Принц Безэмоций и Чувственный Дар

4

​Терпение Эллары, казалось, было сделано из самых прочных нитей, но даже они не выдержали натиска королевских "случайностей". На следующей лекции по основам алхимии, когда Эридан в очередной раз "невинно" передавал ей какую-то дымящуюся колбу, его пальцы вновь "невзначай" задержались на её руке. "О, ради всего святого!" — пронеслось в голове Эллары, и её внутренний оркестр эмоций заиграл марш ярости. Колба чуть не выпала из её рук, но Эридан, с той же бесстрастной грацией, успел её придержать, лишь усилив контакт. Это была последняя капля. Она сорвалась с места и быстрым шагом направилась к старому, скрипучему шкафу в углу аудитории, намереваясь достать оттуда какие-то ингредиенты, лишь бы оказаться подальше от "принца-тактильщика". Но даже там ей не дали покоя. Когда она потянулась за колбочкой с толчёной мандрагорой, Эридан вдруг возник прямо за ней, прижимаясь к ней всем телом, якобы помогая дотянуться до верхних полок. "Ваше положение руки неоптимально для захвата, мисс Свифтт," — прошептал он своим обычным монотонным голосом, но его близость, его прикосновение к её спине... это было слишком. Эллара не выдержала.

​Она резко развернулась, едва не толкнув принца обратно в шкаф, и её голос, обычно такой мелодичный, теперь резал воздух, как острое лезвие. "Принц, я, конечно, понимаю, что вы, возможно, никогда не видели девушку без слоя пыли, или у вас проблемы со зрением и вы путаете меня с вешалкой, но не могли бы вы, ради всех богов и вашего королевского этикета, прекратить меня лапать?!" Её слова эхом разнеслись по аудитории, и студенты, затаив дыхание, замерли, наблюдая за этой беспрецедентной сценой. Даже Себастьян, который обычно был готов к любым выходкам принца, на секунду закашлялся. В воздухе повисла напряжённая тишина, словно кто-то внезапно остановил время.

​Эридан, казалось, впервые за всю свою жизнь был застигнут врасплох. "Лапать? — произнёс он, стараясь сохранить свою фирменную невозмутимость, но его выдало лёгкое, едва заметное покраснение на ушах, которое он, конечно же, сам не осознавал. — Мой дар прикосновения абсолютно необходим для исследования... этой конкретной поверхности." Он указал на её руку, словно она была каким-то новым видом минерала. Эллара фыркнула, её глаза метали молнии. "Какой ещё дар?! Вы просто... невоспитанный! И грубиян! И, возможно, немножко сумасшедший!" Эридан, ощутив внутри себя нечто, похожее на лёгкий, но доселе неизведанный всплеск гнева (или, как он его классифицировал, "отклонение от оптимального эмоционального состояния"), выпрямился, его голос, хоть и оставался монотонным, приобрёл неожиданную стальную нотку. "Я – принц. Если я захочу, чтобы вы стояли на голове во время лекции по древним рунам, вы будете стоять. Потому что это будет моё желание. А прикосновения... это лишь часть королевского исследования." Он закончил фразу, словно поставил точку в неоспоримом законе.

​Где-то в третьем ряду, за толстым алхимическим котлом, Принцесса Аврора, лучшая подруга Лиры, с широко распахнутыми от изумления глазами, шепнула своей соседке: "Ого! Я думала, у него паралич лица, а у него, оказывается, просто... особая мимика! Смотри, он даже покраснел! Я думала, что это генетически невозможно для их королевской семьи!" Её подруга захихикала, прикрывая рот рукой. Весть о том, что Принц Эридан, воплощение бесстрастия, покраснел, разнеслась по аудитории быстрее, чем любое заклинание телепортации, вызывая у одних шок, у других – смутное веселье, а у Себастьяна – тихое удовлетворение от успешно развивающегося "эксперимента".

​Эллара, чувствуя, как от её негодования вот-вот расплавится пол, была в ярости. "С меня хватит!" — прорычала она себе под нос, не обращая внимания на перешёптывания вокруг. Она решила, что этот "королевский эксперимент" ей совершенно не по вкусу. С этого дня Эллара приняла твёрдое решение активно избегать принца. Она стала менять маршруты, ходить самыми длинными и запутанными коридорами, прятаться за колоннами и маскироваться под кусты, лишь бы не столкнуться с Его Высочеством и его "логически обоснованными касаниями". А Себастьян, наблюдавший за её героическими попытками сбежать от принца, незаметно усмехался. Он знал: чем сильнее Эллара будет убегать, тем больше "логически обоснованных" причин у Принца появится для её "случайного" преследования. И это, несомненно, обещало быть интересным.