Прихоть мажора

Часть 6

Я до последнего думала, что он пошутил, ну не мог же он ее вот так, ночью, одну… Но как оказалось – мог. Он спокойно надавил на газ и, прибавив звук музыки, поехал дальше.

Я обернулась, наблюдая, как Ксения, сложив на груди руки, стоит у дороги, ожидая зеленого сигнала светофора.

– Слушай, она же одна там совсем, мало ли…

– Она живет в пяти минутах отсюда, – он, не сводя глаз с дороги, мотнул головой вправо. – В центральной высотке. Сразу за забором охраняемая территория – мышь не проскочит.

Я перевела взгляд туда же и увидела три идентичных многоэтажных дома, подсвеченных в этот час голубоватым люминесцентом.

Действительно, рукой подать.

Хоть эта девчонка мне совсем не понравилась, но я была рада, что ей не придется идти одной ночью. Чертова женская солидарность.

– Да, – раздалось откуда ни возьмись хриплое в салоне.

– Там Ксюха домой идет. Встреть.

– Понял.

Только потом до меня дошло, что он позвонил кому-то по громкой связи. А он как-то понял, что нужно пояснить:

– Это с пульта охраны в ее доме, – поймал в зеркале мой взгляд и усмехнулся. – Только не спрашивай, откуда у меня этот номер, долго рассказывать.

Даже так... Видимо, дамочке не впервой влипать в неприятности, а ему не впервой прикрывать ее зад.

А еще я поняла, что он точно был у нее дома...

Впрочем, думать о ней и о том, что их связывает, мне сейчас хотелось в последнюю очередь: я переключилась на Артура, ликуя, что наконец-то мы остались вдвоем, и впервые я была счастлива, что их загородный дом находится так далеко от центра столицы.

Он не смотрел на меня, сосредоточившись на дороге, отбивая большим пальцем по рулю ритм, доносившейся из динамиков мелодии. Я закрыла глаза и втянула носом аромат его одеколона, смешанный с ненавязчивым запахом дорогого кожаного салона. Наверное, именно так пахнут роскошь и парень, который никогда не будет моим…

– Все нормально?

Я резко распахнула глаза и откинулась назад, делая вид, что смотрю в окно, на мелькающие мимо светящиеся витрины.

– Да, уже нормально. Спасибо еще раз, что спас меня.

– Скажешь тоже – спас, – в зеркале мелькнула улыбка. – Вот твой отец моему когда-то точно жизнь спас – считай, вернул должок.

– Ну… можно сказать и так, – я вяло улыбнулась в ответ, немного задетая его, в общем-то, логичным пояснением.

А ты чего ожидала? Что это все он от большой и чистой?

– Ты чего в клубе делала?

– На работу устроиться хотела.

– Мать знает?

– Нет, – честно призналась я и смутилась. – Ну… я собиралась ей сказать… как-нибудь… потом.

– Нечего тебе там делать, – отрезал он и свернул налево.

– Это еще почему нечего?

– Потому что маленьким приличным девочкам в таких заведениях не место.

– Мне восемнадцать, Дзен!

Он метнул на меня через зеркало быстрый острый взгляд.

– Какой я тебе Дзен?

– Ну, друзья же тебя так называют...

– Друзья – да.

Не в бровь, а в глаз. Тонко указал мне мое место, всего лишь парой слов опустив настроение до минимума.

Впрочем, удивляться нечему, такой он. Немного резкий, прямой, не ходит вокруг да около. А раз знала, то и обижаться глупо. Мы действительно с ним не друзья. Даже не соседи толком. Мы просто... никто друг для друга.

Какое-то время мы ехали молча, я кусала губы, не зная, с чего возобновить разговор, но потом решилась-таки заговорить первой:

– Не рассказывай маме, ладно? О том, что видел меня в клубе.

– Не расскажу, – и снова замолчал, погрузившись в свои размышления. Хотела бы я знать, что за мысли крутятся в его голове, и мечтала хотя бы вскользь быть одной из них. Но… нет. Это не было жестом супермена, и вряд ли его волновала моя жизнь, это было просто алаверды.

Мой отец спас его отца, он – меня. Кармический бумеранг.

Когда мы подъехали к коттеджу, была поздняя ночь – хозяйский дом спал, впрочем, как и наш. Заехав во двор, Артур, как обычно, то есть небрежно, остановился, попав правым колесом на газон.

– Приехали, – проговорил он и расслабленно откинулся на спинку кресла. С наслаждением потер глаза. – Ну и ночка, да?

– Это да, будет что вспомнить. Спасибо тебе еще раз.

– Может, хватит уже? – он обернулся, сведя к переносице темные брови. – Ну правда, самой не надоело?

– Что? – я буквально опешила.

– Благодарить. Я не сделал ничего особенного. К тому же ты просто под руку там в суете подвернулась.

Мне стало обидно. Да, обидно! Даже если и так, мог бы промолчать, придурок!

– Эй, ну ты чего? – обаятельно улыбнулся он, заметив мое хмурое лицо. – Веснушка-а-а.

– Ничего! – рявкнула я, нервно шаря ладонью по обшивке двери, разыскивая ручку. – Выйти хочу.

– Да я пошутил, не обижайся.

– Я не обижаюсь.

– Ты обижаешься. Тебя не учили, что нельзя старших обманывать?

– Да ты замучил уже считать меня какой-то неразумной соплячкой! А я, между прочим, не глупее тебя. Взрослый.

Я разозлилась. Обиделась. Разочаровалась! И поняла, что несмотря ни на что влюбилась за эту дурацкую ночь в него еще больше.

Как он это делает? Ка-ак?!

Он даже не смотрит на меня. Нет, не так – он смотрит, но не видит. Я как была для него просто малолетней дочерью кухарки, так и осталась. Ничего не изменилось. Ну не замечает он во мне женщину, все бесполезно!

– У, какие мы свирепые, – он улыбнулся еще шире, забавляясь моей реакцией. – Ну ладно тебе, не психуй. Кстати, можешь называть меня как хочешь. Дзен так Дзен, – неожиданно протянул руку и, как в прошлую ночь, пропустил прядь моих волос между большим и указательным пальцами. – Классные все-таки волосы. Тебе говорил кто-нибудь?

– Я устала, Артур, домой хочу, – я собрала всю свою волю в кулак. Циничный, безжалостный, невыносимый сухарь! – Открой мне дверь.

– То есть вот так, да? – прищурился он. Улыбка стала уже не такой располагающей.

– Именно так.