Принцесса и Задира, однажды в Новый Год

Глава 12

Когда я, наконец, отогрелась, Криспаин мягко поднял меня и поставил на ноги.

– Давай быстрее закончим с этим, – предложил он и я была с ним абсолютно согласна. Находиться здесь дольше необходимого не было никакого желания.

Недалеко от того места, где мы очутились, нашлась тропинка. Ее обнаружил Аргус. Он-то и позвал нас громким лаем.

Лабиринт и река оказались лишь началом. Едва мы зашли в лес, как мир вокруг снова начал снова преломляться и меняться.

– Криспиан… – я непроизвольно вцепилась в его руку.

Брайс усмехнулся, но притянул меня ближе. И даже не стал комментировать.

Не прошло и минуты, как мы оказались в стеклянном коридоре, впереди которого замаячил свет. Нам не оставалось ничего, кроме как двинуться дальше.

Из коридора мы вышли в большой каменный зал с куполообразным потолком. Все здесь было, конечно из льда и хрусталя. Я даже не понимала, где заканчивается одно, а начинается другое.

Слева и справа нас ждали массивные двери. Мы проверили их в первую очередь, но обе оказались заперты.

В центре же возвышался пьедестал, вокруг которого переливались разноцветные кристаллы. Свет от них, казалось, жил своей жизнью, танцуя между гранями.

– Неплохо, – произнес Криспиан, наклоняясь к пьедесталу. – Но судя по всему, просто так нас отсюда не выпустят.

На пьедестале золотыми буквами была выгравирована надпись:
"Свет укажет путь, но только если будет направлен правильно."

Я огляделась: в углах комнаты стояли зеркала на подставках.

Но ведь их не было еще секунду назад! Чем дальше, тем все более чудесатей…

Зеркала выглядели тяжелыми, с массивными резными рамами, но их можно было перемещать за счет небольших колесиков на подставках.

– Отлично! Поиграем в "поймай лучик"? – Криспиан с усмешкой подмигнул мне, но я лишь отмахнулась. Откуда в нем столько оптимизма?

– Если хочешь остаться здесь навсегда, можешь продолжать шутить, – сказала я, берясь за ближайшее зеркало.

Перемещать зеркала оказалось сложнее, чем я думала. Каждый раз, когда луч света попадал на новое зеркало, он ломался и менял направление. Нужно было учитывать угол наклона и положение каждого отражения.

Единственный, кому все это было в радость, оказался Аргус. Он носился между нами по залу, пытаясь поймать очередной луч, пока он скользил по полу до другого зеркала.

– Стой! Вот так! – крикнула я, задерживая очередной зеркало в одном положении. – Теперь двигай то, что справа от тебя! Аргус, прекрати скакать!

Криспиан хмыкнул, но послушался. Пес, как ни странно – тоже. Наконец, последний луч света ударил в углубление на двери. Раздался глухой щелчок, и дверь медленно начала открываться.

– Легкотня, – ухмыльнулся Криспиан, опираясь на зеркало.

Я промолчала, но в глубине души была рада, что мы справились.

Следующая комната оказалась еще более загадочной. На стене висели старинные часы с замершими стрелками, указывающими на символы зодиака. Мы подошли ближе, чтобы рассмотреть их, и заметили, что на циферблате нет цифр, только изображения – овна, льва, близнецов и остальные. Чуть ниже, на каменной табличке, была выгравирована надпись:
"Время не вечно, но те, кто знают его ритм, найдут дорогу."

– Кажется, это твоя сфера, – пробормотал Криспиан, оглядывая часы. – Я всегда считал астрологию чем-то девчачьим.

Я не обратила внимания на его слова, пытаясь разгадать смысл загадки. Взгляд упал на барельефы, украшавшие стены. Они изображали времена года: весна с цветущими деревьями, лето с ярким солнцем, осень с опадающими листьями и зима с заснеженными горами.

– Времена года... – пробормотала я. – Каждое из них связано с определенными знаками зодиака.

– О, точно, – оживился Криспиан. – Весна – это овен, телец и близнецы, да?

– Верно. А лето – рак, лев и дева. Осень – весы, скорпион и стрелец. Зима – козерог, водолей и рыбы.

Я аккуратно повернула стрелку часов, сначала на овна, затем на рака, весы и, наконец, козерога, обозначая времена года в нужном порядке.

Когда последняя стрелка встала на место, часы зазвонили, и дверь, прежде скрытая в стене, открылась.

– Похоже, мы снова молодцы, – Криспиан улыбнулся, но в его взгляде мелькнуло что-то большее, чем просто радость от решения головоломки.

– Пойдем, – сказала я, пряча улыбку. – Уверена, впереди нас ждет еще что-то "веселое".

И, как оказалось, я была права.

Мы шагнули в новый проход, и перед нами открылось что-то совершенно необычное. Это была огромная пещера, освещенная голубоватым светом, который исходил от ледяных сталактитов на потолке. Внизу, у наших ног, простиралась ледяная река, медленно текущая между острыми, словно кинжалы, камнями.

Но самое странное – на поверхности реки плавали огромные ледяные плиты, каждая из которых была украшена выгравированным символом.

На противоположной стороне я заметила дверь, но к ней не было моста. Единственным способом перебраться через реку было прыгать по этим ледяным платформам.

– Ну, это уже перебор, – проворчал Криспиан, глядя на опасные воды внизу. – Думаешь, тут все так просто?

Я наклонилась к ближайшей плите и изучила символ. Это был круг, окруженный странными завитками. Совершенно непонятно, что это означало. На другом конце реки, возле двери, я заметила каменную табличку с надписью.

– Ты не видишь, что там написано? – я указала Брайсу на нее. Он сощурился, вглядываясь, но в конечном итоге отрицательно покачал головой.

– Нам нужно бы прочитать это, – произнесла я задумчиво.

– Отличная идея. Может, слетаешь туда, пока я тут подожду? – вот ведь ходячая язва!

– Очень смешно, – в тон Брайсу отозвалась я. – Разве я похожа на птицу? Посмотри, перья нигде не проклевываются?

– Думаю, будет лучше видно, если ты разденешься.

Я обернулась к нему, уже готовя ответную речь на его похабщину.

Криспиан улыбнулся, но тут же стал серьезным и не позволил мне ответить.
– Ладно, будем реалистами. Вероятно, прыгать нужно только на правильные плиты. Если ошибемся…