Принц против попаданки

Глава 22. Путь Бертеи.

Однако пока Дангобер оставался только наследным принцем, вся эта суета оставалась всё ещё раздражающими сплетнями, досужими разговорами. И вообще казалась весьма безобидной. Ну, подумаешь, какой-то бастард наследника престола. Мало ли их вокруг! 

Однако князь Ретор неожиданно приказал долго жить, а сыновьям долго править. Дангобер стал князем, младший брат при нём советником, а сыновья Бертеи - наследниками престола. Кого-то этот очевидный и простой расклад явно не устраивал. И вот снова всплыли “дети Священного Полотенца”. Ибо - Дангобер глупцом не был, и просто так бастардов не плодил направо и налево. Да и маг он был сильный, подобрать ему достойную пару, которая бы могла родить ему наследника получалось сложной задачей. 

Однако Бертея выросла на островах, где традиции оставались более целомудренными. Даже в страшном сне не могла она себе представить оргию “Священного Полотенца”. И это заставляло её кипеть от возмущения всякий раз, как всплывала история “бастарда”. Немир и раздор поселился в их семье. Всё чаще супруги спали в разных комнатах, ругались, не разговаривали.
Зато Сирим втёрся к ней в доверие, миря их с Дангобером. 

Однажды Бертея после очередной размолвки с мужем вдруг сама решила помириться. Повод ссоры через короткое время показался ей пустяковым. Ну да, оба уже встретились за обедом нервозные. В конце концов, муж он ей или кто? Обязанность хорошей жены сглаживать острые углы. Так уговаривая себя, княгиня шла в покои мужа. Необычная возня привлекла её внимание. Она открыла дверь одной из обычно пустующих комнат - и обнаружила, о ужас! - Дангобера со своей лучшей подругой во фривольных позах на кушетке.

Ничего не сказала княгиня. Только вещи свои спаковала, да к карете с детьми спустилась. Однако, князь догнал её возле экипажа. Встал в пыль на колени и умолял не уезжать, расстаться с любовницей и подробно расследовать, чем конкретным занимается “Орден Священного Полотенца”. 

Бертея оставалась непреклонной. 

- Много раз ты уверял меня, что только я в твоём сердце, что после свадьбы я стала для тебя единственной. Увы, это оказалось ложью. Слишком много лжи! - заявила молодая княгиня.

- Хорошо. Раз ты так непреклонна - поезжай. Но дети - наследники престола, и не могут уехать в другую страну. Если едешь - то едешь без детей! - Дангобер поднялся с колен и отряхнул пыль. Глаза его сверкнули гневом. - Знай, что и дальше ты моя жена. И можешь вернуться. Но если уедешь - то только на моих условиях. Выбирай.

Бертея чувствовала, что сердце её рвётся на части. Как уехать без детей? Как остаться с неверным? 

Боль душевная терзала её, и она в порыве гнева подняла руку и воскликнула:

- Пусть будет так! Но отныне в твоём роду будут только сыновья!  - и знак, который она начертила в воздухе, старинная вязь проклятия, скользнул к Дангоберу и накрыл его на мгновение, а потом растаял в воздухе. 

Все в ужасе замерли. А Бертея села в экипаж. Оставила детей и неверного мужа стоять посреди двора. Слёзы душили её. Всю дорогу до моря она плакала навзрыд.

На корабль она села уже словно в дурном сне. Не радовали её ни цветущие сады Тиссолинии, ни  пение птиц, ни резкие крики чаек. Ни тёплый ветер, ласкающий косу, не будил в ней воспоминаний детства. Синее небо резало светом слезящиеся глаза. Аромат водорослей и свежей воды рвал сердце. Не так, совсем не так представляла она себе возвращение на родину. 

Когда бриг отвалил от берега, к ней подошёл капитан, подал ей плащ, чтобы она укрылась от ветра.

- Моя госпожа. Мне только сейчас сообщили. Венмор в огне. Междоусобица поразила острова, там война. Я ещё могу Вас вернуть в Тиссолинию, или высадить где-нибудь по дороге. 

- Я вернусь домой. Значит так предначертала судьба. - Бертея смотрела прямо ему в глаза. - Я дома сейчас нужнее.

Ветер всё крепчал. Тучи сгустились. Казалось, сама тьма надвигается на маленькую скорлупку брига. Но Бертея оставалась на палубе. И даже пыталась по мере сил помагать команде. Волны вырастали одна за другой, мотая небольшое судно туда-сюда. Наконец первая молния прорезала небосвод. Страшный грохот обрушился на путников, и точно придавил их к палубе. Молнии стали бить чаще, и скоро уже было светло как днём от блеска разрядов. И в этот момент глубина извергла из себя чудовище - огромного чёрного кракена со светящимся глазом. 

Страшные щупальца протянулись к кораблю. Матросы в ужасе повалились на колени и стали молить Великих спасти их. Одна Бертея оставалась словно безучастна. Губы её беззвучно шевелились, а руки чертили какие-то знаки в воздухе. Когда она закончила, плетение засветилось, потянулось к чудовищу - и оно отступило, нырнуло и скрылось в глубине.

Когда всё кончилось, Бертея упала на палубу без памяти. Капитан первый словно очнулся, подбежал к ней, поднял на руки и понёс в каюту. 

До самой гавани Большого Венмора больше приключений не происходило. Команда боготворила княгиню. А корабль точно окружил кокон защиты - любая непогода отступала от него. В гавани капитан велел княгине оставаться на корабле, пока он не узнает что к чему. И Бертея затаилась на судне. К вечеру моряки вернулись.

- Я принёс дурные вести, моя госпожа. - сообщил капитан. - Ваши родители погибли, одну сестру неприятели захватили и силой выдали замуж, а другая спряталсь в монастыре на Малом Венморе. Я, пожалуй, могу отвезти Вас туда.

- А кто те неприятели, которые оказались столь беспощадны? - голос Бертеи срывался, и у неё перед глазами начали плясать цветные круги и мушки.

- Ваш двоюродный дядя дан Фертаун и его сын дан Мальвион.

Нецензурное слово, часто употреблявшееся мужем, невольно сорвалось с губ прекрасной княгини. 

- Да, я прошу Вас отвезти меня к сестре в монастырь. - лицо Бертеи точно окаменело.