Приманка для оборотня

Глава 2

Мэтт

Городские джунгли до сих пор оставались для меня чем-то загадочным, запутанным и иногда совершенно непонятным. И хотя уже прошло почти три года с тех пор, как я покинул родную резервацию, но привыкнуть к высоткам города так до конца и не смог. Самой главной проблемой всех городов, больших и не очень, был шум, не прекращающийся ни днём, ни ночью, и это слегка напрягало мой слишком чувствительный слух. Шумело буквально всё: вереница автомобилей на широкополосной дороге за окном, люди, что шагали мимо со своими смартфонами, пытаясь перекричать в трубку друг друга, счётчики, датчики, безудержная детвора, телевизоры и даже радио. И иногда мне казалось, что мои уши могут лопнуть от всех этих звуков, льющихся бесконечным потоком отовсюду.

То ли дело был лес, в котором находилась моя резервация. Казалось, даже время текло там иначе, а листья деревьев поглощали посторонние звуки оставляя лишь естественный фон – голоса птиц, потрескивание веток на ветру, жужжание насекомых.

Кто бы знал, как я иногда скучал по дому…

И всё же я ни на секунду не забывал, что это был мой выбор: покинуть родной дом, семью, друзей и отправиться на поиски себя, как бы глупо это не звучало. Да, мне просто жизненно необходимо было собрать своё сердце воедино, по осколку, что так громко звенели в груди, царапая душу. Ведь то, что осталось в ней после того, как одна девушка разбила мне сердце, больше не могло так же запросто стучать и радоваться жизни в родных краях, как прежде.

Тогда мне пришлось поругаться с семьёй, уйти из стаи, уехать подальше от дома и зажить своей собственной жизнью, мало похожей на ту, что я жил раньше. Конечно, я сильно рисковал, принимая такое решение. Но поселившаяся пустота внутри, как ни странно, давала мне сил двигаться дальше. Теперь я мог рассчитывать только на себя: стая отказалась от меня, и я лишился её силы и поддержки, и теперь был в разы слабее, чем раньше. А потому я всё чаще задумывался о том, чтобы отыскать себе новую «семью».

Однако жизнь оборотней не предполагала максимальной открытости, люди по большей мере не знали о нас. А те, кому из них пришлось с нами столкнуться, буквально сходили с ума, потому как их мозг отказывался принимать подобную информацию. Монстры. Для них мы были просто монстры, принимающие человеческое обличие, но в большинстве своём остававшиеся зверями, хищными и беспощадными. Возможно, по отношению к некоторым это было действительно применимо. Но не ко всем. Далеко не ко всем.

Мы тоже хотели жить под этим солнцем, так же влюбляться и строить свои семьи, наслаждаться дарами жизни и быть неотъемлемой её частью. Кто был виноват в том, что судьба «наградила» нас ещё одной личиной, что проявляла себя всего лишь один раз в месяц, затмевая разум и превращая нас в кровожадных убийц, жаждущих плоти и крови людей. Но и с этим многие из нас научились справляться, создавая в своих жилищах тайные комнаты-клетки, позволяющие нам пережить полнолуние без ущерба для других.

В остальные же дни мы легко укрощали свою волчью сущность, подчиняя её разуму, а не инстинктам. А потому почти не отличались от остальных людей. Но всё равно были вынуждены жить в тени ночи, зная, что нам никогда не простят нашей природы.

И так я уже скитался почти три года, волк-одиночка, вынужденный подрабатывать то на стройке, то барменом, то разнорабочим, лишь бы выжить и не просить помощи у тех, кто когда-то назывался моей стаей. Единственный, с кем я поддерживал отношения, был таким же изгоем, покинувшим отчий дом ещё раньше меня. Он полюбил и связал свою жизнь с человеческой девушкой, которая, узнав его волчий секрет, не отвернулась, не отреклась, но вместо этого вышла за него замуж. Что ж, кому-то же в этой жизни должно было повезти?

Впрочем, жаловаться мне не приходилось. С тех пор, как та рыжая девчонка разбила моё сердце, я изменился. Возмужал и окреп, став меньше похожим на себя прежнего. Даже бриться почти перестал. Мне нравился мой новый мужественный образ, добавляющий мне лет. Да и подработка на стройке позволила мне подкачать бицепсы не хуже, чем городские парни это делали в спортзале. А ещё на собственноручно заработанные деньги я приобрёл неплохой байк, и теперь не нуждался в городском транспорте.

Всё-таки у города, пусть и у небольшого, были свои плюсы. Рассекать по лесу на мотоцикле просто не представлялось возможным, а теперь… Теперь я мог выжимать по полной на безлюдных асфальтированных дорогах, и ощущать всю прелесть скорости и свободы – всё, чего так не доставало мне прежде.

Однако одиночество постепенно затягивало петлю на моём горле. Мне не хватало простого общения – с такими же, как я, похожими природой и сущностью. С моим другом Джейком мы общались мало, да и то лишь по телефону: семейная жизнь не располагала к частому общению с лучшими друзьями. Я понимал, и не обижался на него, но между тем страшно скучал по простому обществу себе подобных.

И как-то незаметно для самого себя я начал присматриваться к людям, ища среди них тех, кто мог бы стать мне новой семьёй. Пусть не сразу, ведь я не знал, примут ли меня те, другие оборотни к себе, а если и примут, то на каких условиях. Но самым грустным был тот факт, что пока я не встретил ни одного оборотня во всём городе. Я знал это наверняка, ведь мой нос не мог меня подвести в столь важном вопросе. Но я не терял надежды и продолжал искать, пока мне, наконец, не повезло.