Принц Иво Воронья Лапка

-43-

«Дитя, я пленился твоей красотой

Неволей иль волей, а будешь ты мой».

— Родимый, лесной царь нас хочет догнать;

Уж вот он: мне душно, мне тяжко дышать.

И. В. Гёте, «Лесной царь» (пер. В. А. Жуковского)

«Сон, это всего лишь сон, - напоминала себе Эммелин, чувствуя, как жжет босые ноги снег. – И холод, и ветер – все это мне снится, на самом деле нет никакой боли! Я хотела увидеть Иво – и вот он, совсем рядом. Так неужели я отступлюсь?!». Не видя ничего в ночной темноте, кроме бледного зеленого свечения впереди, она бежала изо всех сил, задыхаясь и хватая ртом ледяной воздух.

-Эмме! – услышала она голос хромого принца – он звучал растерянно, взволнованно, словно Иво до последнего не верил, будто она на самом деле выйдет к нему.

-Я здесь! Я… - закричала девушка, чувствуя, как голос ее слабеет, и тут же очутилась в его ледяных объятиях.

-Зачем же ты вышла из дому? - шептал Иво, торопливо кутая ее в свой плащ. – Зачем не оделась потеплее? Да ты же босая!..

Но Эмме видя перед собой только его лицо, подернутое зеленоватым свечением, не давала ему сказать ни слова, смеясь и беспорядочно целуя бледные губы.

-Не страшно, - бормотала она. – Зато я увидела тебя!

Вокруг них, целующихся исступленно и неловко, жадно прижимающихся друг к другу, закружился снежный вихрь, отгораживая от остального мира.

-Зачем? - прерывисто говорил Иво, на миг отрываясь от Эмме, чтобы снова тут же припасть к ее губам. - Ах, зачем?.. Ты же поклялась не звать меня… Ты дала мне клятву…

-Но ведь это сон… Всего лишь сон… Разве мне не позволено хотя бы во сне увидеть тебя?

-Сон… Явь… Разве само королевство Холма – не чудесное видение для людского мира? Разве волшебство – не наваждение?.. Ты воспользовалась законами этой ночи, чтобы позвать меня – и я не мог отказать, даже если бы захотел, - Иво, резко отстранившись, печально качнул головой. – Я ведь умолял тебя, я принудил тебя дать клятву ради твоего же блага… Быть большой беде…

-Ох, нет! Так это все взаправду? – Эмме в ужасе смотрела на него. – Я… я не хотела! Я не думала, что это считается!.. Прости, прости меня, Иво! О, как же я виновата… Прости, прости!..

Но вороний принц, в одно мгновение переменившись, уже вновь целовал ее, смеясь и кружа ее среди снега.

-Нет, нет! – в голосе его смешались восторг и мольба, вина и вызов. – Не проси прощения, Эмме! Не кори себя! Я… я так рад, что вновь вижу тебя! Пусть беда… пусть! Нам все равно не избежать горя и слез… Я готов сполна расплатиться за каждый миг этой ночи. Никогда не сожалей… Видишь, все повторяется? Раз за разом я прошу тебя оставить меня и не искать встреч, но ты не слушаешь меня – и ничто не приносит мне больше счастья, чем твое своеволие, хоть я и ненавижу себя за это – ведь ты губишь и себя… Знаешь, ты стала еще красивее… О, на тебя почти что больно смотреть – во всем Холме не найдется никого прекраснее моей невесты! И это принесет нам погибель… Йоссе не солгал…

-Йоссе?! – гневно вскричала Эмме, на миг позабыв о поцелуях. – Да знаешь ли ты, как он обошелся со мной?!

-Нет в Холме никого, кто не знал бы, - невесело, через силу усмехнулся хромой принц. – Все теперь насмехаются над Йоссе и говорят, что от верной и заслуженной смерти его спасла девчонка, у которой больше силы, чем у какого-то лесного колдуна. Но послушай!.. Не улыбайся так радостно – ох, до чего же твои черные глаза стали жгучими! Йоссе нет дела до насмешек – он боится совсем иного… Я гнал от себя эти догадки, но чародей подтвердил худшие из них. «Если она еще раз придет в Холм, - сказал он мне, - то все кончено!». И ты должна знать правду, чтобы избежать хотя бы части ловушек.

-Но сам король разрешил мне приходить и уходить, когда вздумается! – мотнула головой Эммелин, сердясь и тревожась от подступающего дурного предчувствия.

-Все изменилось после того, как ты прошла испытание, - голос Иво надломился и стал тихим, бесцветным; плечи его поникли. – Йоссе сказал, что зря понадеялся, будто тебе это не по силам – и поторопил события. Теперь король уверен, что в тебе есть тот дар, который поможет вернуть прежнюю магию в Холм…

-Но разве это повод разлучать нас? – воскликнула Эмме. – Пусть даже он не выпустит меня обратно – мы будем с тобой вместе. Если мне все равно суждено покинуть людской мир, если мы…

-Нет! – вскрикнул Иво, вздрогнув всем телом. – Ты не понимаешь!.. Если ты останешься в Холме, то уже не будешь моей… Никогда! Отец… Король желает взять тебя в жены, ведь Алисейна так и не родила ему сына вопреки всем обещаниям Йоссе!

-Но я обещана тебе!.. Тебе! – Эммелин все быстрее качала головой из стороны в сторону, словно желая стряхнуть с себя нечто злое, темное.

-Это уже неважно, - Иво обхватил ее лицо ледяными ладонями, заставляя остановиться. – Воля короля – превыше всего, и если он произнесет во всеуслышание, что берет тебя в жены – никто не посмеет оспорить это решение: ни Алисейна, ни Йоссе, ни... я. Мы все в его власти. Но ты все еще наполовину принадлежишь людскому миру, и если сама не придешь в Холм – забрать силой он тебя не сможет, пока не истечет назначенный нам до свадьбы срок…

-Я ведь обещала принимать его приглашения на праздники, - прошептала Эмме, теперь уж не зная, что леденит ее сильнее: зимняя стужа или безысходная тоска: стоило Иво сказать вслух страшные слова, как она поняла, что и сама это знала, чувствовала, предугадывала!.. Но все равно безрассудно бросалась вперед, желая узнать о себе правду, и упорно гоня мысли о том, куда же заводит ее этот поиск!..

-И тебе придется постараться, чтобы не получить их, - теперь Иво говорил торопливо, как будто чувствуя, что время встречи истекает. – Йоссе сыграет на нашей стороне – ему конец, если отец отвергнет Алисейну и женится на тебе. Он пообещал мне, что сделает все, чтобы король не отправил тебе письмо до весны, но и ты должна помнить, что стоит сломать печать и прочесть приглашение – волшебство принудит тебя исполнить обещанное. Берегись посланников, не выходи на зов по вечерам из дому, делай вид, что не слышишь, как стучат в двери или скребутся в окно… Не верь глазам своим, если увидишь знаки, указывающие будто я приглашаю тебя на тайную встречу – я лучше дам изрезать себя на части, чем позову к себе!.. Носи при себе то, что отвратительно нашему народу – железо, соль, ягоды рябины…