Приключения Маши-чайлдфри

Глава третья

Так уж получилось, что предложением Маши Осетровы воспользовались уже на следующей неделе: в гимназии, в которой училась Лика, в один из дней перенесли занятия по подготовке к будущему экзамену на более позднее время

Отец Лики и Фёдора в этот день уехал по делам службы в соседний город и должен был вернуться лишь поздним вечером. По договорённости с Ликой и отцом семейства, Фёдор находился в изостудии с Машей и помогал ей проводить занятия в средней и старшей группах. Потом Маша с Фёдором ушли домой к Маше, готовили салат, пекли шарлотку и ждали Лику.

Засиделись в этот день до тех пор, пока Фёдору не пришло время ложиться спать. Лика принесла Маше огромную коробку конфет: сказала, что папа перевёл деньги и велел купить что-нибудь для Марии Андреевны, в виде благодарности.

Маша понимала, что сама сделала бы так же, потому отказываться от "благодарности" не стала, однако коробку сразу открыла. Это было удивительно, но лучшей благодарностью для Маши стали искренняя радость и воодушевление Фёдора, особенно, когда он помогал "Марии Андреевне" в изостудии.

А ещё Машу очень радовало то, что Лика стала гораздо более открытой и общительной. Девочка оказалась совсем другой, не такой, какой хотела казаться. Выяснилось, что общение ей нужно едва ли не больше, чем младшему брату, хотя, надо отдать должное отцу ребят, чувствовалось, что он посвящает детям всё свободное время, говорит с ними, обсуждает их проблемы, помогает в разрешении сложных ситуаций.

Пока Фёдор играл в компьютере, надев наушники, Маша и Лика продолжали пить чай с конфетами.

- Маша, а как давно ты стала носить дреды и сделала пирсинг? - спросила Лика.

- Наверно, с твоего возраста, лет с пятнадцати. Или с шестнадцати. В общем, давно. У меня были и синие дреды, и белые, и чёрные, и зелёные, и красные, и цвета капучино, и серебристые...

- А твои родители? Значит, они не были против?

- Нет, мама и папа никогда не ущемляли меня в плане экспериментов с внешностью. Для меня всегда существовали лишь два требования со стороны мамы и папы: отсутствие вредных привычек и добросовестная учёба в школе, а потом в вузе. Эти требования я выполняла на сто процентов. А родители, в свою очередь, никогда не вмешивались и не вмешиваются в мою жизнь. А что? Для тебя эта тема под запретом?

- Ну не то что под запретом... - замялась Лика. - Но папа всегда высказывается категорически против всего такого.

- Почему? Чем мотивирует?

- Папа считает, что когда человек слишком много и сильно экспериментирует с внешностью, это компенсация каких-то внутренних комплексов, дисгармонии, неустроенности. Попытки привлечь к себе внимание, эпатировать окружающих. Папа уверен, что чем большей гармонии достигла личность, тем меньше ей нужно внешних эффектов.

Интересно, конечно. Возможно, теория строгого родителя и имеет право на существование, однако в ней есть явно провальные и слабые места! Если следовать логике Осетрова-старшего, то наиболее гармоничная личность может позволить себе даже и не мыться, чего уж там! Или хотя бы не пользоваться дезодорантом. В общем, классический бодипозитив - это вообще очень гармонично, так выходит.

- А тебе самой хочется каких-то перемен во внешности, Лика?

- Иногда хочется стать как-то поярче что ли. Может, волосы покрасить в ярко-рыжий. А ещё... - Лика совсем понизила голос, почти зашептала. - Еще я мечтаю о небольшой татуировке. У тебя есть татуировки, Маша?

- Нет. Но исключительно потому, что мне они не нравятся в принципе. Иначе я бы непременно набила. А тебе, видимо, придётся потерпеть до совершеннолетия, Лика. Всё же отца расстраивать нельзя, и перечить ему в подобных вещах вряд ли следует.

Конечно, Маша сказала это, хоть так и не думала. Однако по-другому она сказать не могла. К счастью, Лика была с ней полностью согласна:

- Вот и я так решила. Спасибо, что понимаешь меня, Маша! А можно ещё вопрос?

- Конечно!

- Сколько тебе лет, Маша? Я знаю, что неприлично задавать подобные вопросы, но мне очень интересно.

- Двадцать семь, и в этом нет никакого секрета.

- А почему ты не замужем, Маша? И почему у тебя пока нет детей? Вот например, когда я родилась, маме было девятнадцать, а папе - двадцать два.

"Ну и? Каков результат?" - печально подумала Маша, однако вслух ничего подобного не сказала.

Не решилась она рассказать и о своих убеждениях. Впервые в жизни Маша стеснялась того, что она не хочет становиться матерью по принципиальным соображениям. Почему-то именно Лике и Фёдору она ни за что не рассказала бы об этом. Достаточно им одного предательства и пренебрежения их интересами со стороны матери. Если они узнают о том, что Маша, которой ребята безоговорочно доверяют, в принципе не видит себя рядом с детьми, могут совсем разувериться во всём.

Размышляя таким образом, Маша так и не поняла, что она уже давно находится рядом с детьми, причём, постоянно.

- Я просто ещё не встретила того человека, которого полюблю и захочу рожать его детей. Не все выходят замуж рано, - как можно беззаботнее ответила Маша. - Как только встречу, так и выйду замуж.

Лика кивнула. Кажется, ответ Маши её вполне устроил.

Лика и Фёдор ушли домой в десятом часу вечера. Маша убрала со стола и легла спать пораньше. Напрасно она надеялась - сон так и не шёл, словно избегал её.

Маша размышляла об отце Лики и Фёдора. Надо же, какая загадочная и противоречивая натура у этого человека! С одной стороны, ведёт себя довольно категорично и давяще. Причём, пытается подчинить себе и её, Машу! Чем дальше, тем сильнее Маша подозревала, что именно он - автор писем. Осталось выяснить загадку с почерком.

С другой стороны, человек явно достоин восхищения и глубокого уважения. Один, без помощи, поднимает двоих детей. Причём, Фёдору было всего полтора года, когда мать отчалила в дальние края.

И всё-таки, хоть душа Маши и протестовала, необходимо было устроить запланированную ранее вторую часть концерта, посвящённого блатному шансону. Маша должна поймать писарчука с поличным.