Приманка для оборотня

Глава 11

Майя

Кухня тонула в желтоватом свете лампы, а безвкусный чай в моей кружке уже остыл. Мать сидела напротив, обхватив пальцами свою чашку чашки, будто боялась, что я вырву её и выброшу в окно. Наверное, мой взбудораженный вид предполагал именно такой вариант развития событий, но иначе я не могла. Она раздражала меня своей неугомонностью и нежеланием понять, что я уже выросла. Ненси была моей матерью, но сейчас это не давало ей никаких прав так бесцеремонно вмешиваться в мою жизнь.

- Майя, - начала она с этим своим вздохом, который всегда предвещал долгие нотации, - я не понимаю, почему ты не берёшь трубку! Ты же знаешь, я волнуюсь!

Я прикусила язык, стараясь не огрызнуться. Не говорить же ей, что я в порыве паники сломала сим-карту, но ещё не успела приобрести новую? Ибо эта информация породит ещё больше вопросов.

- У меня был тяжёлый день, мам.

- У всех бывают тяжёлые дни, но это не повод отгораживаться от семьи, - она постучала ногтем по столу, как будто выбивала ритм моим провинностям. - Ты могла бы быть хоть немного откровеннее со мной?

Откровеннее? Ну да, конечно. Рассказать ей, что её дочь поёт в баре под вымышленным именем, а не подаёт кофе в уютной кафешке, как она думает. Рассказать, что сегодня меня чуть не сцапало какое-то нечто, поджидавшее за баром, и опять оказаться в психиатрической клинике? Ну уж нет!

- Я просто устаю, - пробормотала я, глядя в чай, словно в гадальную гущу – не подскажет ли она мне, когда мама соберётся уйти?

- Устаёшь от чего? От работы официанткой? - Ненси фыркнула. - Найди что-нибудь получше. Ты же умная, молодая и красивая! Могла бы устроиться в нормальное место. Или, на крайний случай, найти того, кто обеспечит тебе достойную жизнь…

Эти её намёки меня всегда особенно раздражали. Я себе и представить не могла, как другие, в погоне за наживой, могут терпеть рядом с собой брюхатых лысоватых богатеев, да ещё и исполнять все их прихоти. От одной мысли об этом меня начинало подташнивать, потому как притворяться я не могла. И быть подстилкой и услужливой куклой ради денег тоже. Нет уж, пусть я буду выживать на те копейки, что мне платили в баре, чем лягу под какого-нибудь «папика».

- Я подумаю, - ответила я ей, вновь не желая озвучивать вслух все свои мысли.

- Ты всегда так говоришь, - мама покачала головой. - А потом ничего не меняется. Кроме твоего возраста. Молодость, дорогая моя, скоропортящийся товар…

Я закрыла глаза на секунду, чувствуя, что меня сейчас раздраконит. Но то ли усталость, то ли нервное истощение вновь позволили мне сдержаться.

- Мам, - тихо сказала я, - сейчас три часа ночи. Давай не сегодня.

Она вздохнула, но на этот раз - сдавленно. Потом допила чай и встала.

- Ладно. Но подумай о том, что я сказала.

Я кивнула, зная, что не буду делать этого.

- Вызвать тебе такси?.. – с надеждой в голосе спросила я, но та тут же надулась.

- Я планировала погостить у тебя несколько дней, - как-то размыто произнесла она. – Если не возражаешь…

- Вообще-то, возражаю, - опасаясь того, что скандала было не избежать, осторожно произнесла я. – Ты же знаешь, я люблю одиночество, и…

- О, я не буду тебе мешать, дорогая! – быстро выкрутилась она. – Буду сидеть тихо, как мышка, и не вылазить из своей норки! И только одним глазком приглядывать за тобой…

- Мама, мы это уже обсуждали! – я поверить не могла, что мне предстоит весь этот ужас разборок с собственной матерью вновь. В данный момент я не было уверенна, что страшнее: оборотни, которые буквально преследовали меня на протяжении всей моей недолгой жизни, или миссис Свит, решившая во что бы то ни стало «устроить мою жизнь» по собственному видению и плану.

- Да, я знаю, знаю… - произнесла мама примирительно. – Но не выставишь же ты свою мать на ночь глядя за дверь?

Я тяжело вздохнула. Конечно, не выставляю. И она это знала. Уж если Ненси что-то вбивала себе в голову, это было стихийно и могло коснуться всех. И примером тому был недавний визит полицейского рука об руку с моей родительницей: наверняка она успела поднять весь полицейский участок на уши, чтобы в случае чего ей поскорее удалось отыскать меня, свою блудную дочь, и остальное было совершенно неважно.

- Можешь остаться… до утра, - наконец, выдохнула я. – А сейчас давай спать. Если хочешь, займи мою постель.

- А ты?.. – она спросила не потому, что беспокоилась. А ради приличия. По крайней мере, мне так показалось.

- Я лягу здесь, на кухне. Не беспокойся обо мне…

…Тишина кухни давила на виски, не давая уснуть. Да и маленький диванчик, не приспособленный для того, чтобы на нём проводили ночь, казался жёстким и слишком неудобным. Лишь монотонное тиканье настенных электронных часов напоминало мне, что время всё ещё идёт. Я то и дело ворочалась, пытаясь устроиться поудобнее, но скрип пружин подо мной лишь раздражал. И, плюнув на сон, я вновь придалась воспоминаниям, посвящённым сегодняшнему дню.

Рик. Мэтт.

Почему именно сейчас их образы всплывали в моей голове так ярко? Может быть, потому что темнота размывает границы реального и надуманного, а сердце упрямо цепляется за то, чего уже нет... или так и не случилось?

Рик - его улыбка, дерзкая, как у уличного хулигана, и тот взгляд, от которого хочется спрятаться, но одновременно - попасться, дать слабину. А Мэтт... спокойный, надёжный, с тихим голосом, в котором когда-то на берегу моря тонули все мои тревоги. Два полюса. Два "а что, если?"…

Я натянула покрывало до подбородка, будто оно могло защитить меня от этих мыслей. Но они просачивались сквозь ткань, обволакивая теплом воспоминаний и колючим холодом сомнений. Что, если бы тогда...? А вдруг сейчас...?

Глупости. Они оба были оборотнями, а мне пора было спать.

Но веки смыкались, а в голове оставались они - оба, переплетаясь в странном танце событий, который я не могла ни остановить, ни понять. Последнее, что я почувствовала перед тем, как провалиться в сон - лёгкую улыбку на своих губах. Словно где-то в глубине моей тёмной души мне нравилось это хаотичное смятение.