Приглашённый заклинатель вашей жизни

Глава 1. Постоялый двор семьи Тан

Несмотря на поздний час окна чжэнфан* постоялого двора семьи Тан ещё озаряли ночной воздух тёплым манящим светом. В зале на первом этаже жизнь била ключом – то и дело слышались гулкие отзвуки сталкивающихся кувшинов с вином и дробный перестук деревянных палочек по быстро пустеющим тарелкам. В воздухе витал густой запах жареной свинины и тёплого риса, приправленный алкогольными парами.

*Чжэнфан – главный дом, располагающийся на северной стороне усадьбы сыхэюань (тип традиционной китайской застройки, при котором четыре здания располагаются фасадами внутрь по сторонам прямоугольного двора)

Зал гудел от сливавшихся в единый хор голосов. С непривычки уснуть под эту какофонию было весьма проблематично. И больше половины постояльцев, решивших пораньше лечь спать, сейчас с надеждой ворочались на своих кроватях в комнатах на втором этаже. Почтенного вида и возраста кровати надрывно скрипели, только усиливая мешающий наконец-то заснуть непрекращающийся гул. Шум этот ни за что не стал бы помехой для сна хозяина постоялого двора, но он до позднего вечера продолжал встречать гостей за стойкой при входе.

- Приветствую вас, господин! – хозяин постоялого двора поклонился и подобострастно улыбнулся новому постояльцу. Гость склонился в ответном поклоне, грациозно взмахнув широкими рукавами, и позволил тени лёгкой улыбки скользнуть по прекрасному лицу. Дверь за постояльцем ещё не успела затвориться и лёгкий вечерний ветерок едва-едва развевал его белоснежное ханьфу, а один из порывов еле заметно коснулся серебряного колокольчика, висевшего на кисточке меча заклинателя. Воздух прорезал тихий звон, даже в окружающем шуме достигший ушей каждого на постоялом дворе. Хозяин от этого улыбнулся ещё шире, хотя ещё недавно это казалось абсолютно невозможным и спросил: - Желаете снять комнату?

- Желаю, - согласно отозвался гость, снова уже намеренно звякнув колокольчиком на мече и тут же кинув быстрый взгляд за спину хозяина. Тан Юнксу*, притаившийся за своим отцом, сейчас во все глаза рассматривал висевший на поясе заклинателя меч. В это же мгновение Тан Юнксу будто очнулся от сна и быстро опустил свои пронзительные серые глаза в пол. Заклинатель даже бровью не повёл и снова обратился к хозяину постоялого двора: - И ужин в комнату.

*Юнксу – облачная пустота

- Конечно-конечно, господин! – закивал тот и с необычайным для столь позднего часа рвением принялся улаживать все необходимые формальности – торопливо записал в учётную книгу имя, которым назвался постоялец, и поспешно выдал ему ржавый, но всё ещё крепкий ключ от комнаты. И отточенным движением выдернул сына из-за своей спины и толкнул его вперёд. – Мой сын проводит вас в комнату!

Заклинатель величественно кивнул и твёрдым шагом направился к лестнице, ведущей на второй этаж.

- Лучше бы на девушек так смотрел! – прикрикнул хозяин постоялого двора на сына и отвесил ему оплеуху, от которой Тан Юнксу даже не попытался увернуться. Его голова всё ещё была опущена, но краем глаза он продолжал неотрывно наблюдать за статной фигурой в белом, которая неспешно поднималась по лестнице. – Иди же, дурень! И за что мне такое наказание?!

Тан Юнксу закатил глаза и кинулся догонять заклинателя. Хотя двигался постоялец величественно и степенно, он поднялся по скрипучей старой лестнице гораздо быстрее юноши. Проводив гостя до нужной комнаты, Тан Юнксу, старавшийся больше не смотреть в сторону заклинателя, опрометью бросился обратно на первый этаж, чтобы забрать на кухне в пристройке ужин для гостя.

Оказавшись в комнате, новый постоялец первым делом убедился, что в ней больше никого нет и быстро запер дверь. От его грациозности не осталось и следа, когда он сломя голову кинулся к окну и сильным ударом распахнул ставни. Гостю была выделена самая дальняя на этаже комната, окно которой выходило даже не во двор, а прямо на стену, окружавшую постоялый двор со всех сторон. Заклинатель приехал не видами любоваться, но подобное соседство его всё равно изрядно раздосадовало. Он отступил от окна, не отдавая себе отчёта, что ужас, захлестнувший сейчас его разум, понемногу начинает проступать на лице, искажая прекрасные черты.

- Ваш ужин, господин заклинатель! – вдруг раздался из-за двери звонкий юношеский голос, заставив заклинателя мгновенно вытащить из богато украшенных орнаментами ножен меч, чьё обоюдоострое лезвие отливало темнотой ночи и, казалось, таило в себе немалую угрозу. Пальцы заклинателя так сильно сжали инкрустированную бирюзой гарду меча, что побелели. Если бы Тан Юнксу смог в этот момент увидеть пергаментно-белую руку, стиснувшую эфес, то точно решил бы, что она принадлежит мертвецу.

Наконец заклинатель немного пришёл в себя, убрал меч в ножны и отпер дверь, впуская Тан Юнксу, который тут же заскочил внутрь, сгибаясь под тяжестью подноса, уставленного блюдами с супом, отварным рисом и жареным мясом. Кормили на постоялом дворе семьи Тан просто, но сытно. И даже благородные господа и оторванные от мира заклинатели, нередко останавливавшиеся на ночлег, никогда не жаловались.

Заклинатель несколько мгновений пристально наблюдал за тем, как Тан Юнксу расставляет на столе тарелки с едой. Юноша под его взглядом чувствовал себя неуютно, но разумно решил, что заслужил это за то, что был пойман за чересчур внимательным созерцанием меча заклинателя.

- Есть ли у вас ещё свободные комнаты? – лишь после того, как Тан Юнксу закончил с сервировкой стола, вдруг спросил постоялец. Юноша недовольно скрипнул зубами и краем сознания отметил, что голос заклинателя еле заметно дрожит.