Прихоть мажора

Часть 7

***

Я сидела на широком кухонном подоконнике, вяло перемешивая уже остывший чай. Несмотря на сильную усталость, уснуть получилось только к утру, и за какие-то четыре часа отдыха организм совсем не успел перезагрузиться. Настроения не было совсем, а глядя на брошенную у дома машину Вишневского, становилось только хуже.

Хотя, казалось бы, все прошло довольно неплохо, грустить не из-за чего, даже наоборот – радуйся. Тебя не затоптали, не убили, ты не сломала ногу, прыгая из окна, и даже умудрилась пообщаться с Артуром. Но вот почему-то не радовалось. Может, потому что раньше я могла хотя бы фантазировать, что он рассмотрит во мне женщину, а теперь убедилась, что этого никогда не случится.

Конечно, ну кто я такая? Дочь кухарки, без рода и племени. Рыжая, худая, слегка косноязычная, несмотря на серебряную медаль. Но ведь одно дело формулу вызубрить и рассказать учителю, и совсем другое – говорить с парнем, который нравится.

Ну не может быть у нас ничего общего. Хватит уже питать себя дурацкими иллюзиями!

Вот такая, как Ксюша – да. Она из его круга, у них множество общих тем, они даже внешне идеально гармонируют. И характеры у них под стать – оба те еще... Вот и пусть, совет да любовь.

– Аглая, я дома! – зашуршала в коридоре мама, и я обернулась, нацепив на лицо кислую улыбку.

Я знала, что она очень остро переживает любые перемены в моем настроении, волнуется и почему-то сразу винит себя, если что-то идет не так. Поэтому старалась лишний раз ее не расстраивать.

Мои амуры не ее головная боль.

– А ты почему дома ночевала? – поставила на табурет наполненную продуктами сумку. – Ты же написала, что у подружки останешься.

– Планы поменялись, пришлось вернуться.

– Все хорошо прошло, надеюсь?

– Конечно, праздник удался на все сто, – я скосила взгляд на монитор ноутбука, где на весь экран светился заголовок о перестрелке в ночном клубе "Райская пыль". К моему несчастью, мама посмотрела туда же.

– Ужас просто, по радио в машине у Иракли сегодня рассказывали. И все-таки я рада, что мы не в гуще столицы живем. Смотри, что творится! А у нас тут красота, свежий воздух, ни гоняющих туда-сюда машин, ни суеты. Да?

– Угу, – рассеянно промычала я, особо не расслышав, что именно она там сказала. Потому что взгляд мой был прикован к дому напротив. А точнее, к окну комнаты Вишневского. Распахнув на всю огромные створки, он, как и я, уселся с ногами на подоконник, удерживая в руках большую желтую кружку.

Ах да, небольшая пикантная деталь – уселся в одних шортах, без футболки.

Тело его было далеко не таким раскачанным, как у того же его друга Натана, утро которого начиналось со свежей фотографии в соцсети. Конечно, из спортивного зала и с голым торсом. Артур был более жилистым, но спортивным. Плоский рельефный живот, широкие плечи, сильные руки. И крошечная татуировка на правом боку, рассмотреть вблизи которую мне, увы, никогда не представится.

– Выходной, наверное.

– Что? – я вздрогнула и обернулась на маму, ощутив, как несколько капель чая упали на пижамные штаны.

– У Артура, – кивнула на окно. – Дома сегодня.

И тут она мой взгляд заметила. Ну ничего от нее не скрыть!

Странно, что она со своей проницательностью до сих пор не догадалась, что за чувства ее дочь питает к хозяйскому сыну.

Или догадалась, но тактично молчит?

Вишневский в этот момент повернул голову в мою сторону, и я ощутила, как вспыхнула. Засуетилась, пытаясь одновременно поправить волосы и не разлить чай.

Все равно разлила.

Он сдержанно улыбнулся. Заметил! Ну конечно, увидел и сразу все понял. Я же веду себя, как полная идиотка.

– Пойду в свою комнату, переоденусь, – буркнула я, скрываясь за дверью своей спальни.

Войдя, заперлась на замок и обессиленно рухнула навзничь на кровать.

Дура! Дура! Дура!

Какая же ты дура, Игнатова.

Он не замечает тебя не потому, что ты дочь кухарки, а потому, что ты именно она – дура. И все делаешь не так.

Ночью я не спала именно потому, что прокручивала в голове каждый эпизод, каждую секунду рядом с ним. И пришла к выводу, что я и вела себя не так, и говорила не то, и вообще…

Впрочем, в одном я точно не сомневалась: я ушла – и правильно сделала! Какими бы ни были мои к нему чувства, отвешивать в мою сторону дурацкие шутки не позволю.

А что было бы, если бы я осталась?..ᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠ

Думать об этом я даже не хотела. Все. Сеанс самобичевания окончен.

Я поднялась и открыла створки скрипучего шкафа, достала длинную домашнюю футболку, шорты. Сняла верх от пижамы, бросив тот через плечо на кровать и…

– Доброе утро.

Инстинктивно скрестив руки на груди, я резко обернулась и едва не потеряла равновесие – в окне торчала голова Артура.

Вернее, не только голова – окна были большими, но довольно низкими, поэтому он поставил на подоконник локти, по-прежнему удерживая в одной руке кружку.

– В честь кого стриптиз?

– Ты что здесь делаешь?! – взвизгнула я, а потом, вспомнив про маму, понизила тон. Путаясь в волосах, быстро натянула через голову футболку и обернулась уже всем корпусом, надеясь, что цвет моего лица не слишком выдает то, что происходит внутри. – Тебя не учили, что нельзя подсматривать в чужие окна?

– Да брось, что я там не видел, – он подтянулся на руках и приземлился пятой точкой на мой подоконник.

– У меня – ничего.

– Ну, теперь я бы так не сказал, – и улыбнулся, правда, глазами, потому что половину его лица прикрыла кружка, когда он делал большой глоток. – Ты как?

– Да ничего, нормально, – я дернула плечом, ощущая себя смущенной и... счастливой.

Он пришел ко мне. Сам. Впервые за эти пять лет.

С чего это вдруг?

– Нормально ты вчера Ксюху так на место поставила, не ожидал.

– И как ты с ней только общаешься? Она же… противная.

– Эксцентричная, – поправил он.

– У вас с ней что-то было? – выпалила я, вспомнив их объятия. И снова чуть-чуть покраснела.