Приключения последнего бессмертного горца

Пионера пытают

Ребёнка подтолкнули девушки в белых халатах и перчатках к дыбе. Точнее к своеобразному сооружению смахивающему на дыбу. Там сильные и рослые девчонки взяли ребенка за тонкие и худенькие руки. Мальчик разумеется под оккупацией недоедал. И вывернули ему конечности закрепив их сзади.

После чего другая девушка-палач в белом халате нажала на кнопку. Толстая проволока к которой были приделаны зажимы стала подниматься вверх. Она крутилась, локти и руки мальчика сзади вздернулись и стали приподыматься. Сережка охнул, и поддался вперед. Его голое, худенькое, с проступающими словно прутья корзины ребрышками изогнулось. Кожа с еще не успевшим сойти летним загаром, заблестела от пота. Мальчик поднимался вверх и выгибался. Две девушки-истязательницы подошли к пионеру и сильно его встряхнули. Сережка завопил от резкой боли в связках, задергался и перекрутился. Детская головка прошла мимо, плечи хрустнули и провернулась на тонкой шее.

Личико мальчика побледнело. Действительно по-настоящему было больно. А проволока крутилась, механизм работал, и ребенка лет двенадцати поднимали в высоту. Рыжая, рослая женщина смотрела на Сережку плотоядным взглядом. Она видела как вдрагивают его маленькие худенькие мышцы под тонкой кожей, как напрягаются жилки. И все выше уходят, судорожно дергающиеся босые ножки. Они у ребенка красные, и слегка опухшие после мороза, перенесшиеся в жару пыточной избы. А изба надо сказать, довольно большая, каменная, древнее здание с высоким потолком. И к нему все выше и выше поднимают мальчишку.

Рыжая женщина-палач в белом халате с внешне милой улыбкой произносит:

- Назови мальчик фамилии и адреса связных в городе из числа подполья которым ты переносишь сведения. Скажешь, и мы тебя отпустим. - Тут женщина с медно-красными волосами провела языком по губам и добавила. - А если нет, то твоя боль будет попросту ужасной, и ты пожалеешь что родился.

Бледный, измученный мальчик-пионер висящий на дыбе, простонал:

- Нет. Не скажу.

Рыжая довольно симпатичная женщина на вид лет тридцати, на самом деле немногим старше усмехнулась. У нее самой было трое детей, в том числе два мальчика. И она смотрела на ребенка висящего на дыбе, с перекошенным личиком испытывая некоторое сочувствие.

Да бедный пионер, юный подпольщик и партизан оказался в ненужном для себя месте и в ненужное время. И попал словно худенький цыпленок в ощип. И его теперь нужно и в самом деле аккуратно, чтобы мальчишка не загнулся ощупать, и вырвать из горла все сведения. И тут важно причинить как можно больше боли.

Рыжая женщина-палач приказала:

- Стоп. А теперь говори звереныш, адрес по которому ты шел.

Мальчик-трясясь от боли страха прохрипел:

- Нет. Не скажу.

Рыжая женщина-истязательница скомандовала:

- Отпустить его.

И маленькое, детское тело пионера рухнуло вниз. Послышался сдавленный вопль и у самого пола проволока натянулась. Худенькая плоть остановилась, жилы дернулись, Сережка завизжал. И от болевого шока потерял сознание, отключившись.

Две девушки-истязательницы в белых халатах взяли и вылили на побледневшего словно полотно мальчика по ведру ледяной воды, в которой плавали льдины. Сережка встряхнулся и пришел в себя. Ребенок рыдал, растирая слезы. Они катились по его впавшим, бледным щекам. Как больно несчастному мальчику.

Рыжая женщина, старший палач спросила:

- Будешь, говорить щенок? Ну давай называй свой первый адрес, куда нес шифрованную записку.

Сережка шепотом, посиневшими от страданий губами, произнес:

- Нет... Не скажу!

Рыжая женщина усмехнулась и приказала:

- Встряхнуть его еще раз! И заодно ноги зажать паршивцу в колодку.

Девушки-истязательницы взяли специальную, небольшую с крючьями колодку для детей. Осторожно нацепили на босые ножки мальчика-пионера. Зажали детские лодыжки. После чего стала снова скрипеть проволока и Сережку поднимали вверх. Его худенькое, поджарое, жилистое тело натягивалось в струнку. И видно как стекает по тонкой, детской коже пот.

Рыжая мегера жадно смотрела и облизывалась. Как ей нравиться симпатичных мальчишек мучить. Издевательство над клиентами-детьми для фашистской мегеры высшая услада. Вот видно как тяжело вздымается у ребенка костлявая, и вместе с тем с резкими жилками грудь. Колодка тянет вниз и мальчику больно. Вместе с тем ребенок испытывает страх перед еще большей предстоящей болью: как перекосилось у него личико.

Вот они подняли мальчика повыше к самому потолку, и проволовка перестала наматываться, чуть не защемив пионеру запястья. И Сережка замер. Рыжая женщина-палач издевательски улыбалась.=