Приключения эльфийской шпионки

глава 1.

Я стояла на лугу, вокруг меня простирались холмы, усыпанные фиолетовыми цветами душицы и желтенькими зверобоями, тут же росли и ромашки, и клевер — разнотравье, одним словом. Легкий ветерок доносил волшебный аромат трав, солнышко нежно грело, а в воздухе слышны были гул пчел, мух, шмелей и цокот кузнечиков. В отдалении луга перемежались перелеском, а за мной возвышалась стена векового леса.

Я прекрасно знала названия всех растений и их целебные свойства, могла с точностью рассказать, что за деревья растут в отдалении и от каких болезней помогут их листья, почки, кора. Но кто я? Как меня зовут? Что я здесь делаю посреди лугов? Сколько мне лет? Я ничего не помнила. Я осознавала лишь то, что я — женского пола и довольно юная особа. По крайней мере, руки у меня красивые, по виду, никогда не знали тяжелой работы, и кожа лица на ощупь нежная.

Стояла я босиком, на мне было лишь тоненькое платье светло-розового цвета, точно лепестки пиона, никаких украшений. Хм... нижнего белья тоже нет, впрочем, никакого дискомфорта я не испытывала. Вокруг ни души, чтобы стесняться. Солнышко припекает, но свежий ветерок приятно холодит кожу.

Что я делала в таком виде? Где я? И что мне делать? Ждать у моря погоды? Чтобы кто-то волшебным образом появился и мне все объяснил? Так можно вечность ждать. Надо искать людей. Куда идти? Мне непринципиально. Только надо найти воду напиться, и еще память подсказала, что люди обычно селятся неподалеку от рек.

В лес решила не идти, там сумрачно как-то, крапива и мошкара. На открытом пространстве их ветром сдувает, а в лесу облепят. Еще на поляне можно попробовать найти ягоды, вдруг повезет, и найду землянику? Не то, чтобы я была голодна, но внутри как будто находился реактор, и он требовал подпитки... И я пошла просто вперед.

Мне действительно повезло, и землянику я нашла. Переспелую, правда, много ягод уже подсохло, и на вкус были как изюм, но тем даже лучше, слаще. Наевшись от души, я почувствовала, как прибавилось сил и энергии. Вот они — дары природы!

Я заметила одну странность: ко мне подлетали слепни, платье у меня открытое, рукава короткие, бабочкой, шея и спина открыты: кусай-не хочу, а они улетали восвояси. То ли я невкусная, то ли и вовсе ядовитая. Потом заметила еще странность: я как будто чувствовала насекомых. Видела муравья и каким-то непостижимым образом понимала, откуда он идет, где муравейник. Видела пчелу и понимала, в какой стороне улей. Пришла в голову шальная мысль попробовать отдавать им приказы, ерунду типа: сядь на этот цветок, подними эту веточку, но ничего не вышло. Может, мне голову напекло, и я все напридумывала? На самом деле я не чувствую мысли насекомых?

Но вскоре убедилась, что это не так. По мыслеобразам ящериц и прочей живности я засекла, в какой стороне родник и ... о чудо! Родник и вправду там оказался! Вдоволь напившись и освежившись, я пошла вдоль ручья, надеясь набрести на реку.

Ручей привел меня в смешанный лес, по которому я брела уже несколько дней. Удивительно, но на меня никто не нападал, то ли хищников тут не водится, то ли хищники так же, как и комары и слепни, дружно решили, что я невкусная и не имеет смысла ко мне приближаться. Еще удивительней было то, что голода я не испытывала, хоть и ела в последний раз на той поляне землянику. Мой внутренний реактор довольствовался той едой, что я закинула, и не просил ничего большего. Ну а апофеозом странностей оказалось то, что мне не было необходимости спать и справлять нужду ни малую, ни большую. Органы соответствующие имелись, а желание пожурчать не возникало. Как будто все, что я съела и выпила, превратилось в безотходную энергию. Я не уставала, была бодра и полна сил, и вот уже четвертые сутки без отдыха активно топала по берегу речушки. Вообще человек ли я? Крапива меня не жалила, сухие ветки и ежевичные заросли не кололи, а на песчаном бережку я не оставляла следов, будто мои изящные ступни и вовсе не касались земли.

А на шестой день я увидела их. Несколько женщин и пяток девчонок стирали в реке вещи. Тазы с щелоком, отвар мыльнянки, груда перестиранного белья. И шок на загорелых, утомленных работой лицах. Я растянула рот в улыбке:

— Приветствую вас, милые дамы. Я заблудилась. Не подскажете ли мне, в каком направлении поселение?

Но вместо ответа я получила замершие на несколько секунд статуи, а затем истошный, оглушительный визг, исторгаемый из глоток баб и какофонически сливающийся в один. Причем главный вопль издавала одна дородная бабища, ей вторил визг бабы чуть помладше, а остальные так... подвизгивали. Если это оружие массового поражения, то вынуждена признать, очень эффективное. Я чуть разрыв сердца не получила, а ушам вообще несладко пришлось — свернулись в трубочку. Пока я пыталась прийти в себя, легонько тряся головой, девки подхватили подолы платьев и пустились наутек, побросав стирку. Вдогонку я лишь услыхала боязливое и визгливое: «Мавка!», «Ой, бабоньки, мавка!», «Нечисть энта окаянная», «Подымай мужиков!».

Я, что, такая страшная? Посмотрела бы на отражение в реке, но течение создавало рябь, искажая черты лица. И кто такая мавка? Почему меня прозвали нечистой?

— Да где же я нечистая? — обиженно пробурчала я себе под нос, осматривая свои ноги и платье, грязь ко мне не липла, да и плескалась в речке я с удовольствием. — Ни пятнышка, ни грязинки.