Принцесса без короны

Глава 11: Ночной полёт и грани доверия

Ночь опустилась на замок, густая и беспросветная. Тревога после дневных событий висела в воздухе, как запах грозы. Стража у покоев Лии была удвоена, но это были люди Калеба – молчаливые, с каменными лицами, в простых темных одеждах, без гербов. Они смотрели сквозь неё, как через стекло, и их присутствие было скорее утешительным, чем пугающим.

Лия не спала. Она сидела у окна, завернувшись в плащ поверх ночной рубашки, и точила нож. Скрип стали о камень был единственным звуком, нарушающим тишину. Внутри бушевали эмоции: отзвуки ужаса от почти состоявшегося отравления, ледяная злость на Конрада и… трепетное, полное страха ожидание.

Он сказал: «Я приду за тобой». Куда? Зачем? Что за «настоящий урок» может быть в такую ночь?

Когда часы где-то в башне пробили два, дверь тихо отворилась. Вошёл не Калеб, а одна из его тенистых стражниц, женщина с лицом, не оставляющим воспоминаний.
— Господин ждёт. Наденьте тёплое. Тёмное. И следуйте за мной.

Лия быстро надела простые штаны из грубой шерсти (утаённые от фрейлин), тёмную мужскую рубаху, поверх – плащ с капюшоном. Спрятала нож за пояс. Стражица, оценив её взглядом, кивнула и жестом велела идти.

Они шли не по главным коридорам, а по служебным лестницам и переходам, известным, видимо, лишь горничным и охране. Воздух становился холоднее, пахло сыростью и плесенью. Наконец, стражица остановилась перед неприметной, обитой железом дверью в самом основании башни. Она отодвинула засов, и на Лию пахнул резкий, свежий ветер. Ночь. И звёзды.

За дверью была узкая площадка на внешней стене, огибающая башню. И там, прислонившись к зубцам, словно высеченный из самого мрака, ждал Калеб. Он был без доспехов, в чёрном, облегающем тело, практичном одеянии из мягкой кожи и тёплой ткани. На поясе – шпага, за спиной – небольшой свёрток. Увидев её, он выпрямился.

— Оставь нас, — сказал он стражице, и та растворилась в дверном проёме.

Они остались одни на узкой полоске камня под бесчисленными холодными звёздами. Ветер трепал их волосы и одежды.

— Куда мы идём? — спросила Лия, стараясь, чтобы голос не дрожал от холода и волнения.

— Туда, где тебя не достанет ни яд принца, ни подозрения твоего отца, — ответил он коротко. — Туда, где магия – не грех, а просто часть мира. Доверишься мне?

Вопрос был не риторическим. Он спрашивал о самом главном. Она посмотрела в его лицо, едва освещённое звёздным светом. Ни тени насмешки, ни холодного расчёта. Была только серьёзная, тяжёлая решимость.

— Да, — сказала она просто.

Он кивнул, и в его глазах что-то дрогнуло – может, облегчение. Потом он развернул свёрток за спиной. Оттуда он вынул нечто, от чего у Лии перехватило дыхание. Это была пара простых, но крепких кожаных… крыльев? Нет, не крыльев. Своего рода каркас из гибких прутьев, обтянутых прочной, похожей на парусину тканью. Планер? Дельтаплан?

— Это… что это? — прошептала она.

— Древнее изобретение, — сказал он, начиная пристёгивать конструкцию к своим плечам и спине с помощью ремней. — Мастера моего Ордена создавали такие для быстрого и незаметного передвижения. Работают на простой левитации, зачарованной в ткань. Не требует большой силы, только… равновесие и отсутствие паники. — Он закончил с собой и взял вторую, меньшую конструкцию. — Твоя очередь.

Лия замерла. Летать? На этом? Без моторов, без парашюта? В темноте?
— Я… я не умею.
— Я буду с тобой. Мы будем связаны. — Он показал на длинный, прочный кожаный ремень, который шёл от его пояса. — Это страховка. И проводник. Ты почувствуешь каждое моё движение. Повторяй. Доверься инстинкту. И… той силе внутри. Сегодня она тебе понадобится не для того, чтобы жечь, а чтобы чувствовать ветер.

Это было безумием. Но безумием, которое манило сильнее любого страха. Она кивнула, стиснув зубы. Он помог ей надеть конструкцию. Она оказалась удивительно лёгкой, но прочной. Ремни плотно охватывали плечи, грудь, бёдра. Когда он пристёгнул связующий ремень от своего пояса к её, они оказались в метре друг от друга, связанные не только верёвкой, но и этой безумной авантюрой.

— Запомни, — его лицо было совсем близко, дыхание образовывало лёгкий пар в холодном воздухе. — Не борись с ветром. Чувствуй его. Стань его частью. Внутренняя сила… представь, что она растекается по этим прутьям, по этой ткани. Она – продолжение тебя. Как рука. Как нога.

Он сделал шаг к самому краю стены. Лия, связанная с ним, вынуждена была шагнуть следом. Внизу, в кромешной тьме, угадывалась бездна – внутренний двор, крыши, земля где-то далеко внизу. Сердце заколотилось, затрепыхавшись, как птица в клетке.
— Калеб…
— Я здесь, — сказал он твёрдо. — Всегда. Готовься. Три. Два…

Он не сказал «один». Он просто шагнул вперёд – в пустоту.

Инстинктивный крик застрял у Лии в горле, когда её дёрнуло вперёд вслед за ним. Несколько секунд падения в кромешную, слепящую ужасом пустоту. Ветром захлестнуло лицо, сбило дыхание. А потом… потом ткань на прутьях натянулась, дрогнула, и падение сменилось стремительным, плавным скольжением. Они летели!

Не так, как на самолёте. Это было похоже на парение огромной птицы. Ветер свистел в ушах, звёзды плыли над головой, а внизу проплывали смутные очертания спящего замка, затем стен, затем тёмного леса. Калеб был перед ней, его силуэт чётко вырисовывался на фоне ночного неба. Он слегка изгибался, меняя угол крыльев, и она, чувствуя через ремень каждое его движение, инстинктивно повторяла. Не думала. Чувствовала.

И тогда она поняла, что он имел в виду. Она закрыла глаза (открыть их было слишком страшно) и обратилась внутрь. К той силе. Она не бушевала, не рвалась наружу. Она была… спокойным, тёплым озером. И она мысленно направила его воды по рукам, в прутья на её спине, в ткань крыльев. И случилось чудо – она почувствовала крылья. Как будто они стали частью её тела. Она почувствовала, как ветер обтекает ткань, как давление меняется. Она инстинктивно наклонилась, следуя за Калебом в повороте.