Приключения пиратского кота

Шторм

Старая Мэл наблюдала за погрузкой своими подслеповатыми, злыми глазками. Надо же – сколько она себя помнит, никогда ещё в порту на этот корабль не грузили так много. Обычно только выгружали. А грузили прямо в море, с другого судна.

Признаться, сама старая Мэл попала на «Берргатту» именно так – с груза с другого корабля. Почти всех её товарок передавила та жуткая тварь — Серый. Лишь старая Мэл оказалась хитрее, умнее, удачливее.

Но ничего, ничего. Теперь хищник сгинул без следа. Старый идиот решил покрасоваться перед молодой портовой кошечкой, пошёл по канату и рухнул вниз.

Мэл мерзко захихикала. Она сама этого не видела, но Одноухая Сьюти клялась своим хвостом, что видела это собственными глазами.

Старая крыса, ничуть не стесняясь, устроилась умываться прямо на одной из бочек.

Ну что ж, теперь-то их племя заживёт! Теперь-то уж некому будет наводить страх на её семейство.

*****

— Я тебе сам печень вырву и коту скормлю! Что значит — не было? А я что велел? Якорь мне в глотку! Совсем от рук отбились! – старый Херш ругал матроса, которому поручил купить на берегу печени для кота.

Котёнок был совсем слаб и выглядел как скелет, обтянутый кожей. Херш слышал, что таких доходяг хорошо откармливать печенью и фаршем. Потому и приказал Косому Скоту купить печени ещё вечером. Но тот либо с вечера напился, либо просто позабыл, и печени не принёс. Утром печени достать было уже негде.

На самом деле капитан злился не из-за печени, а потому, что втянулся в авантюру с грузом. Мало того, что среди образцов в ящиках этот сумасшедший аристократ Эвор Смит привёз живой груз — клетку с пятью снежно-белыми обезьянками дзугу-дзугу, так ещё и девица из племени М-гото была приставлена к ним!

Херш едва не выкинул Смита за борт вместе со всеми его вещами. Где это видано — женщина на корабле? Да ещё такая! Про это племя ходили слухи... Бррр.

Говорили, что если их женщины не ведьмы, то одержимы злыми духами. И вот, пожалуйста — одна из них на борту! Смит удвоил вознаграждение, и жадность победила здравый смысл. А ещё обещал, что туземка будет сидеть тихо в трюме, никому не попадаясь на глаза.

Корабль отправился в путь. Через три часа на горизонте появилась маленькая туча.

Капитан, взглянув на неё в подзорную трубу, выругался так грязно, что у Беззубого Хы, проходившего мимо, вспотели уши.

— Я так и знал, так и знал, что эта баба на корабле к беде! Якорь мне в печень! Все наверх! Убрать паруса!

*****

Накормленный до отвала куриными потрохами и впервые почувствовавший себя в безопасности, я проспал всю ночь между сундуками в капитанской каюте.

Тисканья и ласку я пока не допускал, но и человек, спасший меня, не настаивал. За это я был ему очень признателен.

Утром до меня дошло, что произошло — я стал корабельным котом! Не иначе Кошачья Богиня смилостивилась и повернулась ко мне лицом, а не своим великолепным хвостом. Невообразимая удача! Обычно котят на корабли заказывают заранее, от крысоловных серых кошек. А я просто оказался в нужном месте в нужный момент. Хаааааааа! Если бы Ржавый узнал, он бы лопнул от зависти по всем своим полоскам.

Воодушевлённый, я вылез из своего укрытия, чтобы осмотреть новые владения.

Человек, ты меня спас и подарил мне шанс! Я тебя не подведу!

Обходя трюм, я обнаружил, что мышей здесь нет, зато отчётливо пахнет крысами.

Проблема. Я родился зимой, а сейчас лето, но из-за раннего сиротства и голода я не набрал ни роста, ни веса.

Взрослую крысу одолеть вряд ли смогу, скорее, она меня сожрёт. Зато у меня есть ловкость и скорость. К тому же, корабль хранит запах другого кота. Человек, спасший меня — Херш, кажется, что-то вчера вечером говорил о пропавшем Сером и о том, что тот послал меня его заменить. Глупости, конечно... Хотя, кто знает — может, он и вправду замолвил слово перед Кошачьей Богиней за меня, сироту. Я усмехнулся в усы, представив такую картину.

Что ж, надеюсь, злобные твари ещё запуганы прошлым котом, и у меня будет время окрепнуть и набраться сил.

*******

Старая Мэл решила посетить святая святых

— капитанскую каюту. Капитан обожал вкусную еду и питал страсть к вяленому мясу. Раньше такая дерзость могла стоить жизни. Но теперь Мэл осуществит свою давнюю мечту и полакомится вдоволь.

Тем более начался шторм — корабль качало всё сильнее, и глупым людям будет не до того, чтобы находиться в каюте.

Она как раз потянулась к жирному кусочку, висевшему на крючке над полкой, когда, как ей показалось, из густых теней выскочил кусочек тьмы. Мэл увлеклась и не успела отреагировать. Что-то сбило её на пол. Раздался крик, писк, утробный вой.

Мэл по крысиным меркам была уже старой, к тому же вскоре должна была принести потомство, что делало её неуклюжей и тяжёлой. Тем не менее, она успела прокусить своему противнику, который был даже меньше её, лапу и нос. Но и он сумел её потрепать.

Корабль сильно качнуло, и дерущиеся противники покатились по полу, ударившись спиной о шкаф. Если бы не это, исход схватки оставался неясным. Но противники одновременно врезались в преграду и от неожиданности разбежались в разные стороны.

Старая Мэл спряталась в щели, пообещав вернуться и отомстить мелкому кошачьему отродью. А Черный запомнил старую крысу по запаху.

*******

Корабль болтало всё сильнее и сильнее.

— Где этот чёртов щенок, Смит? Клянусь прахом матери, я выкину к морским чертям и его, и его груз, и девицу, которую он притащил!

Матросы спешно привязывали канатами всё, что могло упасть за борт, а некоторые — себя. Дождь хлестал как из ведра, ветер и волны швыряли корабль, словно щепку.

Из трюма вышла смуглая девушка в белых шароварах до колен и короткой льняной рубашке. Она ступала босыми ногами по мокрой палубе так легко, словно танцевала, словно вокруг не бушевала буря, и волны не грозили перевернуть «Берргатту», как игрушечный кораблик. Девушка дошла до носа корабля и запела.

Шторм начал утихать, и к моменту окончания песни стих окончательно, словно исчерпал все свои силы.