Прикасаться запрещено

Глава 4

Паша

Слушаю, на громкой связи рассказ Алекса о странных девушках из скейт-парка. Сначала под колеса бросаются и оскорблениями осыпают, а потом, чуть ли не на коленях, умоляют взять на работу. Друг слишком добрый, на его месте я бы просто выгнал обоих. Хотя и выгоду для себя нашел: официантка и должница. Тем более наш скейтер добавил, что ему молчаливая девушка приглянулась. Наконец хоть на кого-то внимание обратил.

Попрощались, когда я уже заглушил автомобиль. Достаю из багажника пакеты с продуктами и обхожу дом. И что за картина? Девушка-беда сидит на пороге, подпирая дверь спиной. Волосы собраны в небрежный пучок, и это правильно – жара жуткая.

- София? – просто зову, не зная, с какого вопроса начать.

Девушка замечает меня и не приподнимается, а буквально подскакивает с места. Взгляд в землю уставила, пальцы ломает. Будто хочет что-то сказать, но колеблется. Где-то я уже это видел. Точно, в гараже, и за столом. Поэтому логично, что вслед за воспоминаниями пришел вопрос. Опять что-то натворила?

- Я забыла ключи, – говорит так, будто это было секретное сообщение для всего мира и теперь на нее будут охотиться злые агенты, чтобы добыть информацию.

- Долго здесь сидела? - спрашиваю, отпирая дверь.

- Полтора часа.

Сколько? Она сдурела, или как? Совсем не боится получить солнечный удар?

- Почему ты не позвонила мне? - если бы знал, не задерживался бы с Тором в буфете.

- Не хотела отвлекать, мы же договорились держаться как можно дальше…

- Это не касается таких ситуаций, — перебиваю с ноткой злости в голосе. Как можно так небрежно относиться к здоровью? Как можно просто сидеть полтора часа под солнцем и не попытаться сделать хоть что-то? – Если бы ты позвонила, я бы сразу приехал, – ставлю пакеты на стол и уже пытаюсь вспомнить, где у нас аптечка, – в Следующий раз, сразу звони, – поворачиваюсь к Софии, в ожидании кивка, однако натыкаюсь на испуганные кристально-голубые глазки. Разве я слишком сердито сказал? - Я сержусь, ведь ты могла получить солнечный удар, – объясняю, – твоему папе это не понравилось бы, – добавил, чтобы не выглядело, будто я волновался за нее. Ведь это было не так.

Девушка еще пару минут убеждает, что все в порядке, и убегает в свою комнату. Я же разбираю продукты, переодеваюсь и иду к гаражу. Рендж Ровер 18-го года уже заждался на замену тормозных колодок. Да и кроме этого там еще куча работы. Выкладываю нужные инструменты поближе и начинаю работать.

Первых пять минут еще как-то удавалось концентрироваться исключительно на колодках, а дальше все на автомате продолжил, потому что делал это сотни раз. Сам не заметил, что снова думаю о девушке-беде. Сожительница, замотанная в полотенце, нагло поселилась в голове и не собирается уходить.

Пробую отвлечься, но вместо этого вспоминаю Софию в детстве. Она наверняка и не помнит кто учил ее ходить. С кем игралась машинками. Кто катал ее на санках зимой. К сожалению ей был только один год, когда мы с родителями переехали в другой город, поэтому наших детских забав она не вспомнит. Вот так случилось, что для Софии я стал незнакомцем, а она для меня осталась маленькой врединой, за которой я присматривал.

Все это время все-таки каким-то образом я участвовал в ее жизни, хоть девушка об этом и не догадывается. Во-первых, я много знаю о Соне. Нет, я не расспрашивал, просто вслушивался в разговоры родителей. Во-вторых, я помогал отцу выбирать подарки на каждый её день рождения. В-третьих, мы несколько раз виделись в автошколе, приходя к папе по делам, или когда я помогал ее отцу ремонтировать машину.

Я действительно был против временного проживания девушки-беды у нас. Однако, кажется, я снова чувствую ответственность за это горе, как и в детстве. Вот только потенциальных неприятностей стало в десять раз больше, а моих нервных клеток наоборот меньше.

От мыслей оторвала мелодия, которая с каждой последующей секундой становилась громче. Посмотрел на полочки. И где же тот телефон играет? Можно было и не искать. Телефон сам меня нашел. Точнее с Софииной помощью.

- Извини, что без разрешения, но звонок мешал сосредоточиться на презентации, – успела пролепетать девушка, пока я снимал перчатки. - Тебе какая-то пиявка звонит, — на лице промелькнула улыбка. Ну вот еще и смеется над моим прекрасным прозвищем для Ани. А ведь оно и вправду передает всю сущность приставучей одногруппницы.

- Ничего не трогай, – предупреждаю и иду на улицу узнавать, чего надо пиявке. Сегодня же уже похвасталась новой кофточкой.

- Привет, Пашка! - писклявый голос ударил по ушам. – Ты уже решил с кем будешь делать проект на мировую экономику? – Если честно, совсем забыл, что осталось три недели до сдачи.

- Нет, а зачем тебе…

- Будешь со мной в паре? - так вот причина неожиданного звоночка.

Признаюсь, замечательный ход для сближения. Таких назойливых и находчивых поклонниц у меня еще не было.

- Ай! - вдруг раздается позади. Что еще за: "Ай"? Сразу забываю, о чем думал.

Аня что-то спрашивает. Но я уже не слушаю.

- Да, да, да. Я перезвоню! - быстро отключаюсь и в два шага оказываюсь возле Софии. - У тебя что инстинкт самосохранения не работает? - беру ее руку и рассматриваю свежий ожог.

- Я хотела посмотреть, – почему из всего, что можно было посмотреть, она выбрала именно клеммы аккумулятора и металлический ключ? Хорошо, что заряд был не высокий.

- Что непонятного в словах: «ничего не трогай!»? - вглядываюсь в испуганные глаза и прогоняю злость. - Что сейчас чувствуешь? Четко.

- Рука жжет.

Понятно. Как я и думал, просто легонький удар током.

Завел горе домой и принялся ожог обрабатывать. Сначала водой промыл, уже потом наложил марлевую повязку с антисептическим средством. Иногда зыркал на девушку-беду. Она же наоборот старалась на меня не смотреть и все время молчала. И все-таки забавная эта София. Губки надула, пальчиками свободной руки что-то рисует себе на ноге.