Принцесса для монстров: Этикету здесь не место

Глава 1.

Будильник на старом айфоне со сколотым углом не просто звенел, он дребезжал, как сверло стоматолога. Тейлор Уокер было девятнадцать, и утро для неё всегда пахло дешёвым стиральным порошком и сыростью старой квартиры в Квинсе. Пока её сверстницы выкладывали в соцсети завтраки с авокадо-тостами, Тейлор пыталась понять, хватит ли ей остатка молока на хлопья или придётся снова завтракать пустотой.

Она была второкурсницей престижного университета, но этот статус не давал ей ничего, кроме головной боли. Грант — вот что было её главной победой и одновременно её проклятием. Он покрывал только обучение, но он не платил за аренду, не покупал еду и не оплачивал счета за лечение тёти Мэй.

Тётя Мэй была единственным родным человеком, который остался у Тейлор. Родителей она не помнила. Они исчезли из её жизни так давно, что даже их черты на старых фото казались ей выдумкой. Мэй воспитывала её как могла, работая на двух работах, пока суставы не начали отказывать. Теперь настала очередь Тейлор тащить эту лямку.

— Тейлор, детка, ты опять не спала? — голос тёти из кухни звучал слабо, с натужным хрипом.

— Всё в порядке, Мэй. Учила макроэкономику, — соврала Тейлор, натягивая выцветшее худи.

На самом деле она полночи просидела над расчётами долгов. Тейлор знала, что в университете её считают странной. Она была той самой «тихоней» с задней парты, которая никогда не участвовала в студенческих тусовках. У неё не было друзей, за исключением Хлои. Хлоя была единственной, кто умудрялся пробиться сквозь её ледяной панцирь. Она была весёлой, шумной и постоянно пыталась вытащить Тейлор на свет, но та предпочитала тень.

В университете Тейлор не трогали после случая с Чедом. Капитан футбольной команды и главный подонок курса решил, что тихая девчонка с грантом — отличная мишень. Он прижал её к шкафчикам в пустом коридоре, рассчитывая на испуг. Но Тейлор, выросшая в Квинсе и знающая, как правильно сжимать кулак, просто впечатала его нос в его же физиономию. С тех пор вокруг неё образовалась зона отчуждения. Это не было одиночеством изгоя, это было одиночеством хищника, которого решили лишний раз не провоцировать.

После пар Тейлор не бежала на свидания. Её ждала смена на складе логистической компании. Она по пять часов кряду разгружала фуры вместе с суровыми мужиками, которые поначалу над ней смеялись, а потом начали уважать за молчаливость и стальную хватку. Это была тяжёлая работа, оставлявшая синяки на плечах, но там платили наличными в конце каждой недели.

Тот вечер был пропитан запахом надвигающегося дождя и бензина. Тейлор вышла со смены, чувствуя, как каждая мышца молит о пощаде. В кармане куртки завибрировал телефон.

— Эй, Уокер, ты жива? — голос Хлои в трубке был полон жизни. — Мы с парнями идём в бар в центре, погнали с нами? Хватит строить из себя героиню рабочего класса.

— Не сегодня, Хлоя. У меня в кармане сорок долларов, и все они пойдут на мазь для Мэй и аренду.

— Ты зануда. Но я тебя всё равно люблю. Созвонимся завтра?

— Обязательно. Береги себя, Хло.

Тейлор подошла к перекрёстку, поправляя тяжёлую сумку. Она думала о том, что завтра нужно сдать эссе, и о том, как бы не заснуть прямо на лекции. Она привыкла всё контролировать. Она была бойцом. Она знала, что жизнь — это череда ударов, и она научилась их держать.

Но этот удар она не увидела.

Визг шин разрезал ночную тишину так внезапно, что мир на мгновение замер. Ослепительный свет фар, запах горелой резины и резкий, дробящий кости толчок. Тейлор почувствовала, как её подбросило в воздух, а потом последовал глухой удар об асфальт. Телефон выпал из руки. Последнее, что она слышала, это панический, надрывный крик Хлои из динамика, лежащего в грязной луже. А потом свет просто погас.

Тейлор ждала темноты. Глухой, вечной пустоты, которая наконец принесёт ей покой от бесконечных счетов и боли в мышцах. Но вместо этого пришла странная тяжесть. Веки казались налитыми свинцом, а в нос ударил резкий, тошнотворно сладкий аромат цветов и дорогой парфюмерии.

— Леди Виктория! О боги, она открыла глаза! Скорее, позовите лекаря и Его Величество!

Тейлор резко втянула воздух. Горло обожгло холодом. Когда она наконец заставила свои глаза открыться, она увидела не серый потолок больничной палаты и не ночное небо Нью-Йорка. Над ней нависал огромный шелковый балдахин, расшитый золотыми нитями. Стены комнаты, в которой она находилась, были украшены лепниной и картинами в массивных рамах. Она попыталась шевельнуть рукой, но вместо привычной тяжести почувствовала странную, пугающую легкость. Она посмотрела на свои ладони. Это были не её руки. Длинные, тонкие пальцы, фарфоровая кожа и идеально ухоженные ногти без единой царапины. Никаких мозолей. Никаких следов от погрузки фур.

В комнату влетела женщина в странном чепце и длинном платье, которое Тейлор видела только в исторических фильмах. Она упала на колени у кровати, прижимая руки к груди.

— Ваше Высочество, вы живы! Мы думали, что после падения с лошади...

Тейлор медленно перевела взгляд на зеркало в полный рост, стоявшее напротив. Из него на неё смотрела девушка невероятной красоты — длинные ресницы, румяные щёки, огромные лазурные глаза и хрупкое телосложение, которое казалось почти прозрачным.

«Это что, какая-то чертова шутка?» — подумала Тейлор. Но когда она попыталась произнести это вслух, из её горла вырвался чужой, мелодичный и пугающе нежный голос.

Она не была в Квинсе. Она не была Тейлор Уокер. Теперь она была принцессой в мире, который пах лавандой и опасностью.