Принц Иво Воронья Лапка

-21-

…Лягушка уставилась на девушку, выпучив глаза, и спросила:

- Что случилось, милая?

- Ах, я бедная, бедная! - сказала девушка. - Мачеха заслала меня в этакую даль и велела набрать в решето воды из источника на краю света, а я не могу.

- Вот что, - сказала лягушка, - обещай исполнять все мои приказания целую ночь - с вечера и до утра, и я научу тебя, как набрать воды в решето.

«Источник на краю света», английская народная сказка

Ну и переполох же начался в медоварне, когда господин Ллогу вломился туда без предупреждения и даже без стука!.. По подземным коридорам он передвигался несравненно быстрее гоблинов или бесов; пол, стены или потолок – его цепким лапам все было едино, и Эмме стоило немалых трудов удержаться на спине дракона, который, казалось, ввинчивался во тьму, все ускоряясь и ускоряясь. Но не успела она толком испугаться, что вот-вот упадет и переломает себе все кости – или выронит Книгу Рецептов, что еще хуже! - как в лицо ей пахнуло жаром и запахом горелой патоки, а затем раздался треск дерева и скрежет сминающихся засовов и петель: Ллогу вышиб двухстворчатые двери, даже не подумав замедлить свой безумный бег.

Яркий свет, исходящий от пылающих очагов, больно ударил по глазам, уже свыкшимся с вечным мраком подземелий, и Эмме невольно зажмурилась, растирая по грязным щекам слезы – но тут же оказалась сброшена куда-то вниз, к беспокойно переступающим лапам дракона. Книга рецептов шлепнулась рядом с ней – и Эмме быстро схватила ее, опасаясь, как бы не потерять доверенное ей сокровище в суматохе.

-Ллогу! Ллогу! – заверещали медовары, разбегаясь кто куда.

-Дракон! Дракон! – вторили им слуги людского племени, в кои-то веки сбросив с себя сонное оцепенение. – Спасайтесь, кто может! Здесь дракон!..

Позабыв о своих обязанностях, о страхе перед наказанием, работники оставляли без присмотра бурлящие котлы, роняли поварешки, охапки дров, пустые бочки – словом, все то, чем были до сих пор надежно заняты их усталые руки, - и бежали, не разбирая дороги, торопясь скрыться в самых темных углах подземелья.

Один только господин Вальтазар в какой-то степени сохранил присутствие духа. Переполох, учиненный неожиданным визитом дракона, в глазах старшего медовара был явлением гораздо более страшным, чем, собственно, сам дракон. Десятки брошенных выкипающих котлов, раскатившиеся подтекающие бочки, запах пригорающей патоки, прочие ужасающие разрушения и убыток в вверенном ему медовом наделе – вот что видел и осязал господин распорядитель, которого в тот миг не испугали бы и три сотни драконов. От ярости он почернел и раздулся, как огромная земляная жаба, а затем в три прыжка перемахнул зал и очутился нос к носу с Эммелин, которую не без оснований посчитал главной виновницей происходящего.

-Негодяйка! – завопил гоблин. – Подлая людская душонка! Зачем ты притащила его в медоварню?!

-Его? – удивился господин Ллогу и принялся озираться вокруг с озадаченным видом. – Кого? Кто здесь?

-Ох, сударь Ллогу! – спохватился Вальтазар, с трудом придав своей перекошенной морде любезное выражение. – Какая честь для нас! Сам Держатель Книги Рецептов посетил медоварню!..

-Здесь приятно пахнет, - заметил мимоходом дракон, осматривая медоварню с неподдельным любопытством. – Куда приятнее, чем у медовых канав около моих пещер!..

-Позор на мои седины! Где же мои манеры?! – вскричал торопливо Вальтазар, в глазах которого блеснуло что-то вроде трусливой надежды – надежды, на то, что дракона удастся быстро спровадить.

–…Негодные слуги! Немедленно подайте господину Ллогу бочку с лучшим медом из наших погребов!..

Повизгивающие от страха гоблины-медовары с поразительной скоростью прикатили бочку, и тут же бросились врассыпную, запинаясь и падая на каждом шагу – так сильно тряслись и путались их кривые ноги. Хоть Эммелин и считала старого Ллогу если не своим другом, то, по меньшей мере, временным союзником, дурное подозрение посетило ее душу: столь сильный ужас при виде дракона обитатели подземелий определенно испытывали не просто так. Походило на то, что в памяти гоблинов и бесов хранилось немало мрачных историй о былых временах, когда проголодавшийся господин Ллогу забывал обо всех своих придворных званиях, выбирался из пещеры и отправлялся на охоту, считая подземные лабиринты своими законными угодьями.

Ну а что до людей-рабов – их век в Холме был слишком короток, чтобы знать о бедах далекого прошлого; им с лихвой хватало нынешних своих злоключений. Оттого людской страх перед драконом отступил куда быстрее, и вскоре слуги человеческого племени с привычным унынием потянулись к своим котлам, лишь изредка опасливо косясь на господина Ллогу. Дракон провожал их куда более пристальными взглядами и пару раз весьма плотоядно облизнулся, заставив Эммелин похолодеть от запоздалого страха. Кто знает, заговорил бы Ллогу с ней, покажись она ему чуть менее похожей на крысу? Вид людей, определенно, вызывал у старого дракона живой интерес – но исключительно чревоугодный, - а кто же станет всерьез разговаривать с едой, да еще и согласится с ее доводами?..

-Самый сладкий, самый душистый мед к вашему столу, - приговаривал господин Вальтазар, суетясь около бочки. – До чего же славно будет его откупорить, вернувшись к себе в логово…

Но дракон не поддался на эту безыскусную уловку. Без лишних разговоров он лихо щелкнул хвостом, и бочка, подпрыгнув, оказалась раскупоренной - да так ловко, что на каменный пол пролилось не больше пары кружек. Господин Ллогу, впрочем, бережливо слизнул пролитое, сладко жмурясь, а затем сунул морду в бочку, жадно пуская пузыри и пачкаясь в липкой пене.