Приключения маленькой феечки Фанечки

Осень — время носить шарфики

Светя белёсым расплывчатым светом, в окно спальни заглянула круглая задумчивая Луна. Маленькая феечка проснулась от её пристального взгляда, а может, не спалось оттого, что она замёрзла и дрожала от озноба, несмотря на то, что была укрыта мягким толстым одеялом. Вставать не хотелось, но слушать стук собственных зубов хотелось ещё меньше.

— Госпожа Луна, вы что-то хотите мне сказать? — обратилась Фанечка к круглому ночному светилу, а потом добавила, жалуясь: — Если бы вы только знали, как я замёрзла.

Луна улыбнулась, затем, приняв самое строгое выражение лица, принялась отчитывать девочку.

— Не подскажешь ли ты, глупая маленькая феечка, кто вчера гулял по парку в тонком платье, напевал песни и пил ледяную воду из родника, пока собирал букет из осенних листьев? Кто съел три порции мороженого за себя и за подруг, отлучившихся на примерку бальных нарядов? Я уже не говорю, о том, что ты не удосужилась выбрать подарки для самых близких и любимых и так и не пригласила их на осенний бал, в результате тебя одолела Простуда, которая ищет жертвы в это время года и питается их положительной энергией. Что же ты наделала, девочка? Очень сложно исправить ситуацию, а теперь тебе просто необходимо взять в ящике стола градусник и померить температуру, а потом обратиться к магистрессе Календуле, чтобы она дала тебе неразумной какое-нибудь лекарство. — Сказала и скрылась за проплывающую мимо серую и довольно-таки мрачную тучку.

Фанечка тяжело вздохнула, признавая правоту слов Луны, закашлялась и, сев в кровати, глянула на камин, в котором потрескивали дрова. Разноцветные языки пламени раскрашивали серые стены, и казалось, что там тени волшебных существ исполняют причудливый танец, принимая самые затейливые позы. Это было очень красиво, но не радовало. «Холодно… Мне очень-очень холодно», — подумала девочка, и ей захотелось расплакаться от бессилия и обиды.

Как же не вовремя всё произошло! Ещё вчера она веселилась в компании подруг, обсуждала планы подготовки к сессии, фасон платья на осенний бал и ещё надеялась получить аудиенцию у ректора и вымолить разрешение пригласить домового Сеню. Потому что бал без него совсем не интересен, а каждый уважаемый домовой просто обязан хотя бы несколько дней в году отключаться от защиты и обустройства своего дома, брать отпуск, чтобы провести его в своё удовольствие. И вот теперь все её планы рушились. Из-за подстерёгшей и напавшей на неё гадины Простуды Фанечка не попадёт на волшебный бал и не увидится там с самым лучшим домовым на свете!

Вы представляете, уважаемые читатели, масштабы данной трагедии?

Но самое главное, что Фанечка действительно попала в переплёт, потому что Простуда была очень злой колдуньей и любила изматывать свои жертвы высокой температурой, кашлем, насморком и сильным недомоганием, а иногда к ней приезжала её ближайшая родственница, ведьма Пневмония, и тогда шансов на выздоровление оставалось совсем мало.

Девочка всё же встала с кровати, дошла до стола, открыла ящик и достала градусник, а потом вернулась в кровать, засунув его под мышку.

— Она не включила свет, — зашептали тени.

— Она не увидит показания, — вторили им другие.

— Ужас! Ужас! — шептали третьи.

Но девочка их не слышала, потому что впала в забытьё. Фанечка не видела, как из-за шторы, потирая руки, вышла довольная своей работой Простуда, достала волшебный телефон и уже собиралась вызвать свою подружку ведьму Пневмонию, но тут дверь в комнату феечки открылась и на пороге появилась магистресса Календула в длинной ночной рубашке со свечкой в руках.

— Фанечка, что с тобой случилось? Почему огонь в камине сообщил мне, что ты заболела? Дитя неразумное, ты снова нарушила правила и попала в переделку?

— Посмотрите градусник, — зашептали тени.

— У Фанечки температура, — закивали головами другие.

— У феечки жар! — молвили третьи.

— Мне очень плохо, совсем нечем дышать, — пожаловалась пришедшая в себя девочка, повернув голову в сторону магистрессы Календулы. — Сильно болит горло и голова, — простонала она и зашлась в кашле.

А дальше всё закрутилось и завертелось. Тени, перешёптываясь между собой, приступили к уборке. Они протирали пыль, наводили порядок в шкафу, на столе, мыли полы и гоняли по всей комнате обезумевшую Простуду.

— Вон отсюда! Вон! — шипели на неё одни.

— Чистота — залог здоровья, — смахивая с потолка паутину, говорили другие.

— Сейчас тебе станет легче! — утешали феечку третьи.

А магистресса Календула меж тем при помощи волшебной палочки готовила целебное зелье и в комнате разливался вкусный, немного пряный аромат, пахло мёдом, имбирём, лимоном, смородиной, малиной, шалфеем, ромашкой и, конечно, календулой.

Питьё оказалось очень приятным на вкус, и даже небольшая горчинка его не портила.

— Огромное спасибо за чай, — поблагодарила магистрессу феечка. — Он вкусный, терпкий и от него так хочется спать.

— Вот и спи, пусть тебе приснится волшебный сон, а утром ты проснёшься здоровой.

Магистресса Календула укрыла девочку одеялом, поцеловала её в висок, села на край кровати и спела добрую колыбельную песенку. Тени, покончив с уборкой, ей подпевали, в камине потрескивали дрова, огонь выплясывал на них свой дивный танец, и комната наполнялась добрым волшебством.

И случилось чудо! Феечка оказалась в осеннем парке, как во вчерашний день вернулась. Вокруг было так красиво. Деревья надели красочные наряды, словно хвастались друг перед дружкой, кто красивей, а хулиган ветер периодически проходился по их верхушкам, срывал самые яркие листочки и кружил их, то позволяя падать вниз, то подхватывая и поднимая вверх к облакам, к бескрайнему синему небу, и потом снова кружил, а они с тихим шуршанием опускались на землю, образуя разноцветный ковёр.

Феечка зажмурилась и вдруг, как по мановению волшебной палочки, перенеслась в бальный зал. Что за красота была вокруг! Потолок исчез, а вместо него появилось небо, разделённое на две части: одна была дневной, с ярким солнцем, иногда скрывающимся за белыми курчавыми облаками, а другая — ночная, и луна освещала всё вокруг тусклым белесым светом. А посередине зала, там, где раньше висела огромная волшебная люстра, теперь мерцала самая настоящая звезда.