Принцесса Изабо и я

Глава 22

Сначала, в общем-то, ничто не предвещала проблем. Изабо шила себе наряды, читала любовные романы, откопала где-то синенькую тоненькую книжонку в мягком переплёте с тупым названием «Диагностика прошлых жизней». Книга её впечатлила настолько, что Изабо по собственному почину и к удовольствию бабы Наи навела идеальную стерильность в сарае: искала другие книги этой серии. Нашла штук восемь или девять, и проглотила их за один день.

Ей не нужно было спать, ей не нужен был свет, она одинаково хорошо читала или шила хоть днём, хоть ночью. Ещё она жрала как не в себя, даже завидно было: лишний вес скелетихе ну никак не грозил. Всё переваривалось в зелёном туманчике, а кости оставались костями. Автономная квазимёртвая единица, блин.

Кот скелетиху не одобрил от слова совсем. Шипел на неё и выгибал спину, даже тяпнул за костлявую ногу и едва не обломал себе зубы. Умывался потом в углу и ворчал на русском матерном обо всём, что насчёт незваной гостьи у него накипело. Баба Ная нехорошо посматривала на Изабо зелёным глазом, но помалкивала. Да и то, скелетиха особенно-то не наглела. Только копать и вообще в саду работать отказывалась наотрез: манерно показывала обтянутые белой тканью перчаток пальчики и заявляла, что принцессам копать не положено вообще.

– Какая ты ещё там принцесса? – возмутилась я.

Изабо подбоченилась и выдала, потрясая синенькой «Диагностикой»:

– Перед тобой – испанская инфанта Изабелла Клара Евгения; трепещи, простолюдинка.

Я подняла её на смех:

– А как же ты, твоё высочество, тогда в могиле среди наших родных осин оказалась? Где Испания, а где север России? А?

– А я знаю? – огрызнулась она. – По черепу шарахнули, в землю закопали.

– Черепок у тебя целый, так что не свисти. Никаких следов удара. Да с чего ты трешила, что ты – испанская инфанта? Ты ж не помнишь свою жизнь ни черта!

– А почему нет?

– А почему да?

– Я принцесса!

– Не факт.

Изабо топнула ножкой. В шлёпке, ага.

– Я сказала, что я – принцесса, значит, принцесса и есть! И не смей мне тыкать, чернь! Обращаться на вы, шёпотом и титуловать «ваше высочество»!

– Иди ты в жопу, твоё высочество, – непочтительно отозвалась я. – Заливай про свою голубую кровь кому угодно, только не мне. Да и нет у тебя голубой крови. У тебя никакой крови вообще нет, как у всякой дохлятины.

– Ах, вот как ты обо мне думаешь? Проклятая нетолерантная будущая пища могильных червей. Ну, и копай тогда себе сама, без высокого общества.

– В гробу я такое высокое общество видела!

Но Изабо уже величественно удалялась, гордо держа голову. Петушиное перо на шляпке покачивалось в такт её шагам.

Свою жизнь до того, как восстать из сгнившего гроба, скелетиха в самом деле не помнила, и это её здорово мучило. Только имя. Изабелла. Имя, скажем, для наших краёв не слишком привычное, но у нас и Асклепий так-то не наблюдается в большом количестве. Могли и назвать дочку Изабеллой. Особенно если в тот год по ящику какой-нибудь сериал показывали с такой героиней.

Есть такое у народа. Насмотрятся всяких мелодрам, а потом начинается. Я ещё проскочила, между прочим. Асклепия – это благородное греческое имя, так древние эллины называли бога врачей. Ничего против врачей не имею, кроме стоматологов. Впрочем, дантисты – это особая боль, о ней долго рассказывать можно. А как вам Вероника с ударением на «о»? Мередит? Кармелита? Элайза? Всё это с прозаическими отчествами вроде Ивановна, Егоровна, Олеговна.

Я копала, пока не отпустило меня. То есть, до обеда. Потом обречённо села под забором, в тени от ёлок, ни думать, ни даже матом выражаться не было сил. Попала ты, Склепа. По собственной дурости. В топинамбурное рабство…

– Доброго дня, красавица.

Я подскочила как ужаленная. За забором маячил Чёрт Спиридонович, скалясь во все свои сорок зубов голливудской улыбкой.

– Наину Кирилловну позвать? – спросила я.

– Не надо, – улыбнулся он ещё шире. – Не надо нам Наины Кирилловны…

Его колючий взгляд впился в меня, как игла коллекционера в бабочку. Я живо вспомнила, как едва не открыла ворота – по прямому гипнотическому приказу этого гада. Меня кинуло в жар, я лихорадочно заметалась, понимая, что надо спасаться, но как, куда… и тут краем глаза заметила яркое платье скелетихи, прогуливающейся по саду.

– Изабо! – заорала я во всю глотку. – Изабо, к тебе пришли!