Принцесса и Варвар. Выбери любовь.

Эпилог (5).

Неделя прошла почти незаметно.

Рика не смогла привыкнуть к тарийским блюдам, поэтому на следующий же день стала готовить сама для себя. Правда из здешних продуктов традиционную халисийскую еду приготовить было сложно, но Рика очень старалась.

Общение с Даном сохранялось холодным и очень редким. Парень вроде как обижался или чувствовал свою вину и не знал, как её загладить, ну а Рика не собиралась содействовать ему и намеревалась дождаться полноценных извинений, либо официального разрешения вернуться на родину.

Рика не хотела, чтобы Сонан и Аврора посчитали её похищение предлогом для начала войны между племенами, поэтому старалась часто отправлять им короткие письма с целью успокоить друзей и, хотя она умудрялась вставлять в каждое предложение всю степень своего недовольства ситуацией, общее впечатление не позволило бы никому подумать, что её удерживают здесь насильно. Читая эти письма Сонан беззаботно улыбался и искренне не понимал, почему Аврора так сильно беспокоится.

Каждый день халисийка приходила в укромное местечко, чтобы продолжать тренироваться и не растерять навыки. Оружие она держала крепкой хваткой, двигалась стремительно, подобно дикой хищной кошке, но при этом делала всё с поразительной точностью и грацией. Заплетая волосы в простую косу, из которой выбивались особенно волнистые пряди, одеваясь в практичную одежду, наиболее напоминающую мужскую, Рика проводила много времени в окружении тарийцев. Она общалась с теми, кто ухаживал за лошадьми и ковал оружия, удивляя их своими знаниями в совершенно «не женских» занятиях. Общаться с тарийскими девушками Рика не хотела. Ей было нечего им сказать и, если честно, слушать их тоже не было никакого желания. Многие до сих пор поглядывали на халисийку свысока и её раздражала такая несправедливость.

Рика любила леса. В этой местности почти не росли деревья и зелени было слишком мало, поэтому девушка часто спускалась в долину к самой границе тарийских земель. Ей не нравился горный воздух, постоянный холод каменистой почвы и однообразные пейзажи, а залитые солнцем долины хоть немого напоминали ей родину. Там Рике удалось разыскать многие ингредиенты для приготовления любимых блюд. Запах травы и цветов делал её сердце легче, а каждый миг радостнее. Тревоги словно теряли былую мощь.

Сегодня халисийка снова ускользнула из-под внимательного надзора сестёр Дана и ушла так далеко, как только смогла. Только в эти сладостные мгновения она полностью осознала, что вполне могла бы сбежать. Её никто не охранял, за ней не следили, как за пленницей, и не ограничивали её передвижения. Всё это можно было закончить прямо сейчас, но… не хотелось. Рика набрела на небольшой лесок, прошлась между высокими деревьями, забралась на одно из них и, вдохнув поглубже этот чарующий запах, задумалась. Она многое вспомнила о прошлом, о том, что ей довелось пережить, о том, как серьёзно изменилась её жизнь. Лёгкий ветерок, словно подталкивал в её голову свежие мысли, но вдруг она услышала шорох. Опытная воительница не смогла перепутать человеческие шаги с животными, поэтому она была уверена, что поблизости находился человек.

Поскольку Рика не знала эти земли так хорошо, и не была знакома с соседними племенами, распознать, несёт ли неизвестный угрозу, не могла, тем более что увидела его далеко не сразу. Укрываясь среди листьев и веток, девушка оставалась незаметной и неслышной, а вот двое молодых мужчин шагающих вдоль просторной лесной тропы ни от кого не скрывались и разговаривали громкими голосами. Узнав в них двух братьев — Дана и Акселя — халисийка успокоилась. Молодые люди говорили о чём-то отвлечённом: об охоте, об оружиях, о погоде. Оба, кстати, были вооружены.

Рика не хотела встречаться с ними, но, если попытается слезть с дерева, это привлечёт их внимание и её обнаружат. Девушка решила затаиться и подождать. Она думала, что они просто пройдут мимо, но Аксель вдруг остановился и с улыбкой сказал:

— Кажется я понимаю, почему отец так хочет заполучить и эти земли тоже. Все считают: чем выше, тем ближе к небу; но я думаю, что всё с точностью да наоборот.

Дан последовал примеру брата и тоже остановился. Огляделся, но молча.

— Что тебя тяготит? — заботливо спросил Аксель, подходя ближе.

Рика наблюдала за ними, приподняв самую большую ветку, чтобы ничего не загораживало вид. Кое в чём она даже завидовала Дану, ведь у неё не было такого старшего брата и, если б не некоторые особенности их племени, Акселя можно было назвать очень достойным человеком, но, каким бы он ни был мужчиной, он оставался верным братом, насколько это было возможно в их мире. Рике была симпатична его спокойная сила духа, хотя коварство в глубине глаз немного напрягало.

— Ты действительно уверен, что тебе это нужно? — словно понимая мысли брата без озвучивания, произнёс Аксель. — Чувства влекут за собой ответственность. Ты к этому готов?

— Поэтому ты не женишься?

Рассмеявшись, старший брат покачал головой, упирая руки в бока.

— В какой-то степени… да. Возможно, я ещё не нашёл ту самую.

Братья какое-то время помолчали и Рика почувствовала себя очень неуютно, невольно подслушивая чужие откровения. Ей не нравилась эта тема, казалось, болтать о чувствах бессмысленно. Их стоит доказывать делами, а это куда сложнее.

Дан повернулся к брату спиной и сделал несколько шагов, думая о чём-то своём. Рика надеялась, что они вот-вот соберутся идти дальше, но внезапно заметила кое-что странное. Аксель изменился в лице. Добрая улыбка и расслабленная поза словно испарились, и молодой мужчина потемнел от ярости. Рика даже с такой высоты увидела, как окрепли его мышцы, как хищно раздулись ноздри, а затем его правая рука нырнула за пояс и достала рукоять кинжала.

Прежде, чем Рика сообразила, что тут происходит, Аксель кинулся к брату и, едва тот повернулся, ничего не подозревая, вонзил остриё кинжала в его сердце.

Заглушая крик, халисийка зажала рот двумя ладонями.

Глаза Дана распахнулись от болевого шока, и он захрипел, резко опуская голову. Его ноги подкосились, рот наполнился кровью, и алая жидкость потекла меж губ.