Приключения На Тавиа Или Семья Виктора И ЧетвЁртое Измерение

История Оли

Время близилось к девяти, и, после длинной поездки и хорошей прогулки, дети зазевали, а их желание спать превосходило все на свете.

 – Я уложу ребят, дорогая, – вызвался Виктор.

 – Спасибо, – ответила Инна, находясь в состоянии полного релакса и утопая в наслаждении от созерцания местных красот. – Я тебя люблю.

 – Катюша, Максим, идём, покажите свои апартаменты, – позвал детей папа любящим голосом.

         Катя выбрала себе спальню побольше, с кроватью укрытой сверху навесом из плотной ткани. Меблированная в стиле ампир комната с креслами и столиком, расставленными напротив панорамного окна, занимавшего почти всю стену. В шкафу Катерина, сразу как приехали, аккуратно развесила свои вещи. Через окно открывался вид на дорогу и поле, восхитившее девочку динамикой переливов.

Поскольку в семье Виктора преимущество имел прекрасный пол, Катя могла бы выбрать себе комнату, что занял её брат, с видом на озеро. Максим ни сколько бы не обиделся, но девочке с самого начала приглянулся луг. Дети разделись, почистили перед сном зубы и улеглись по кроватям. Свежий воздух и усталость мигом сделали своё дело и сон накрыл их с головой.

         Пока Виктор укладывал детей, на веранду спустился Оли, а Анни принесла на стол поднос со сладкими булочками, горячий зелёный чай и сок.

Инна начала разговор первой.

 – Оли, У Вас такое милое место и совсем безлюдно вокруг.

 – Да, это так, я бы желал видеть здесь полный дом гостей, но, к сожалению, сюда сложно добраться, нет-нет, дело совсем не в дороге, в смысле… – он замялся, – дороги нормальные, совсем другое.

 – Что вы имеете ввиду? – переспросила Инна сдержанно. 

 – Вы, наверное, заметили, – в разговор осторожно вошла Анна, – что место это особенное.

 – Если честно, да и собиралась спросить об этом.

 – Тогда я должен рассказать Вам свою историю, – ответил Оли, отделяя слово от слова, подчёркивая тем самым, что его ответ есть ключ к разгадке.

 – Было бы очень мило с Вашей стороны, а мы станем вашими благодарными слушателями, – с вежливостью Инна приняла предложение.

 – Конечно, спасибо, но может дождёмся Виктора? Ему тоже было бы интересно?

 – О! Без сомнения, да. Он у меня абсолютный материалист.

 – И в сказки конечно–же не верит, – рассмеялся Оли.

Виктор налил воды в вазу, стоявшую на журнальном столике и поставил в неё Катины цветы, задёрнул шторы и вышел, тихонько закрыв дверь. Цветы в темноте засветились: искорки переливались синим, зелёным, фиолетовым оттенком, создавая волшебную волну мерцания на кроне букета. Но ни Катя, которая уже спала, ни Виктор, закрывший за собой дверь этого не увидели.

Он зашёл к Максиму, подошёл к окну и ещё раз, перед тем, как задёрнуть шторы, остановил взгляд на озере. Подойдя к сыну и шёпотом пожелав спокойной ночи вышел из комнаты.

Виктор заглянул в свою с Инной спальню, словно желая увидеть того волшебника, который сотворил всё это великолепие, затем медленно спустился по лестнице в гостиную.

«Как все здорово», – эта мысль стала приходить чаще с момента, как он очутился здесь.

Проходя через холл, Виктор бросил взгляд на карту, и вышел на веранду, где за столиком его ждала Инна, Оли и Анни.

 – Как дети? Уснули? – спросила Анни и мило улыбнувшись, добавила. – Бриз, шум травы, шелест листьев, безотказное средство чтобы заснуть. Сколько себя помню, никогда не могла устоять.

 – Все отлично, спят как сурки. Ваш отель, наверное, самый лучший в этих краях. Я бы дал ему четыре, нет почему четыре? Все пять звёзд!

 – Спасибо, – расплывшись в улыбке ответила Анни.

 – Дорогой, Оли согласился рассказать нам свою историю, присоединяйся, будем—же внимательными и благодарными слушателями, – занесло Инну на светский манер вести беседу.

 – Несомненно! Откровенно говоря, я заинтригован, – последовал Виктор вслед за женой, добавив в разговор светскую элегантность.

 – Ну тогда наливайте себе чай, садитесь поудобнее и я начну. Но прошу Вас быть позитивными, ведь история моя имеет хорошее окончание и продолжение. И ещё попрошу меня не останавливать, ибо то, что поначалу у вас вызовет сомнения разъясниться в конце повествования, – попросил Оли.

 – Так вот, началось все в начале февраля 1940 года. Финско–Советская война была в самом разгаре. Я жил в Метсяпиртти (фин. Metsäpirtti), административный центр расположенный в месте где река Тайпале (фин. Taipaleenjoki) впадала в Ладожское озеро. Сегодня посёлок имеет другое название, кажется Запорожское, а река называется Бурная.

         Был мне тогда 21 год, я успел обзавестись семьёй: жена и годовалая дочь.

Дом наш стоял в ста метрах от берега реки. В нем когда-то жили и родители, но, в мои 15 лет – умерла мать, а через четыре года ушёл и отец. Здесь же я жил со своей молодой семьёй в счастье и достатке. Но с началом войны, стало понятно, что Карельский перешеек нам не удержать. А об отношении советских солдат к мирному населению ходили ужасные слухи. В действительности — это были чёрные времена в истории. Мы собирались эвакуироваться, к родителям жены, в Миккели, нелёгкий путь: на дворе стояла лютая зима, а дороги почти все были завалены снегом.