Придирчивый Поттер

22

  Утром в министерстве собралась толпа народа: министр с сопровождением, менталист с охраной из гоблинов, пара колдомедиков, лорд Малфой, я, пара журналистов и несколько бойцов из Аврората, для безопасности и присмотра. Нда уж, по-тихому провести проверку не вышло. Хотя понять Фаджа можно, обыватели должны видеть, что министр заботится о жизни всех магов.

  Мы воспользовались стационарным порталом, стоящим в Аврорате, и появились уже в приёмной комнате Азкабана.

— Господин министр, — заискивающе заговорил, встречавший нас, мужчина. — рад видеть вас. Дементоров отогнали в дальний сектор.

— Хорошо, — кивнул министр. — давайте начнём.

— Вот список всех осуждённых, — протянул пергамент тюремщик.

— Список большой, — покачал головой менталист. — За один день я могу проверить человек десять, не больше.

— Десять говорите, — задумался министр. — Тогда предлагаю проверить вот этих. По слухам, они самые верные сторонники  были в то время. Да и сидят на одном этаже, для особо опасных.

  Фадж протянул список менталисту.

— Мальсибер, Трэвэрс, Джагсон, Августус Руквуд, Родольфус Лестрейндж, Рабастан Лестрейндж, Беллатриса Лестрейндж, Антонин Долохов, — прочитал он вслух. — Идёмте.

  Тюремщик повёл всю компанию в нужном направлении. На необходимом этаже, послышались голоса. Заключённые переговаривались между собой.

— Камера Мальсибера, — сказал тюремщик.

  Менталист вышел вперёд и начал свою работу. Один из гоблинов проводил проверку крови. Колдомедики, зря времени не теряя, накладывали диагностирующие чары. Специалисты делали пометки в своих пергаментах, но разглашать результаты проверок не спешили.

  Я отошёл в сторону от толпы и стал осматривать коридор, пытаясь понять назначение этого здания во времена Певереллов. Ничего стоящего на ум не приходило. Комиссия из гоблинов и колдомедиков тем временем продолжала проверки под присмотром скопления людей. Авроры держались настороженно, боясь неадекватной реакции заключённых. Дошли и до камеры Беллатрисы.

  Возле решётки стояла симпатичная женщина с аристократичными чертами лица и прямой спиной. Одежда, по меркам тюрьмы, выглядела приемлемо. Волосы были аккуратно уложены и это при явном отсутствии необходимых принадлежностей.

— Леди Лестрейндж, добрый день.

— Добрый день, уважаемые, — поздоровалась Лестрейндж с гоблинами, игнорируя остальных. — С чем связан ваш визит в это скромное место?

— Министр Фадж решил провести проверку здоровья жителей здания.

— В бюджете появились лишние деньги?

  Эта женщина не выглядела сумасшедшей, её речь демонстрировала всем, что перед ними аристократка старинного рода.

— Мистер Поттер предложил оплатить наши услуги, — осторожно поведал менталист, отслеживая реакцию собеседницы.

— Могу я побеседовать с ним на едине?

  Журналисты ловили каждое слово, сопровождающие министра возмущались просьбой заключённой, авроры убеждали, что это не безопасно.

— Я согласен побеседовать с леди Лестрейндж, — прервал возмущения толпы.

— Уважаемые гоблины в состоянии проследить за безопасностью, — выдала Беллатриса.

  Гоблины наложили чары конфиденциальности.

— Я слушаю вас, леди Лестрейндж.

— Зови меня просто Беллой, — махнула она рукой. — С чего весь этот шум с проверкой?

— У оставшихся на свободе, обнаружены ментальные закладки негативного воздействия.

— Я чувствую родство с тобой, с чем это связано?

  Пришлось проявить кольца родов на руках, меньше слов больше дела. Люди министерства не дадут долго общаться.

— С недавнего времени признанный Тёмный Лорд, — спрятав кольца, добавил я. — Я официально взял на себя роль посредника. Белла, вы можете рассказать о происшествии с четой Лонгботом?

— Я и Алиса дружили со школы. После школы мы не прекратили общаться, дружили семьями, не афишируя тесного общения. Поэтому, когда домовик рода Лонгботом принёс письмо с просьбой прибыть к ним, я тут же отправилась туда с мужем и Барти. Там мы застали разруху и бессознательных друзей. Предпринять ничего не успели, в дом ввалились авроры и схватили нас.

— Я обязательно во всём разберусь, Белла.  

— У меня в сейфе есть чаша, её отдал на хранение Волан-де-Морт, забери её. Взамен прошу позаботиться о моей дочери Алисии. Летом 81-го года обстановка в стране стала критической, поэтому я отправила дочь во Францию к своей знакомой.

— Как я её найду?

— Используй зелье родства, тебе, как лорду Блэк, это удастся. У других не получится, знакомая должна была применить чары сокрытия.

— Я сделаю всё, что в моих силах.

  Мы завершили наш разговор, видя недовольство на лицах волшебников. Колдомедики и гоблины завершили проверку заключённых.

— Проверка завершена, — объявили менталист. — Уважаемые участники проверки, даёте ли вы своё разрешение на разглашение результатов?

Заключённые дали своё разрешение.

— Проверка выявила: множество ментальных закладок, установленных очень давно, многие из них были отсроченного действия; наличие различных негативных зелий, – прозвучал вердикт менталиста. – Я предоставлю подробный отчёт.

– Здоровье заключённых подорвано, ужасающими условиями содержания и питания, – отчитались колдомедики.

– Что?! – возмутился министр. – Я хочу знать чем вы их кормите! Сейчас же ведите меня на кухню!

  Побледневший тюремщик пытался оправдаться, но Фадж был неумолим. Дрожащий служитель тюрьмы привёл нас на кухню. Два подчинённых тюремщика сидя на кухне играли в карты, а на плите в кастрюле булькало какое-то варево. Увидев процессию во главе с Фаджем, надзиратели поменялись в лице.

– Что это?! – спросил министр, указывая на кастрюлю.

– Обед для заключённых, – пролепетал тюремщик.

– Незаметно, чтоб вы питались этим же, – окинул взглядом стол, на котором стояло блюдо с жареным мясом и пиво, и главного надзирателя, похожего на упитанного поросёнка, сказал Фадж.

– Кингсли, вызывай вторую смену, – обратился он к аврору. – Пусть заступают. Этих на этаж к аристократам, кормить только вот этим.