Приключения Джона

История 14. Falling Inside The Black

Джон сидел за столом и безучастно смотрел на омлет, приготовленный Клэр. Блюдо пахло вкусно, но для него казалось абсолютно пресным после вечернего скандала. А напротив него Энни перекатывала вишню по тарелке, и за ней тянулся алый след от компота. Итан же отсекал куски тоста, и этот хруст один нарушал тягостное молчание.

Шериф отпил из кружки, поставил её со звонким стуком и откашлялся. В нём проступила твёрдость полицейского жетона.

— Вчера вечером у Джекоби прошло слушание по мере пресечения, — пробормотал он глухо, без эмоций. — Он отпущен из-за ошибки в протоколе.

Сообщение повисло в воздухе, густое и тяжёлое. «Отпущен». Слово пробило дно. Falling in the black... Slipping through the cracks... Он проваливался в белый шум небытия. Don't leave me here so cold... Вилка в руках Энни со звоном упала на тарелку. Она инстинктивно отпрянула, переключившись от отца к Джону. У него внутри всё оборвалось, проваливаясь в тот самую шум.

— Как... «отпущен»? — прошептала Энни. — Но... он напал!.. С ножом!

Итан отставил кружку, его пальцы сжали край стола до побеления костяшек.

— Его адвокат нашёл формальность. Нарушение при задержании. Доказательства могут признать недопустимыми, — оценив обоих, он вбил новый приговор с беспристрастностью служителя закона. — Это значит, что пока идёт следствие, он гуляет по улицам нашего городка.

В ушах у Джона поднялся нарастающий гул. Слова шерифа отдавались в висках пульсирующей болью. Он наткнулся на суровое лицо Итана и почувствовал, как стены этой уютной столовой начинают сдвигаться, сжимая его в тисках. Тюрьма с названием «безопасность».

— Пап, ты не можешь просто... запереть нас! — вырвалось у Энни сквозь возмущение и нарастающую панику.

— Я не могу рисковать! — рявкнул Итан, и по столу пробежала вибрация от кулака. — Пока этот ублюдок на свободе, вы оба — мои подзащитные. И будете следовать моим правилам.

Не говоря ни слова, Энни вскочила, схватила Джона за рукав и потянула парня за собой. Её пальцы впились в его кожу. Она протащила его через гостиную, вперёд, в небольшую кладовку у входа, забитую куртками и коробками с обувью. Захлопнув дверь, она прислонилась к ней спиной, ища спасения в этом хрупком убежище. В тесном пространстве пахло мятой и пылью.

— Ты понимаешь? — воскликнула она, и в её широких глазах плескался чистый ужас. — Это заговор! Он воспользовался ситуацией, чтобы запереть нас здесь!

Упрямо сопротивляясь навязчивому ритму доносившейся изнутри песни, Джон стоял, прислонившись лбом к прохладной стене.

(Never wanna be so cold)…

— Энни, дыши, — он повернулся к ней, взяв её за плечи. — Он не подстроил это. Джекоби на свободе по-настоящему. И твой отец напуган.

— Но что нам делать? — панически вырвалось у неё. — Мы заперты! Конкурс...

— Не провалим, — твёрдо заверил он. В его глазах вспыхнула знакомая упрямая искра. — У меня есть идея. Придётся пойти на прямой разговор с твоим отцом.

— Ты, похоже, самоубийца!

Но Джон уже быстрыми шагами вышел из гостиной обратно на кухню. Итан собирался уходить, натягивая на пояс кобуру с пистолетом.

— Всё или ничего, — бросил он ей через плечо.

Джон глубоко вздохнул, поймал на себе полный сомнения взгляд Энни и резко развернулся к двери.

— Мистер Картер, — аккуратно юркнул Джон, загораживая ему путь к выходу. — Можно слово?

Остановившись, Итан создал вокруг себя ауру непреклонного анализа.

— Говори. Только учти, если это попытка оспорить моё решение...

— Вы сказали оставаться в доме, — продолжил Джон, тщательно подбирая слова. — Только вот в каких именно его местах, не уточнили.

Итан нахмурился, скептически вскинув бровь.

— Что ты имеешь в виду, парень?

— Гараж. Он пристроен к дому, и, как я понимаю, у него есть внутренняя дверь. Это та же территория. Дайте нам возможность репетировать там. Мы не будем выходить на улицу. Мы просто... перенесём репетиционную базу.

Секунда растянулась в бездну молчания. Итан изучал его с холодной отстранённостью, а потом переключился на Клэр. Между ними произошёл безмолвный диалог — немой укор отцовского несогласия встретил тихую поддержку, пронизанную материнской чуткостью. Она ответила безоговорочным согласием.

Итан тяжело вздохнул, его плечи опустились под тяжестью невидимой ноши.

— Гараж, — произнёс он, словно пробуя это слово на вкус. — Хорошо. Дверь будет закрыта. Машину я отгоню. Ваше правило простое: не выходить. Никаких друзей. Никаких исключений. Понятно?

Джон покачал головой, грудь сжала стальная пружина, чтобы немедленно распрямиться от прилива надежды.

— Нет, извините, мистер Картер. Без друзей не получится. Мне нужны Мэтти, Ларс и Коди. Без них мы не группа. Это всё или ничего.

Шериф замер, взвешивая все за и против, его челюсть напряглась. Всё в его позе говорило о том, что взрыв неизбежен. Мягкое прикосновение руки Клэр неожиданно разрешило ситуацию.

— Итан, — позвала она мужа, как голос разума. — Они будут в гараже. В четырёх стенах. Под твоей крышей. И я прослежу за ними.

Время замедлилось, пока он переносил концентрацию с жены на Джона и обратно. Всё внутри превратилось в поле боя, где сходились шериф и отец.

— Ладно, — проскрипел он наконец. — Пусть приходят. Только эта компания. Но правила те же: никто не выходит из гаража. Увижу хоть раз за порогом... — он многозначительно поднял палец. — Родителям позвоню сам. Объясню, в чём дело.

— Спасибо, — прошептал Джон, отчего невидимые путы, сковывающие изнутри, разом ослабли. — Спасибо, мистер Картер.

Шериф ограничился сухим хмыком, развернулся и вышел за дверь, громко захлопнув её за собой. Щелчок замка отгремел как выстрел.