что он увидел, ему не понравилось. Отечность, набрякшие морщины. Не алкоголь, тяжелая хворь, которую держало под контролем сознание, а теперь она побеждала. Почему?

– Вам нездоровится?

– А тебе интересно?

– Да, – а что ответить на такой вопрос. – Это странно, я вчера ещё видел, как вы брата конюха распекали.

Дагрим усмехнулся, но и улыбка была тяжёлая, уголки рта поднимались медленно, точно весили пару тонн.

– Тогда помоги до скамьи дойти, там и спросишь что нужно.

– Со мной можешь сильно не притворяться, – сказал Дагрим, когда наконец устроился на скамье. – Не пугайся и глазами не мельтеши. Я малыша Соррела на руках в Цитадель заносил, и потом в подвал к нему почти два года ходил с гостинцами. Затмение или нет, а без внимания дети чахнут, – со стоном Дагрим расслабил плечи и мешком навалился на спинку скамьи, – поэтому не могло такого быть, чтобы он меня забыл совсем. Я в первый же день к Гумберту заявился с доносом на тебя, – ключник ухмыльнулся. – Он сказал, ты не виноват, что Джейме сам тебя вызвал. Потому не смущайся, спрашивай.

– Пятый…

– Что? Слухи поползли? Хотя… какие тут слухи, если анафема при входе в Храм приколочена.

Вик удивленно посмотрел на старого бойца

– Ты и не заметил? Вот малолетка. Кто только тебя за Джейме принимает? Совсем слепые...

– Конрад принимает, – обиженно буркнул Вик, и сам удивился, как по-детски это прозвучало.

Оказалось, Дагрим так не считает:

– Конрад… Значит, чувствует что-то. Тогда и я к тебе присмотрюсь. Может, увижу чего хорошего. Важное спрашивать будешь? Я сюда помолиться пришёл, а не просто языком чесать.

– Что нужно совершить бойцу, чтобы Церковь, предала его анафеме?

– Карл вытянул одарённого мальчишку из костра Очищения. Знаешь, что это?

Вик кивнул.

– Вот и все дела. Я вот только никак не пойму, почему он так оплошал.

– А что он должен был…

– Мимо пройти? Обязан, не просто должен, – Дагрим покачал головой. – Парней с собой утянул. Ладно Гейр… Пока одаренный не попал в Цитадель, и семья не отдала его по всем правилам Ордену, он любым инквизитором считается одержимым Злом и приговаривается к Освобождению. Без исключений.

– Потому что Единая считает Силу Злом, – вспомнил Виктор разговор с Конрадом.

– Да, а мы защитники Веры.

– А если император своей властью признает существование Силы в мире?

– Как ты сказал?

– Так если…

– Тогда мы все, слышишь, парень, ВСЕ станем на шаг ближе к Победе. Понял?

– Что будет с бойцами Пятого?

– Вернуться в Цитадель. Мы их спрячем. Магистр поедет на поклон к патриарху, не впервой. Хотя сейчас момент больно неподходящий.

– Брат Дагрим, а куда девалась половина разведчиков?

– Не твоего ума дело куда. Иди-ка ты отсюда, только благостный настрой своей суетой сбиваешь. Иди, иди. Не оборачивайся.

Разговоры о пятом не вызывали особого накала страстей, казалось, все относятся к этой истории именно как сказал Дагрим – «не впервой». То ли безоговорочно верили в дипломатические способности Великого Магистра, то ли инквизиция в этом мире была неправильная, несерьезная. Братья и бойцы проходили мимо буллы об отлучении, не сбиваясь с шага. Распятый на двери пергаментный свиток с тяжёлой печатью не вызывал никаких опасений.

«Это мои старые знания так на меня действуют. Великие Инквизиторы. Охота на ведьм. Костры по всей Европе, Джордано Бруно и Жанна д`Арк… Или местные борцы за чистоту веры совсем нетакие? Общий враг сближает?»

Но на третье утро у ворот Цитадели появились монахи в чёрном. Братья инквизиторы, разбили лагерь на выходе из леса и теперь дежурили на воротах наравне с бойцами Ордена. «Не остановились внутри крепости. Соблюдают негласный этикет? Или не доверяют?»