Приграничье (не) место для свадьбы

глава 14

До вечера продержали в госпитале, а ночевать отправили в свою комнату. Правда, перед этим накормили чем-то, подозрительно напоминающим перемолотую грязь с картошкой. Уже стемнело, когда я, все еще пошатываясь, шла по узким, извилистым улочкам. Голова, на удивление, не кружилась. Но восстановлюсь полностью я только через два дня. Два дня проклятого покоя на кухне! Учитель по боевой магии всегда говорил: «Ардан, сначала подумай, потом делай. И желательно подумай дважды!» Нет же, я решила, что умею все. Наивная дура.

— Эй, Ардан, — окликнул меня долговязый солдат, похожий на аиста, проглотившего метлу.

— Чего? — недовольно буркнула я.

— Бартос вызывает.

— Зачем? — вздохнула я, закатывая глаза. — Я же ничего не натворила?

— Мне почем знать, — пожал плечами солдат. — Может, хочет лично убедиться, что ты еще не откинула копыта.

Я свернула за угол, но грубая рука солдата вцепилась в плечо клещами.

— Он сейчас в казарме. Ругается, как демон. Пойдем, — процедил он сквозь зубы.

Чем дольше я шла за провожатым, тем сильнее сжималось сердце от неясной тревоги. Фонарей практически не было, лишь редкие тусклые огоньки едва рассеивали густую тьму, отбрасывая причудливые тени, играющие на стенах обшарпанных зданий.

— Ты куда меня ведешь? — спросила я настороженно.

— К Бартосу.

— Я не пойду, — резко остановилась.

— Как хочешь, так и доложу. Мало тебе наказаний, — хмыкнул он, насмешливо оглядывая меня с ног до головы.

В его глазах мелькнула злорадная искра.

— Ладно, — пришлось, преодолевая липкий страх, двинуться за ним.

Через некоторое время мы зашли в какое-то затхлое помещение, пропахшее потом, грязью и спиртным. Генерала не было, только сгрудившиеся в полумраке солдаты, около десяти. Все они улыбались, причем как-то нехорошо. Я сделала шаг назад, инстинктивно пытаясь сбежать, но дверь перегородили.

— А ну, прочь с дороги, — прошипела я, пытаясь сохранить остатки самообладания.

— А ниче, красивая, — ухмыльнулся один.

— Да после такого воздержания тебе и старуха покажется прекрасной, — подхватил другой, и его слова потонули в хохоте.

Меня медленно начали.

— Ну что ты, маг, покажешь свое колдовство и пойдешь отдыхать! Не сопротивляйся, нам же интересно, как ты колдуешь! Ну, давай, покажи нам, что умеешь! — хохотали они на разные голоса.

— Еще шаг, и вы навсегда запомните, как связываться с магами! — прошипела я, чувствуя, как в руках зарождается искра.

Слабая, дрожащая, но очень опасная. Тело заныло от усталости, но я не собиралась сдаваться.

— Она истощена, — выпалил один. — Не бойтесь, она еле стоит на ногах. Я узнал в госпитале.

Эти слова лишь подхлестнули. Собрав последние крохи сил, я метнула в него сгусток пламени. Солдат взвыл от боли, когда огонь опалил его плечо, оставив багровый ожог на коже. Но это была лишь временная передышка. Прежде чем я успела сообразить, чьи-то грубые руки заломили мои за спину. Использовать магию стало невозможно, руки недоступны, а для безжестового слишком я взволнована. Я попыталась отбиться ногами, нанося удары наугад, но получила только еще десяток шуточек разной степени похабности.

Один из солдат, ухмыляясь, нарочито медленно наклонился ко мне.

— Значит, по-хорошему она не хочет. Что ж, будет по-плохому.

— Да Бартос вас за это убьет, — прохрипела я, пытаясь запугать их. Последняя надежда на то, что хоть капля страха остановит этих идиотов.

— Да он сам отдал приказ, — прозвучал насмешливый голос.

— Не может быть… — прошептала я.

Но меня уже никто не слушал. Меня потащили к столу. Никакие попытки вырваться не помогали. Не хватало у меня сил против этих железных рук.

— Тебе лучше не сопротивляться, и мы будем нежными, — уже на самом деле мерзко прошептал один из них.

— Я первый, она вон мне ожог поставила, — прорычал другой, злобно прикрывая рану.

Я только мычала и извивалась, пытаясь вырваться из их хватки. Впервые я почувствовала себя настолько беспомощной. Страх исподволь стал пробираться в душу.

— Что здесь происходит? — рык пронесся по помещению, заставив даже самых бравых вояк замереть на месте.

Гул голосов мгновенно стих, как будто кто-то одним махом выключил звук. Солдаты, до этого теснившиеся вокруг меня, как стая голодных волков, поспешно расступились. В образовавшемся проеме я увидела генерала Бартоса и коменданта.

Холодный взгляд Бартоса устремился прямо на меня. Я дернула плечами, стряхивая с себя руки уродов. Гордо вскинула голову, но тут же пошатнулась, едва устояв на ногах. Может смелости голос Бартоса мне и добавил, а вот сил не вернул.

— Еще раз спрашиваю, что здесь происходит? — вопрос прозвучал как смертный приговор.

— Так, это… мы шутим. Небольшая дружеская шутка, сэр, — промямлил дрожащим голосом тот самый солдат с ожогом на плече, его глаза забегали, выдавая страх и ложь. — Она… она сама спровоцировала нас!

Я не могла ничего сказать. Слезы все же рванули наружу, заструились по щекам.

Обида на этих идиотов, на их обман наложилась на общее истощение, и контролировать эмоции стало невозможно. Зато теперь я знала точно, генерал не давал такого приказа. Это была подлая ложь!

Генерал быстро подошел ко мне, распугивая солдат почище чумного доктора, а затем закинул на плечо, как мешок с картошкой.

— Запереть до утра, — бросил он Колинзу, проходя мимо.

Когда мы оказались на улице, генерал осторожно переместил меня вперед, подхватив уже как женщину, а не куль. А я, как смогла, прижалась к нему сильнее, чувствуя себя в безопасности.