Прихоть мажора

Часть 9

Артур.

Я глазам своим не поверила.

– Пусть идет, – спокойно, но уверенно повторил он, подходя ближе.

– Твоя, что ли? – кивнул на меня незнакомец, слово на какую-то вещь.

– Допустим, моя.

– Ну ок, без бэ. Чужое не трогаю, – протянул руку, чтобы как бы сразу на берегу заключить перемирие, но Вишневский даже не пошевелился. Не сводя глаз с бритоголового, повел головой в сторону припаркованного у тротуара Лексуса, адресуя реплику мне:

– В машину иди.

Я быстро кивнула и послушно метнулась к его тачке. Юркнула в салон, прижав к груди сумку.

Артур, как обычно во всем черном, выглядел словно герой боевика Марвел на фоне этого гопника в джинсе и грязных кроссовках.

Надменный. Холодный. Уверенный в себе.

Они поговорили о чем-то буквально тридцать секунд, после чего Артур, явно не уделяя внимания такой детали, как попрощаться, развернулся и пошел к машине.

Когда он оказался в салоне, у меня было единственное желание – прильнуть к его плечу и как следует прорыдаться, ибо тиски страха еще не отпустили.

Но я, конечно, постеснялась это сделать.

– Ну и что это было? – строго спросил он, заводя двигатель. – Кто это вообще?

– Этот? – я кивнула в окно на удаляющуюся спину парня. – Я не знаю, впервые его вижу. Просто подошел и спросил, почему я тут сижу.

– И почему ты там сидела?

Мне было стыдно рассказывать о том, что случилось, даже учитывая, что моей вины в этом не было. Но я все равно рассказала. Просто вывалила на него все как было, только утаив, что устроиться я туда решила исключительно из-за него.

Он слушал молча, не перебивая, только складка между нахмуренных бровей становилась все глубже.

– Значит, паспорт у него остался? – резюмировал он, сворачивая к многолюдной в этот час набережной.

– Да. Пришлось бежать, у меня выбора не было.

– Я же говорил, что делать тебе там нечего. Ты всегда такая непослушная? – он обернулся на меня, и щеки обдало жаром.

– Ну, я же за своими вещами приехала, – а потом решилась задать волнующий вопрос: – А что ты там делал? У клуба?

– Мимо ехал, – просто проронил он, и в душу словно камнем запустили. Мимо он мог ехать по причине того, что собирался к Ксюше. Она же живет совсем неподалеку…

– Давай тут встанем, – произнес он, обращаясь то ли ко мне, то ли к самому себе, и заглушил мотор.

Напротив нас за парапетом блестела черная в этот час Москва-река, отражая в своих водах многотысячные огни ночного города.

– Кофе будешь?

– Кофе? – рассеянно переспросила я, не понимая, что вообще происходит. – Буду. Раф, ванильный, если можно…

– Ну, пошли тогда, – он открыл дверь, и я выбралась из кондиционированной прохлады салона в теплый летний вечер. Даже уже почти ночь.

К маленькому кофейному лотку мы шли молча, конечно, не за руку, но я была преисполнена какого-то детского счастья, что просто нахожусь рядом с ним. Что он не оставил меня. Выслушал. Что решил угостить кофе…

Мы проводим вместе уже вторую ночь подряд, какая прекрасная традиция.

– Спасибо, – я взяла из его рук горячий бумажный стакан, и мы подошли к парапету. Какое-то время наблюдали за проплывающим мимо теплоходом, катающим туристов, а потом я украдкой смотрела на него, в сотый раз изучая профиль.

Я пять лет лелеяла перед сном его образ, стоит ли говорить, что его лицо казалось мне сейчас самым красивым?

– А ты к Ксюше ехал? – спросила я, хотя понимала, что лезу туда, куда меня не просят. В памяти еще было свежо его "какой я тебе Дзен?". Но удержать любопытство в себе было выше моих сил.

– Нет, с чего ты взяла? – он наконец-то посмотрел на меня. В его черных зрачках отражались огни, а губы… лучше бы я на них не смотрела.

– Просто подумала… – дернула плечом, радуясь, что сейчас темно, и особо не рассмотреть, как безбожно я вру. – Мне показалось, что вы встречаетесь.

– Я и Ксю? – фыркнул он. – Исключено. Она не в моем вкусе.

– Но у вас же что-то было, ты сам говорил…

– И какое отношение это имеет к встречаниям?

Я прикусила язык и уткнулась в стакан с остатками рафа.

Мне никогда не понять его мир. Его жизнь. Он словно с другой планеты. Свободный, раскованный, думает и говорит что хочет. Живет как хочет. У него нет рамок, тогда как я вся состою из них.

Для меня близость с парнем это что-то такое – волшебное и только по большой любви, а для него…

– Не забивай голову, Веснушка, у мужиков все иначе, – словно мысли мои прочитал.

Я снова подняла на него взгляд и… поняла их – тех, кто, не имея шансов на спасение, пал под каток его обаяния. Невозможно не поддаться.

Наверное, он чем-то напоминал моего отца: такой же высокий, слегка отстраненный. Надежный. Не исключено, что именно поэтому я, сама не отдавая себе в этом отчета, влюбилась в него, едва увидев. Своего папу я тоже любила…

– Ладно, поехали, поздно уже, – он смял стакан и бросил комок бумаги в урну. Я последовала его примеру, и мы вместе вернулись к машине. Практически в полном молчании доехали до дома.

В глубине души я рассчитывала на то, что, возможно, мы, как и в прошлый раз, посидим вместе во дворе, но нет, он остановился и, не заглушая мотор, кивнув в сторону темного в этот поздний час дома:

– Ну, иди. Вадим тебе откроет ворота.

– А ты?

– А у меня еще есть кое-какие дела.

Я долго смотрела на удаляющиеся фары его авто, размышляя, куда же можно сорваться в такое время. Решив, что на свидание – куда же еще? – поплелась к нашему дому.

А проснувшись утром, увидела на подоконнике свой паспорт.

Мой паспорт, в нежно-лиловой обложке с чуть потрепанными краями.

У меня не было сомнений, откуда он там появился.

Это Артур.

Это принес он. Выходит, поехал он вчера не на свидание, а в "Райскую пыль" специально за тем, чтобы забрать у Нодара мой паспорт. Но почему? Я же не просила его об этом.

Я быстро умылась и, наспех натянув первые попавшиеся шмотки, пересекла ухоженный двор. Подошла к двери дома Вишневских. Я бывала там сотню раз, но никогда не надавливала на звонок с таким волнением.