Принц драконов и я, попаданка

Глава 3

Все вокруг завертелось так стремительно, что я только успевала ловить обрывки звуков, лиц и мелькающие потолки с люстрами. Меня, кажется, почти пронесли на руках — в новом-то теле это было несложно. Следующее, что я осознала: я уже сидела, провалившись в нечто невероятно мягкое и благоухающее кожей и лавандой. Небольшой диванчик, обитый узорчатым штофом цвета спелой сливы.

Рядом, в кресле с высокой резной спинкой, восседала женщина. Пожилая, но не старуха — возраст, в котором седина в темных волосах выглядит не увяданием, а благородным серебром. Черты лица… Да, точно. Те же высокие скулы, тот же упрямый изгиб бровей, что и у моего «электрического» красавчика. Только глаза у нее были другие — не золотые, а серые, как зимнее небо, и смотрели они на меня с такой желанной вежливостью, под которой сквозила настоящая, живая растерянность. Свекровь. Будущая. О боже.

Она нервно перебирала жемчужные четки на запястье, а ее улыбка была хрупкой, будто фарфоровая.

— Ах, детка… — она вздохнула, и вздох этот был не радостным, а скорее ошарашенным. — Это… такое счастье для нашего дома. Для всей империи. Истинность… — Она произнесла это слово почти с благоговейным ужасом. — Ее не было в мире больше ста лет. Мы уже и не надеялись… И вдруг… Вы с Дереком… такая чудесная пара.

Дерек. Так его зовут.

Моя собеседница сделала паузу, ее взгляд скользнул по моему лицу, платью, будто пытаясь найти разгадку.

— Ты… ты отлично будешь смотреться на троне, когда он сменит своего отца.

Внутри у меня все рухнуло, а потом взлетело к небесам. Трон. Император. Мои вчерашние мечты в пижаме наскоро догоняли реальность, отчаянно пытаясь перестроиться. Я не просто «попала к аристократам». Я вляпалась в самую гущу династических дел. И стала ключевой фигурой.

Я улыбалась в ответ. Широко, по-дурному, как учат в книгах по этикету для идиотов. Но губы не слушались и дрожали. Я молчала, закусив язык — буквально. Ляпну что-нибудь вроде «Ну, вы там не обольщайтесь, я вообще из офиса «Вектор-Строй», и моя главная сверхспособность — составлять сметы». И прощай, свадьба с принцем. Здравствуй, костер для еретичек или, в лучшем случае, психушка для благородных девиц с расстроенным рассудком.

Вокруг бегали служанки. Не суетясь, но с той лихорадочной эффективностью, которая бывает только в домах, где случилось нечто между государственным переворотом и божественным чудом. Одна поправляла складки моего платья, другая ставила на столик поднос с таким тонким фарфором, что, казалось, он звенит от тишины, третья незаметно поправляла огонь в камине.

А самого Дерека, моего «истинного», не было. Исчез, как сквозь землю провалился. Словно того разряда хватило, чтобы выбить его из реальности.

«Как бы не помер от восторга, — ехидно подумала я, глядя на дверь, в которую он так и не вошел. — Или не сбежал, пока не пристегнули намертво».

Свекровь снова вздохнула, поймав мой взгляд.

— Он… Дерек… ему нужно было прийти в себя. Уведомить отца-императора. Все произошло так внезапно.

Ее тон говорил:

«Мне тоже нужно прийти в себя, детка, но кто-то же должен держать марку».

Я кивнула, все так же беззвучно улыбаясь. Моя новая жизнь началась не с бала, а с гробовой тишины в шикарной гостиной, под испытующим взглядом испуганной свекрови и в полном отсутствии жениха. Идеальный старт для будущей императрицы. Просто сказка.

Дверь в гостиную, и так приоткрытая на щелочку, будто кто-то подслушивал, внезапно распахнулась без стука. На пороге замерли две фигуры, заслонив собой свет из коридора.

Первый был мой «истинный», Дерек. Выглядел он так, будто его не электрическим разрядом шарахнуло, а хорошенько встряхнули за шиворот. Волосы были уже не просто растрепаны, а взъерошены, будто он бежал сюда против ветра, а в золотых глазах читалась полная каша из эмоций. Он избегал моего взгляда, сосредоточенно изучая узор на ковре.

Но весь мой внимание перехватил второй мужчина. Если Дерек был похож на породистого, горячего жеребца, то этот — на утес, обточенный ветрами и временем. Та же благородная кость, те же резкие черты, но все было крупнее, тверже. Седина в темных волосах была не украшением, как у его супруги, а свидетельством власти и груза решений. Одежда его — темно-синий, почти черный камзол без лишних вышивок — кричала не о богатстве, а о безраздельной власти, которой уже не нужно рядиться в золото. Император. Свекор. Офигеть.

Мои земные, офисные рефлексы сработали быстрее мысли. Я подскочила с дивана, как пружинка, приняв максимально почтительную позу, какую только могло выдать это худое, незнакомое тело.

Но император лишь едва заметно махнул рукой. Жест был небрежным, но окончательным, как удар печати.

— Не надо церемоний, — голос у него был низкий, бархатный, и в нем абсолютно не дрогнула ни одна нотка. — Здесь, пока что, все свои.

«Пока что» — это слово повисло в воздухе, обещая целый мир будущих церемоний, поклонов и протоколов. Ладно. Я, стараясь не шуршать юбками, вернулась в свое гнездышко.

Дерек, после почти невидимого кивка отца, тяжело опустился рядом со мной на диван. Он сидел так, будто между нами лежала не бархатная обивка, а живая изгородь из колючей проволоки. Император же расположился напротив, в кресле, которое мгновенно превратилось в подобие трона. Седая голова была слегка наклонена, а проницательный, холодноватый взгляд изучал меня, будто редкий, неожиданный экспонат.