Прикончить творца

Глава 32

Тянь Сюэцинь погладил бородку и задумчиво произнес:

— Увы, я не знаю точно. Вероятно, в прежнем мире нахожусь в коме. Или что-то вроде этого. Но не исключаю, что просто однажды слишком крепко уснул и перенёсся в мир своих фантазий. Теперь уже не приходится ничему удивляться.

— А мы сейчас вообще где находимся?

— Разве ещё не догадались? — Тянь Сюэцинь поднял руки и широко развел их. — Это же мир моих фантазий. Если конкретно, то мир цикла “Воспоминания о Серебряной эпохе”. Вы ведь читали? Хотя бы первые два тома?

Гай Юэ промямлил нечто утвердительное. Конечно, никакие отдельные тома и уж тем более целый цикл он не читал. Название краем уха слышал, но ему бы и в голову не пришло тратить время на такую ерунду, как чтение книг другого автора. Ведь каждый обычно зациклен на своем творчестве. К чему копаться в чужом?

— Поэтому здесь все такое… светлое и серебристое? — наугад ляпнул он ради поддержания разговора и тут же осекся, испугавшись, что попал пальцем в небо. Однако Тянь Сюэцинь кивнул с довольным видом.

— Вот именно. Воплощение мечты о гармонии и светлой печали. О бесконечном покое. Только здесь я его наконец обрёл.

Его слова прервал странный шум. Будто треснул кувшин или что-то в этом роде. Гай Юэ резко повернул голову в сторону, откуда раздался звук, и сперва ничего не понял. Ему показалось, будто по каменистой почве рядом с кустом азалии кто-то ползет. Наученный горьким опытом встречи с хищной змеёй, Гай Юэ вскочил на ноги. Присмотревшись, с облегчением понял, что никакими змеями поблизости и не пахнет. Зато на самом краю островка четко проступили трещины, и камешки сыплются в воду.

— Что это?

— Не обращайте внимания, — безмятежно ответил Тянь Сюэцинь. — Время от времени берег осыпается. Раньше остров был больше, но постепенно уходит под воду.

— И вы так спокойно об этом говорите?

— А зачем мне беспокоиться?

— Ну как же… ваш остров может разрушиться. Надо что-то делать!

— Я не могу это изменить. Когда-нибудь прекрасного острова уже не будет. Он останется лишь в воспоминаниях. Но это будет не завтра и не послезавтра.

— Тогда надо перебраться на побережье. Устроитесь там.

— Нет, я останусь. Здесь мои цветы, мой шкаф со старинными рукописями, источник воды, которая заменяет мне ещё и еду… Не хочу все это покидать. Я каждый день ухаживаю за своим садом, разбираю иероглифы, завариваю чай с лепестками хризантем. Но чаще всего просто сижу и созерцаю окружающую красоту, полную гармонии. Ни о чем не думаю, мое сознание в эти долгие часы абсолютно пустое. В пустоте — высший смысл. Только в ней одной. Я счастлив. Чего же ещё желать?

— Например, перевезти свое имущество на нормальную сушу, которая не разрушается. И цветочки можете туда пересадить.

— Нет, дорогой гость, это бессмысленно. Лишняя суета. Я ни под каким предлогом не брошу остров, где познал просветление.

— Но вы же можете вместе с ним уйти под воду! Давайте помогу с переездом. Лодка есть. Правда, я спешу, но мы быстро управимся.

Тянь Сюэцинь покачал головой.

— Вы ещё слишком молоды и порывисты. Придет время, и вы поймёте: нет ничего превыше покоя.

— Ну, это какая-то странная философия, — буркнул Гай Юэ, обиженный тем, что его помощь игнорят. — Спрашиваю последний раз: вы переезжаете?

— Пейте чай, дорогой друг. И лучше расскажите мне, что намерены предпринять дальше.

— Мне надо поскорей выбраться из Воспоминаний Серебряной эпохи.

— А может, останетесь? Будете иногда приплывать сюда. Не слишком часто. Будем пить чай и беседовать.

— Спасибо, но меня ждут наверху. Я должен добыть алый лёд и…

— Это все такая суета. Я бы на вашем месте не стал вмешиваться. Пусть сюжет идёт как идёт. Тот, кому суждено умереть — умрет. Вот и все.

— Я всё-таки постараюсь выбраться к себе. Вы можете подсказать, как это сделать?

Тянь Сюэцинь пожал плечами.

— По идее, выход отсюда через лабиринт. Честно говоря, не уверен. Но вы можете попробовать.

В его голосе улавливались некие ледяные нотки. И Гай Юэ стало ясно, что никакой помощи или хотя бы четких подсказок ждать не стоит.

— Тогда счастливо оставаться.

Он допил чай и поднялся из-за стола.

Гай Юэ покидал красивый островок с древовидными пионами и азалиями, прозрачным источником и просветлённым хозяином почти без сожаления. Так радостно сперва было повстречаться с человеком из своего мира, не фантастическим существом, а просто человеком, которому известны все реалии прежнего окружения Гай Юэ. Радость оказалась недолгой, соотечественник был равнодушен и погружен в себя. Соблазн остаться и вести размеренную и безопасную жизнь Гай Юэ почему-то не вдохновил.

Он уже перешёл в лодку и собрался оттолкнуться веслом, когда теперь с другой стороны острова посыпались мелкие камешки.

— Слушайте, да у вас остров рушится прямо на глазах!

— Значит, так тому и быть, — ответил Тянь Сюэцинь. — В любом случае, я не умею плавать, значит…

— Тогда я оставлю тут лодку. Когда от острова ничего не останется, хотя бы сами спасетесь.

— А вы?

— Я плаваю как рыба, — самоуверенно заявил Гай Юэ и принялся раздеваться. Снял верхнюю одежду и сапоги, увязал все это в тугой узел и закрепил на спине. То есть сначала попробовал закрепить на голове, но попытка не удалась. Он махнул рукой.

— Ладно, высохнет как-нибудь.

Хозяин острова в некотором изумлении наблюдал за свои полуголым коллегой, который уже был готов броситься в воду. Расстояние до берега выглядело внушительным.

— Я чрезвычайно ценю вашу самоотверженность. Однако…

— Однако мне пора. Спасибо за чай!

И Гай Юэ со всей самоотверженностью плюхнулся в прохладную водичку. Стараясь держаться так, чтобы узел на спине не погружался в воду, он уже отплыл довольно далеко, когда услышал:

— Послушайте! Совсем забыл предупредить… На дне обитает ядовитый дракон. Он иногда поднимается на поверхность. Может вас учуять. Лучше бы вам вернуться! Хотя... не смею вас задерживать. Это ваше решение.