Принцесса-эльфийка против дракона

Кошельки у купцов

Раварнава, впрочем, старался не отвлекаться на их чудные прелести. Надо зайти в гардероб, и выполнить маскировку. А девчонки от него не уйдут.

Там принялся примерять на себя одежду грандов Контрабаса. Ни в одной стране этого полушария не одевались столь изысканно и на широкую ногу, как у них. Что, впрочем, учитывая богатство империи и не удивительно. И чем выше ранг, тем роскошнее костюм. Раварнава оказался слишком крупным, и ни как не мог подобрать подходящую одежду. Он уже было отчаялся, но после длительных поисков ему повезло, в золоченом сундуке он обнаружил комплект облачения, рассчитанный на графа Колочычова, тоже, весьма здоровенного субъекта. В новом костюме смуглый и бородатый корсар Раварнава выглядел весьма эффектно.

- Чем я не герцог. – Произнес он, то щурясь, то разглаживая морщины, при этом всматриваясь в достаточно хорошо отполированное зеркало. – Я самый знатный гранд!

Пират-главарь даже притопнул от восторга, только большая черная и малость неряшливая бородка, портила впечатление.

- Позовите Кровососа, пускай немного меня подравняет.

Раварнава, правда, хотел позвать сначала женщину-рабыню, но решил, что мужская рука окажется надежнее.

Несмотря на грозную кличку, Кровосос выглядел достаточно безобидно. Этот тип, прежде чем попасть на каторгу, работал парикмахером. Он льстиво улыбался, затем, достав принадлежности, аккуратно постриг и слегка подбрил грубую физиономию флибустьера. На робкое предложение сбрить бороду полностью, последовал рык.

- Я что, баба, или дите, чтобы расставаться со своим достоинством. – Раварнава, казалось, взбесился и энергично махал пудовыми кулачищами. - Вы цирюльники скоты, скарабеи и лишь уродуете лица.

Кровосос отшатнулся, кто его знает старшего капитана, не пырнет ли ножом. Навидался он таких типов на своем веку. Когда за мелочь один оправляется на тот свет, другой на каторгу.

- Ну, чего дрожишь, ты кто, пират, или сцыкун. – Раварнава попытался придать себе образ величия, что ему хорошо удавалось. - Теперь слушай, похож я на контрабаского адмирала?

Кровосос постарался польстить грозному атаману:

- Да! В каждом вашем движении видно аристократическое происхождение.

Стоящие у входа две девчонки с мускулистыми, стройными телами, едва прикрытыми на груди и бедрах, но зато с золотыми браслетами на лодыжках и запястьях, проворковали:

- Как король вы, сир, прекрасны,

Это, как светило ясно!

Раварнава надулся и согласно произнес:

- Согласен, я из породы тех, кто привык повелевать. Вот теперь и ты стал подхалимом. - И крепкий толчок широкой ладонью в плечо. - Ну ладно, иди, выполнил работу хорошо.

Варнава милостиво отпустил Кровососа, затем зевнул, до рассвета осталось уже совсем немного, надо хоть чуть-чуть поспать. Хотя он родился в мире, где ночью освещение постоянно колеблется, и бывает при четырехкратном полнолунии светло, как на Земле в ясный день, но все равно – циклы и есть циклы. Ритмы дневные и ночные.

И даже прекрасные девушки у входа, которые подмигивали своими сапфировыми и изумрудными глазками и поигрывали мускулами рук и ног, не возбуждали.

Хотя, если посмотреть на плитки пресса красавицы, на спелые дыни груди, где тонкая полоска ткани лишь алый сосок и прикрывает, то такая воительница и мертвого поднимет. А если посмотреть еще и на лица красавиц. Тоже они у них юные. Есть специальные травы, что тормозят старение девчонок, поэтому они могут и в пятьдесят-шестьдесят лет казаться юными, свежими, без морщин, или гнилых зубов. Правда, настойки не сделают и королеву бессмертной, но притормозить старение способны.

Эдуард подумал, что на земле, даже этого не умели. Разве что пластические операции женщинам и мужчинам делали, и то за больше деньги. Мальчишка подумал, что хорошая вещь – вечная юность. Однако не стоит быть инфантильным.

Величественный корабль вплывал в бухту, по ней еще плавали обломки затонувшего корабля, причем, большая часть пушек была уже на дне и водолазы, или точнее, личности различных рас, взявших на себе такую роль, безуспешно пытались достать поврежденные орудия. А с еще большим энтузиазмом и находящуюся на корабле казну и прочие ценности.

Все это помогали сносить многочисленные девушки-рабыни с минимумом одежды, но с пышными, светлыми, очень яркими волосами. И все с безупречными фигурами. Местные травы не только омолаживали до поры, до времени местных представительниц прекрасного пола, но еще и фигуры делали безупречными.

Разумеется, обувь рабыням только мешает, как мальчикам-рабам в плавках, что тоже загорелые, поджарые трудятся тут.

Губернатор Фрейди мучился головными болями. Ночь, и в самом деле, выдалась кошмарной, краса и гордость флота империи Контрабас линкор «Испепеляющий» взлетел на воздух. Теперь груз наверняка задержится в порту, во всяком случае, до подхода других кораблей сопровождения. Это еще полбеды, но сам факт, что подобный корабль потерян в его городе, что в этом случае подумает король и император всея Контрабаса? Как преподнесут это подхалимы-вельможи, в этом случае одной отставкой не отделаешься.

Хорошо еще, что многочисленные девушки-невольницы и прекрасные ночные феи уцелели, что служило некоторым утешением при подобной утрате.

Но мужчины-рабы мрут, как мухи. А невольниц и так слишком много. Вот какой в этом мире острый дефицит самцов. А его и так эти темпераментные красавицы замучили, измочалили, чувствуешь, будто по тебе стадо мамонтов протопталось.

Выйдя из своего сделанного из розового мрамора дворца, он чуть не обмер. Красивый корабль, так напоминающий тот, на котором Папирус дон Хапуга отправился мстить арфистам, распростер паруса. Двигался, правда, он, не спеша, но это объяснялось невероятным беспорядком, царящим в бухте.

Многочисленные девушки-рабыни оставили множество своих босых следов, разных цветов на мраморе причала. Тела красавиц блестели от пота, словно из литой бронзы казались представительницы прекрасного пола. С их характерными узкими талиями, широкими бедрами, упругими грудями, ангельскими личиками и полным зубами ртом. Да, можно выбитые зубы девчонкам выращивать с помощью специальной мази? А мужчины? Они довольствуются вставными. И тут, наверное, особенно старики, и в самом деле, завидуют, что они такие оказались неполноценные.