Принц с сайта знакомств

Глава 4.5

Розы мне, конечно, знакомы. Но кроме острых пик цветов вероники, красующихся на нашем фамильном гербе, я больше ничего не знаю. Не к лицу воину изучать тайные послания букетов.

Вероника. Вспомнив ее изображение, я почувствовал острый приступ тоски по дому. Наш прапрапрадед Анхен, ставший первым королем Лагардии, был идеалистом. Как и все, кто сплотился вокруг него. Именно он решил, что на гербе должны отражаться их идеалы – служение народу, доверившему им власть. Верность, преданность, доброта, мудрость и прощение. Именно эти добродетели он считал главными для правителя. Но после его смерти все изменилось. И даже второе имя его - Мудрый, ушлые советники заменили на Блаженный. Соратников, верных нашему предку, разогнали. На трон взошел его отпрыск, далекий от чистых идеалов отца. И все стало так, как стало. Но герб изменить уже было нельзя.

Странно. Только оказавшись в другом мире, я начал задумываться о том,

сколько несправедливости в моем. С головой окунувшийся в постижение воинской науки, я не обращал внимания на придворные игры. Я наследник короны, и мне не было надобности разбираться, кто какой властью, тайной или явной, обладает. И похоже, зря.
Может, не стоит отказываться от престола? Я защищал народ от врагов внешних, а тем временем внутренние приносили гораздо больше вреда. И я что-то должен сделать. А значит, быстрей успокоить Эльфреду и полученный колоссальный опыт применить у себя.

Тут до меня дошло, что как Эльфреду Грэгори назывет Элечкой, так и Никой могут называть Веронику. И я решил подарить букет из своих «гербовых» цветов, загоняя глубоко внутрь робкий проблеск предвкушения чуда. Картинки из интернета подсказали мне, как выглядят ирисы. Выбрал голубые, и они очень даже хорошо смотрелись с вероникой. Полюбившийся мне интернет и тут помог. Я описал то, что мне нужно и через пару часов получил заказ.

Эльфреда ничего не сказала, отреагировав только хитро поджатым уголком губ.

Теперь я чувствовал себя почти готовым к свиданию. И, когда получил сообщение о месте и времени встречи, почувствовал себя молодым самцом лося, готового рыть копытом землю, чтоб завоевать расположение самки. И это несмотря на то, что самка мне нужна чисто номинально. Сказывалась привычка всегда одерживать победу.

Чтобы не подвергать риску любимого внука, Эльфреда настояла, чтоб я ехал с водителем. Хотя мне не хотелось светить благосостоянием бабушки. Но она уверила, что хорошую девушку деньгами не испортишь. А испорченная сразу же выдаст себя.

Поверил ее жизненному опыту. Однако все пошло не так.

Нику я заметил сразу. Вернее, сразу обратил внимание на девушку, выделявшуюся на фоне других. На голове у нее было сочетание прически и отсутствия таковой. Ярко-рыжие кудряшки облаком пушились вокруг головы, а на макушке красовалась луковка, сделанная из части волос. То есть не сказать, что волосы распущенные, но и не собранные. Пятьдесят на пятьдесят. Но самое странное – это ее одежда – точно, как у садовника Эльфреды, только другого цвета. Облезлого голубого. Снизу свободные, чуть ли не пузырем, штаны, а сверху – часть передника. И все это в одной конструкции.

В довершение недоразумения – за спиной у нее висела какая-то котомка, как у солдат в походе. Правда, небольшого размера и с игрушечным зайцем, болтающимся на веревочке. Кроме волос, ничего в ней не говорило о том, что она девушка.
Почему-то я, хоть и не планировал романтических отношений, почувствовал тонкий укол разочарования. Такое чудо нельзя представить Эльфреде. Захотелось даже сбежать. Но я подавил это трусливое желание.

- Здравствуй, Ника! – нацепив вежливую улыбку, поприветствовал я и протянул букет. – Это тебе!

- Ого! – она так искренне удивилась, что моя неприязнь, как сытая змея, уползла куда-то. – Это же вероника?!

- Да, - довольно ответил я и чуть не ляпнул: «На нашем фамильном гербе есть этот цветок!»
Девушка, кажется, смутилась. Не ожидала цветов? Но я понял, что именно адресность букета ее озадачила.

- Это же мой цветок, - еле слышно пробормотала она. Потом опомнилась и сдержанно поблагодарила. – Спасибо. Идем?

- Идем, - согласился я, искоса рассматривая свою «подругу». Я не великий мастер читать по лицам, но Ника явно переживала, хотя и пыталась держаться уверенно. Она нервно завела прядь волос за правое ухо, хотя левое закрывали волосы и ей это не мешало.

Фильм нам предстояло смотреть про каких-то местных богатырей. И это то еще испытание! Когда погас свет, я едва удержался, чтоб не выпустить магический шар, чтоб осветить наступившую темноту. Но раз испуганные крики отсутствовали, значит, спасать никого не нужно. Я успокоился. Дальше требовалось понять, в чем суть представления. И, судя по реакции других посетителей этого места, там было смешно. Но я не смеялся. Во-первых, размышлял, как вести себя дальше с Никой. В моем мире с приличной девицей свидание подразумевало прогулки по королевскому саду и куцые беседы о предстоящем празднестве. Или о прошедшем. Жеманные улыбки спутницы и мои фальшивые. А понять, приличная ли девица Ника или нет, не представлялось возможным. Ноги спрятаны, краски на лице тоже нет. Вроде приличная. Но костюм садовника, заяц на веревочке и настороженный взгляд заставлял думать, что она не без «чудинки». К тому же огненные волосы у нас считаются признаком человека, имеющего незаконную магию. Так, это я уже точно нагнетаю…

Во-вторых, Ника тоже не смеялась. И в-третьих, меня раздражал князь, выставленный недоумком. А в-четвертых, откровенно напрягала обстановка.
Но конец фильма я встретил не с облегчением. Сейчас нужно будет говорить.
Спасибо, в этом мире есть кафе и рестораны. И там необходимость говорить отчасти заменяется необходимостью держать рот закрытым, чтоб еда не вывалилась.

- Ника, разреши тебя пригласить отужинать со мной в приличном ресторане!? – сразу же, как только мы вышли из зала, озвучил я свое намерение. И по удивленному взгляду девушки понял, что предложение прозвучало несколько витиевато. Но, как выпущенную стрелу назад к тетиве не вернешь, так и со словом. Остается только быстренько отвлечь собеседника. Но вместо того, чтоб сгладить свой словесный заворот, мои слова снова настораживают Нику.