Принцесса для мстительного дракона

Глава 4. В степях

Стелла

Когда дракон нырнул в воду, первой мыслью было: «Бежать!» Но Стелла сама себя одернула. Смысл? Он догонит, только разозлится еще больше…

Девушка села на корень сосны, высоко вздыбленный из песка, и стала наблюдать за уверенными движениями мужа. Его сильные руки так и притягивали взгляд, а перед мысленным взором снова и снова представала истерзанная спина.

«Неужели он все это время был в плену у отчима», – думала девушка, на душе было муторно, она тряхнула головой, чтобы прогнать беспочвенные и бессмысленные угрызения совести.

Когда дракон потребовал ее себе в жены, Стелла решила, что он ее помнит и хочет воссоединиться с ней. Так и оказалось, но были нюансы…

– Подай плащ!

Приказ Генриха вернул ее из воспоминаний в реальность.

Принцесса торопливо скинула плащ мужа и отдала ему. Как она ни старалась отводить взгляд, но не могла не заметить, какой внушительной и мощной была его фигура.

Подобрав вещи Генриха, она поплелась за ним, а дракон неожиданно обернулся. Стелла чуть не влетела в его влажную накаченную грудь.

«Хорошо, что он меня ненавидит. Я бы не устояла перед ним… Впрочем, близость между супругами хотя бы физическая – это же нормально…» – размышляла принцесса, с опаской поглядывая на дракона, но он опустил ее с небес на землю короткой фразой:

– Чего трясешься, как затравленный заяц? Я же уже сказал, ты, как женщина, меня не интересуешь. Ты моя рабыня, коврик для вытирания ног.

Стало обидно до рези в груди, внутренности будто кто-то на кулак намотал и сжал до боли, в глазах защипало, а этот бесчувственный тиран пошел себе дальше как ни в чем не бывало. В душе Стеллы нарастало возмущение, которое вырвалось наружу жалким писком:

– Ты несправедлив…

Высказать свои претензии она не успела. В зарослях зашуршали ветки, заскрипел песок под чьими-то тяжелыми шагами. На них напали.

Стелла в ужасе увидела, как в ее сторону летит копье. Но вместо того, чтобы попытаться убежать, она лишь наблюдала приближение своей смерти. Зато отреагировал Генрих. Он бросился к ней, на ходу превращаясь в дракона. До этого принцесса думала, что ее уже ничем не напугаешь. Как же она ошибалась…

Красивое лицо Генриха посерело, челюсти выдвинулись вперед, оголяя вмиг вытянувшиеся острые как иглы зубы, черные глаза замерцали иссиня-белым потусторонним светом, а зрачки исчезли. По коже пробежала рябь, и в одно мгновение все тело мужчины покрылось чешуей, напоминающей панцирь черепахи, что однажды видела Стелла у заезжего посла нагов во время официального приема.

Тело Генриха раздулось, увеличившись в размерах раза в три. Ноги и руки превратились в короткие лапки, по бокам прилаженные к длинному, гибкому туловищу, которое переходило в длинный, как и шея, хвост. На лапах появились острые когти, а за спиной мощные перепончатые крылья. Одно из них и пострадало, когда дракон прикрыл ее своим телом. Он взревел от боли, когда копье порвало тонкую перепонку. Второе целое крыло быстро-быстро затрепетало, отрывая Генриха от земли. Стелла заметила, что их окружает отряд Люциана, а командовал им Филипп:

– Дракона брать живым, – орал он, пока воины натягивали тетиву и вкладывали в лук стрелы, к которым были надежно прилажены цепи.

Генрих грубо схватил принцессу задней черной лапой, каждый коготь на которой был размером с копье, и выпустил из своей зубастой пасти столб пламени.

Стелла завороженно наблюдала, как вспыхивают фигурки людей, пожираются огнем сосны. Послышались крики ужаса и боли, а дракон тем временем продолжил подниматься в звездное небо на одном крыле. Когда они были уже высоко, принцесса заметила, что от пожарища в сторону лагеря скачет одинокий всадник. В зареве горящих деревьев девушке прекрасно было видно на его латах королевский герб Люциана.

«Филипп спасся!» – с сожалением отметила она.

Тем временем дракон слабел на глазах. Стелла видела, что он усиленно работает единственным целым крылом, но это не помогало выровнять полет. Мощная туша зверя то и дело ухала вниз, и только благодаря диким усилиям грозному чудовищу удавалось удерживать равновесие.

«Анри, держись! У тебя получится…» – подбадривала мысленно Стелла.

Вера в дракона не помогла.

Сильный порыв ветра закрутил дракона, смял его единственное в данный момент целое крыло и, кубарем перекинув через скалистую гряду, бросил об землю. Генрих попытался выровнять полет или скорее смягчить падение, но голая зимняя степь приближалась слишком быстро. Тогда он перевернулся в воздухе, и принцесса, зажатая в его лапе, оказалась сверху. Ей уже не было видно, как бескрайнее поле гостеприимно распахнуло свои объятия, зато видела белые искры в глазах-щелках и слышала стон. На миг ей показалось, что это вздох сожаления, а потом раздался грохот, и голова дракона безвольно откинулась назад, лапа разжалась, и Стелла свалилась на мягкое брюхо гиганта.

«Жива!» – обрадовалась девушка и провалилась в глубокий обморок. Все-таки не каждый день ей доводилось выходить замуж за монстра, переживать нападение собственного отчима, а уж про полет в лапе дракона и говорить нечего… Страх и потрясение взяли свое.

***

– Эй! Вы там живы? Э-э-эй! – настойчиво дребезжал голос над ухом.

Стелла открыла глаза и снова зажмурилась. Солнце ослепило ее. Девушка еще раз попробовала осмотреться и осторожно прищурилась, пряча глаза от ослепительных полуденных лучей за пушистыми ресницами.

– Жива! – обрадовался кто-то рядом.

Стелла облокотилась на локти, приподнимаясь, и рассмотрела, наконец, говорящего. Рот сам по себе открылся от удивления, девушка была не в силах отвести зачарованного взгляда. Посреди бескрайней голой степи, которая только просыпалась после долгой зимы, стоял кентавр. Настоящий! Принцесса читала в книгах о них, но даже не думала, что когда-нибудь увидит вживую. Он был немного не такой, как рисовали в человеческих книгах. Да, лошадиные ноги с аккуратными копытцами имелись, они переходили в мускулистый пресс и мощный торс, плечи тоже отличались атлетическим сложением, а за туловищем человека топталась в нетерпении лошадиная зад… задняя часть с хвостом. Смутило Стеллу наличие набедренной повязки у кентавра, которая как будто разделяла человека и коня.