Приграничье (не) место для свадьбы

глава 13

Уютненько. Тепло, темно, только какое-то жужжание не дает покоя. Я постаралась улететь от гула обратно в полную тьму, но не вышло. Наоборот, оно внезапно оформилось в далекие, какие-то неуверенные, но очень знакомые голоса.

– Избавься от нее! – зло цедил один.

– Как? Вышвырнуть ее оркам? – с едкой насмешкой вторил другой.

– Отправь обратно!

– Для этого мне придется поехать в столицу.

Повисла тишина. Какая-то удивленная, что ли. Наконец первый голос действительно недоуменно уточнил:

– Зачем?

– Чтобы заплатить неустойку. Она вносится лично директору академии наличными.

– ...с каких это пор? Что за бред?

– Такие условия прописаны в договоре.

Первый голос выругался. Я даже немного приободрилась в своем ничто, запомнив пару конструкций на будущее. Наконец голос смог говорить на человеческом наречии, без примеси анатомии.

– Ты понимаешь, что это подстава?! Тебя хотят вытащить отсюда! И ее прислали, чтобы она тебя или на плаху завела или заставила в город приехать!

– Да зачем им это?.. – неуверенно пробормотал голос номер два.

И как-то он так тоскливо это сделал, что мне захотелось его пожалеть. Я попыталась потянуться туда, где слышала голоса, но вместо этого к черноте лишь добавились алые пятна и кружение, от которого сделалось дурно. Странно, тела не чувствую, а вот ощущение конца – пожалуйста!

– Я ведь сижу тихо, в политику не лезу, да и договор мы подписали…

– Да потому что ты им как кость в горле! Думаешь, тебя сюда от большого доверия сплавили? Надеялись, что ты как все предыдущие закончишь! Да ты задержался на этом свете, вот и решили тебя поторопить. Прислали эту милую мордашку.

– Она сама сюда попросилась…

– Кто тебе сказал? – с жалостью уточнил первый.

– Она.

– Дарт, ты же не ребенок, чтобы верить в такие сказки и вестись на смазливое личико?! Избавься от нее, найди способ!

– Я подумаю, – совсем тихо и устало пообещал голос номер два.

А до меня, кажется, начало доходить. Первое, Дарт – это генерал. Второе – говорят-то, похоже, про меня! Третье, я не просто наслаждаюсь жизнью, я, вообще-то, умираю после магического истощения!

Стоило продумать последнюю мысль, и тьма просветлела. Ударили по осознанию и ощущения: та самая дурнота и слабость, впившийся в щеку уголок подушки, ужасный зуд в коленке, словно меня там кто-то грыз.

Застонав, я распахнула глаза и оказалась… в такой же темноте. Даже испугаться успела, пока мрак чуть рассеялся, и из него проступила каменная стена, в которую я смотрела.

Повернула голову и поморщилась. Похоже, госпиталь. Огромное помещение, разделенное лишь легкими белыми шторками-ширмами. Свет только вдали, у выхода. Все у той же стены, куда я недавно пялилась, только поодаль, две крепкие фигуры. Генерала я узнала сразу же. Он мрачно опустил голову, сложив руки на груди, и изучал что-то под ногами. Вторым оказался тот самый блондинчик, который, вообще-то, должен быть за пределами крепости. Этот стоял к стене, и соответственно генералу, лицом, но смотрел на меня. Так что именно он первым выдал недовольное:

– О, очнулась твоя головная боль.

Бартос тут же вскинул голову. Окинул страдающую меня мрачным взглядом и, отлепившись от стены, подошел ближе.

– Ардан… – судя по интонации и длительной паузе, генерал хотел припомнить пару выражений, что до того выдавал блондинчик, но, наверное, воспитание не позволило. Так что он лишь помолчал многозначительно, а после продолжил: – Вы нарушили приказ!

– Я… – горло рвануло кашлем. Я едва легкие не выплюнула и с благодарностью приняла вплывшую в сузившийся кругозор чашку. Осторожно отхлебнула глоток ледяной воды, подождала, пока утихнет жжение в горле, и лишь тогда попила нормально.

– Спасибо, – просипела благодарно, отдавая чашку Бартосу. Блондин искривив лицо в недовольстве и смотрел за всеми манипуляциями. – Я не хотела нарушать. Так получилось.

– Получилось, что вы влезли на крышу и колдовали? – удивленно уточнил Бартос.

– Ага. Я как раз на крыше оказалась, а там птичка и на меня. Рефлексы.

– На рефлексах обычно самое простое что-то припоминают, а вы, судя по состоянию, произнесли не самое легкое заклинание!

Очень-очень зло прошипел блондин, а я вдруг припомнила, что он в темноте просил избавиться от меня. Тут же сузила глаза, глядя на возможного врага, и даже пальцы собрала в щепоть, чтобы, если что, ударить заклинанием.

– Простое я… забыла, – призналась, покосившись на генерала.

Тот закатил глаза, все же припомнив пару ласковых. Правда, произнес их лишь губами, но кое-что понять я смогла.

– Врач говорит, вам еще сутки отлеживаться. К трем предыдущим итого четыре дня прогула. Они добавятся троекратно ко времени вашего наказания, – холодно проговорил генерал и отвернулся, собираясь уйти.

Три дня? Я пролежала здесь три дня?! Я опешила, а в следующую секунду взвыла.

– Это не прогул! Это по болезни! Вы не имеете права!

– Здесь я закон, – чуть повернув ко мне лишь голову, хмыкнул генерал.

Я несколько раз открыла и закрыла рот, поражаясь такой бесчувственности, а потом с тихим стоном оплыла в кровати, закрыв глаза.

– Ардан? Проклятье, Ардан?! Док!

– Мне плохо, – прошептала я, едва шевеля губами.

– Что плохо? Где?

– С головой у нее плохо, – тихо донеслось до меня, а потом в пятку чем-то ткнули, заставив меня подскочить от щекотки. – С мозгами.

– Ар-рдан! – рыкнул Дарт, не хуже дракона. Он стоял уже совсем рядом и сверлили меня взглядом, в котором тревога сменялась не менее красноречивым бешенством, а руки почему-то сжимались и разжимались и как-то недвусмысленно тянулись к моей шее. – Плюс еще неделя на кухне!

– За что?!

Но меня уже не слушали. Бартос развернулся на каблуках и полетел по залу так, что шторки крыльями замахали вслед.

Я надулась и села в кровати, перебирая невеселые мысли и сглатывая от подступившей тошноты и кружащих перед глазами черных кругов. Так, чего доброго, я и правда до конца года буду на кухне дежурить. Надо менять тактику!