Приключения Василиска

37 серия. Явление Мамы.

Тучи сгущались слишком стремительно. Площадь Лошадиного Города объял густой сумрак, так что создавалось впечатление, будто в срочном порядке наступает вечерняя тьма. Чёрные облака в небе клубились с необыкновенной скоростью, периодически одаривая взор ещё более тёмными завихрениями. С каждой секундой тучи увеличивались в своём размере и объёме, приобретая всё более чёткие и до дикости быстро меняющиеся очертания. Казалось даже, что они опускаются всё ниже и ниже и скором времени рухнут на площадь города ужасным чудовищем. Ещё казалось, и это было уже окончательно жутко, что клубящиеся завихрения иногда складываются в очертания гигантского лица.

А иногда ли?

А казалось ли?

Удивительно, но лошадки во главе с Лошадимамой  наблюдали это необыкновенное природное явление с весьма равнодушными выражениями на мордах. Казалось, будто они знали, что ЭТО, знали, что ЭТО может наступить, и истинно понимали, что за ЭТИМ последует.

Но вот на девочку Травку смотреть сейчас было невозможно. Всю её напыщенную самоуверенность, всю её вызывающую наглость и безбашенную храбрость вдруг как ветром сдуло. Её тоненькие ножки тряслись крупной дрожью от внезапно налетевшего ветра и, казалось, уже с огромным трудом держали её маленькое тщедушное тельце. Рыжие веснушки на побледневшем лице превратились в мурашки, а выражение этого самого побледневшего лица являло какой-то необратимый, но, вместе с тем смиренный, ужас.

Но удивительнее всего преобразился Геныч. До этого представлявший собой образец полного послушания, прислуживания и поклонения перед сопливой девчонкой Травкой, сгорбленный, сморщенный и едва живой старикашка, выпрямился упругой струной перед холодным ветром, ео лицо озаряла лучезарная и приветливая улыбка. Широко раскинув руки, он вышел из-за спины дрожащей девчонки, навстречу клубящейся тучи. Травка, впрочем, ему совсем не препятствовала.

Насчёт гигантского лица я, кажется, не ошибался. Всё чаще и чаще стремительные вихри складывали его постоянно меняющиеся черты. Но, несмотря на их постоянные перемещения, что-то определённое и до жути закономерное вырисовывалось в небе. Было всё это похоже скорее даже на женское лицо с развевающимися в пределах нескольких километров волосами. Выражение было очень серьёзным, хмурым, но, почему-то грозным и свирепым оно при этом не казалось.

Из чёрной тучи ежесекундно били молнии. Били они настолько близко к нам, что вскоре все построения и стены Лошадиного Города принялись оседать и разлетаться в щепки.

Окончательно жутко мне стало, как только из тучи разнёсся голос:

- Т-Р-А-В-К-А! – но он вовсе и не был голосом, как таковым. Все звуки рождались из отличных по тону и тембру оглушительных ударов грома.